Чтение онлайн

– Кажется, я вспомнил, почему я так не люблю жрецов, – протянул Сфинкс сквозь зубы. Он выглядел пристыженным.

– Так, знаете что! – Гулльвейг возмутилась. – Я пошла к Газелу, узнаю, где сейчас Гул и ухожу, понятно?

И она ушла.

Я растерянно посмотрела ей вслед, потом – на Сфинкса. Он смотрел куда-то вдаль, словно думая о чем-то своем. Неужели мы теперь не будем путешествовать втроем?..

Тут кашлянул пожилой дварф, обращая на себя внимание, и Сфинкс непринужденно спросил у него:

– Не знаешь часом, добрый друг, где тут можно продать доспехи?

– Точно не у меня, – посмеялся тот в ответ и указал в сторону лавок, где ранее мы с Гулльвейг разобрались со своим снаряжением.

И Сфинкс незамедлительно пошел в том направлении. Через какое-то время он нашел нужную торговую точку, чей прилавок изобиловал снаряжением для самых разных битв. За ней стояли два дварфа: рыжеватые, синеглазые. Один, тот, что с усами, любезно поздоровался с нами, а второй, без них, продолжал копошиться в мешках позади.

– Скажи мне, любезный, интересует ли тебя броня, которая защищает от некромантии? – напустив на себя таинственности, заговорил Сфинкс, облокотившись на прилавок.

Я насторожилась, потому что не помнила в его снаряжении ничего подобного. Однако у дварфа азартно загорелись глаза.

– Ну-ка, покажи, – прошептал он.

Тогда Сфинкс выложил на прилавок свой помятый доспех. Я едва сдержала смешок, поняв, что он хотел провернуть. А дварф засомневался.

– Конечно, вид у него не очень, но это все потому, что он уже показал себя в бою! – заверил Сфинкс.

– Эй, братан! – торговец позвал второго дварфа. Пока тот подходил, первый с воодушевлением объяснял ситуацию. – Тут предлагают броню, которая от нежити защищает! Я готов достать деньги! Особенно в свете последних событий, товар купят втридорога!

– Погоди, – остепенил его тот и оценивающе оглядел предлагаемый товар. Посмотрев на Сфинкса с подозрением, он спросил. – Дорогая вещь, если правда. Чем докажешь?

– Докажу с помощью некротической магии моей помощницы, – тут Сфинкс показал в мою сторону и я вздрогнула всем телом не столько от того, что на меня обратили внимание, сколько из-за того, что Сфинкс все-таки смог определить природу используемого мною заклинания в битве с гончей. Выходит, магию он хотя бы немного понимал. – Вот увидите, этот доспех…

Но здесь Сфинкс был вынужден прервать свою речь, заметив, как меняются в лице братья дварфы, глядя на меня. Тот, что был с усами аж побледнел, а второй нахмурился, ткнул руки в бока и пробасил:

– Тут, по ходу, еще один на сегодняшнюю казнь. Зови стражу, я за ними обоими присмотрю!

Другой дварф тут же скрылся из вида.

– Эй-эй-эй, погодите, да я же пошутил, – попытался оправдаться Сфинкс. – Вы, в самом деле, подумали, что мы имеем отношение к некротической магии? Пф! Да вы только посмотрите на нее! Она же ангел!

Я не понимала, что происходит. Но страха не было, – только неприятное ощущение, что кто-то оценивающе смотрел. Словно бы я снова оказалась на смотринах. Мысли занимал только один вопрос: кого хотели казнить сегодня и за что? За некротическую магию?

В это время мимо пронеслась какая-то тень. Она была не выше прилавка, у которого мы стояли. Вместе с тенью с него на землю полетела часть продаваемого снаряжения. А другая часть – быстро удалялась за тенью.

– ВОР! ДЕРЖИ ВОРА! – завопил пару секунд назад сверлящий меня взглядом дварф и подался в сторону убегающего воришки.

