Чтение онлайн

И вдруг девушка поняла, что на нее сверху сыплются деньги — все как и говорила Джейран. Словно по невидимому сигналу, в воздухе замелькали разноцветные банкноты. Сначала одна, потом другая, а через мгновение на Лию обрушился самый настоящий денежный ливень. Пятитысячные купюры с шуршанием падали на плечи, доллары и евро кружились в воздухе, словно осенние листья. Ей даже на секунду показалось, что они сыплются прямо с потолка, из-под плафонов гигантской люстры, осыпая ее фантастическим, дурманящим снегом.

Зарема и Аминат не успевали подобрать купюры с пола, они все сыпались и сыпались и сыпались на невесту, застревая в белой ткани платка, на плечах и голове. Наверное, промелькнула шальная мысль, такого она больше не увидит никогда.

А мужчины все подходили и подходили и подходили. Ни один не посмел прикоснуться к ней, они танцевали рядом, а отходя щедро осыпали невесту деньгами. Лия шла по кругу, как учили, сохраняя плавный шаг и лёгкость движений, но в какой-то момент едва не оступилась, когда каблук её туфель соскользнул на гладкой поверхности купюры в пятьсот евро. Она удержала равновесие только потому, что успела чуть сильнее развести руки, изобразив изящный танцевальный жест, будто так и было задумано.

Когда этот кажущийся бесконечным танец подошел все-таки к концу, Лия не чувствовала ног. Тамада весело подвел ее к жениху и пригласил пройти на своем место во главе зала. Сестры все еще собирали разлетевшиеся по залу купюры, а Алия была довольна — при таком количестве денег Зарема успеет выхватить несколько так необходимых ей бумажек. Даже приблизительно не могла себе представить, сколько тысяч валялось только что у нее под ногами — разум отказывался принять такое.

Внезапно она заметила, что Ахмат, сидевший рядом, едва заметно подвинул свое кресло к ее, незаметно, буквально на несколько сантиметров, но теперь его нога под столом касалась ее ноги. Ничего особенного, а сердце сжалось.

Она знала, что основная часть ее роли уже выполнена, больше никто не потянет ее танцевать, никто не заставит произносить речи, она теперь — только декорация, украшение. Их поздравляли, родственники, друзья, партнеры по бизнесу, а она просто сидела с каменным лицом, наблюдая за залом.

Зарема, казалось, веселится от души, даже вышла танцевать. К ней тот час присоединился невысокий мужчина, лет 50-55 пяти, какой-то несуразный, странный, с маслянисто сияющими глазами. И по тоскливым глазам сестры Лия поняла — это тот самый жених, ожидающий своей очереди на свадьбу. По окончании танца он вложил в руку Заремы пятитысячную купюру, и Лия невольно усмехнулась внутри — старый стручок сам приложил руку к побегу девушки.

— Ты почти ничего не ешь, — раздался над ухом голос мужа. Лия вздрогнула всем телом. — Не хотелось бы, чтобы ты вечером свалилась в обморок от голода, — заметил он, кивая на тарелки, полные еды.

Алия кивнула и заставила себя есть.

Зарема поднялась из-за стола, что-то с улыбкой сказав другим сестрам. Сердце девушки гулко стукнуло, она сделала глубокий вдох-выдох, с трудом сдерживая желание самой уйти в туалет и проконтролировать побег. Но нельзя, нельзя — она только привлечет к Зареме лишнее внимание. И нельзя обдирать ногти на руках, Ахмат любит ухоженные руки, как сказала ей Халима.

Он тоже заметил, как она положила руки на стол. Его рука накрыла её ладонь — твёрдо, уверенно, без права на отдёргивание. Он развернул её руку и поднял, рассматривая. Его пальцы были тёплыми, тяжёлыми, но при этом сейчас — не грубыми. Провел пальцем по линии жизни, погладил шрам от пореза.

— Старая Ильшат совсем сдурела, — буркнул недовольно, замечая следы мозолей, ссадин и ожогов на тонкой ладони.

— Уже почти все прошло, — Алия заставила себя говорить мягко. — Еще пара недель и…

— Я не собираюсь мстить старой мегере, — фыркнул он, — успокойся. У тебя красивые руки, Алият, мне бы не хотелось, чтобы их портили шрамы, только и всего.

Лия несмело улыбнулась мужу.

Мужу.

Нет, поправила себя мысленно. Чужому человеку, который почему-то возомнил, что имеет на нее право.

Праздник тянулся час за часом, и Лия дорого бы отдала, чтобы продлился еще дольше, как можно дольше. Заремы в зале больше не было, это давало крошечную надежду, Ахмат находился в хорошем настроении, даже несколько раз ласково заговаривал с ней, снисходительно рассказывая кто из гостей кто. Алия совсем затосковала, понимая, что на свадьбе присутствуют если не первые, то вторые лица республики точно. С каждым мгновением ей казалось, что выхода из ловушки больше нет и никогда не будет.

И когда Ахмат поднялся из-за стола и подал ей руку, она даже не сразу поняла, что он дает ей понять, что их праздник завершился.

Поднялась на ватных ногах и просто последовала за ним, старясь отключить голову.

Безмолвный водитель привез их на окраину города, к большому двухэтажному дому, где на пороге ждала Халима. Лия ощутила, что настолько устала за этот бесконечный день, что даже не очень соображает, что делает, машинально исполняя предписанные обычаи.

Ахмат повел ее на второй этаж, к одной из комнат, открыл дверь, пропуская внутрь.

Комната утопала в цветах, они были повсюду: огромные букеты стояли на прикроватных столиках, вдоль стены, на туалетном столике, а на широком подоконнике разместились массивные вазоны, переполненные свежими цветами, так что стекло окна полностью скрывалось за живой стеной лепестков. Аромат был густым, тягучим, сладким — почти одуряющим, как благовония из восточной сказки, которые медленно крадут способность ясно мыслить.

На полу лежал мягкий ковёр цвета слоновой кости, и когда Лия ступила на него, её босые ногти буквально утонули в глубоком, пушистом ворсе. Свет был приглушён — лишь тёплые бра на стенах разливали по комнате мягкое медовое сияние, сглаживая контуры предметов и растворяя тени. И среди этого золотистого полумрака в центре стояла широкая кровать — огромная, с высоким изголовьем и сложной резьбой, покрытая тяжёлым шёлковым покрывалом цвета шампанского.

Лия замерла на пороге спальни, понимая, что не может пройти дальше — ноги ей больше не повинуются.

— У тебя есть пять минут, — услышала позади ровный голос Ахмата и услышала, как захлопнулась за ним дверь, оставляя ее в полном одиночестве.

Она опустилась прямо на пол, глядя на руки, что ходили ходуном. Кое как справилась с платком, начала расстегивать платье, застревая пуговицами в каждой петельке — не слушались пальцы, ставшие точно деревянными.

За дверями слышала, как Ахмат говорит с кем-то по телефону, и голос его внезапно становился все злее и злее. Неужели стало понятно, что сбежала Зарема?

От страха Лия побелела как полотно, стараясь справится с одеждой быстрее, чтобы не злить мужа еще сильнее.

Он вошел в комнату стремительным шагом, сильно ударив дверями.

Лия вскочила на ноги и машинально отшатнулась от него.

— Ахмат…. Пожалуйста…. Я не успела…. Мне нужно еще пять минут, не больше, — зачастила она.

— Кто такой Андрей Резник? — зло спросил он, прищурив синие, ледяные глаза, в которых плясал бешенный огонь.