Я отвлеклась от этой сцены только тогда, когда Сфинкс схватил меня за запястье и потащил за собой. Лишь звякнули золотые монеты о прилавок, – Сфинкс бросил их из своего кармана просто так, ни за что. До этого момента я и не знала, что можно извиняться деньгами. Тем более за то, что намеривался обмануть на те же самые деньги. Ведь если они были нужны, шанс украсть их или что-то ценное с прилавка, пока тот дварф отвлекся на другого вора, был идеальным. Но Сфинкс не стал этого делать.

Я с удивлением смотрела ему в затылок, ощущая сильные пальцы на запястье, – знак беспокойства на языке прикосновений высших эльфов, – и думала. Даже если мои мысли были далеки от реальности, они вызвали у меня добрую улыбку. Как и периодическое биение сердца сегодня, ранее вызывающее лишь чувство тяжести и страх.

Как только Сфинкс понял, что я бегу за ним, он отпустил меня и уже знакомо сперва перешел на быстрый шаг, а затем – на привычный.

– Почему так боятся некротическую магию? Она иногда бывает очень полезна, – тихо спросила я, не зная, куда мы идем, но выбрав для вопроса наиболее безлюдный участок улицы.

В голове всплыл образ Гулльвейг, использующей некромантию для спасения Борилла. А еще я не понимала, почему сам Сфинкс так спокойно относился к ней, хотя в книгах, что я читала и в Доме, и в лесах, говорилось, что ее страшились и даже презирали все, кто, видимо, ею не владел. Выходит, все-таки не все?..

– К ней относятся по-разному, – пожал плечами Сфинкс. Когда я поравнялась с ним, то увидела, что выглядел он непринужденно. – Но чаще всего, когда слышат о ней, то сравнивают со смертью. А ее боятся очень многие.

Я задумалась, коснувшись груди, где ранним утром странно ныл шрам. Почему многие боялись смерти? Это ведь раз – и все. А дальше… а что дальше? Может, неизвестность всех и пугала?

Жизнь – довольно ценный ресурс широкого применения. Ее составляющие – все тело, его отдельные части, душа или та же кровь, – топливо для разных, в том числе и запретных заклинаний. Мысль за мыслью в моей голове появились всякие домыслы относительно книги того культа змеепоклонников, находящейся где-то на границе между Сиакурией и Бедфордией. Если верить словам Газела, члены культа промышляли жертвоприношением. Это слегка касалось некромантии, но могло ли быть частью чего-то еще?.. И неужели сегодня все-таки казнят кого-то из-за этого?

«Некромантия, похищенный в рабство друг Гулльвейг, «эксперимент» над Сфинксом, где замешены рабы, магическая руда, усиливающая магию и добываемая самыми разными путями и моя книга, – в голове в единую картину неохотно складывались крупицы информации. – Я что-то определенно упускаю!»

В мыслительном порыве я до боли закусила губу и тем самым вернула себя в реальность. Все еще идя за Сфинксом, я заметила знакомые улицы рабочего района города.

– Мы не купили тебе плащ, – подала тихий голос я. – И новый доспех.

– Поэтому мы здесь, – отозвался Сфинкс. – Обычно в рабочих районах живут и работают кузнецы. С плащом я что-нибудь придумаю.

– А Гулльвейг? Мы теперь без нее? – спросила я, достав из сумки дневник и сделав пару заметок в нем относительно устройства городов.

– Проверим у дома Газела после, – рассудил Сфинкс. – Думаю, в такую рань он еще спит, и ее к нему не пустили. Будем искать Гула вместе. Нам все-таки всем нужно в Бедфордию.

До этого момента я сомневалась в том, что Сфинкс действительно собирался держать свое обещание с учетом всех тех выходок, что он совершал. Но последние его слова успокоили. Даже если он все еще подозревал меня в причастности к «Клыку», – мне это уже было неважно.