Чтение онлайн

– Прости, – он фыркнул в последний раз. – Ни один из этих островов никто не находил. Драконья семья, объединив свои силы, вытягивала скалу из моря. Выращивала на своей крови и магии, убеждала воду отпустить скалу. И длилось это столетиями. То есть это в самом прямом смысле земля Эрхардов.

– Это потрясающе. И удивительно, – прошептала я. – И даже немного немыслимо.

На воде мы провели несколько часов. Магнус наловил для меня цветов и набрал морской воды в магический пузырь.

– Вылей ее во что-нибудь, и пусть малыш плещется. Он вот-вот станет снова человеком, и чем больше сил он наберет сейчас, тем лучше, – серьезно проговорил Магнус. – Драконы воды редки в наше время, так что его будущее будет довольно безоблачным.

Мы вернулись к автокатону, и Магнус, немного поколдовав, погрузил цветы в пузырь с водой и подвесил все это над крышей нашей чудесной самоходной повозки.

– Прошу. – Он открыл дверь.

Я села на сиденье, а Гели ловко юркнул в свою корзинку.

«Он чувствует то, что я от него хочу. Самый большой страх моего малыша – мой гнев и моя злость».

– Нет, самый большой страх – безразличие и игнорирование, – поправил меня Магнус. – Что? Ты вслух сказала.

– Кто может быть равнодушен к своему ребенку? – с недоумением спросила я.

Магнус не ответил. Он вновь натянул свой щит и сосредоточился на управлении автокатоном.

Обратная дорога оказалась какой-то подозрительно короткой. Как будто время ускорило свой бег, в то время как мне отчаянно хотелось задержаться.

– Поужинаешь с нами? – спросила я.

Но дракон отрицательно покачал головой:

– Сегодня назначен Большой Слет. Лькарина наращивает мощь на своих территориальных щитах, мы ожидаем провокацию. Надо обсудить.

Радостное настроение улетучилось, и Магнус это заметил.

– Тебе не стоит об этом беспокоиться. Запасы драконита иссякают – это подтверждают многие источники. Очевидно, что маги Лькарины не способны воспроизвести яд вновь, так что не стоит ожидать их воинов у скал Алмазного Пика.

– Меня пугает все, что относится к Лькарине, – честно проговорила я. – Говорят, что люди скучают по дому, когда покидают его надолго. Но я… Я никогда не чувствовала себя дома. Наверное, именно поэтому не хочу даже вспоминать о том, что осталось за спиной.

– Ты никого не будешь рада видеть?

– Если судьба сведет нас, то я буду рада видеть только двух человек, – грустно улыбнулась я. – Ларрину Онтрега – девушку, что отдала мне свои документы для перехода через портал. И мою наставницу – целительницу Клоттиру. Она… Она ничего не смогла для меня сделать, но она пыталась, что на тот момент помогло мне не сломаться морально.

Магнус только кивнул, затем магией приманил к себе пузырь с цветами и водой.

– Ты сможешь выплеснуть его?

– Да, – кивнула я и приняла протянутую мне нить управления. – Спасибо.

– Это была самая приятная часть моего дня, Катти, – сдержанно произнес дракон. – Мне следует благодарить тебя.

Повинуясь какому-то безумному, бездумному порыву, я приподнялась на цыпочки и оставила короткий поцелуй на его щеке.

– Это был один из самых счастливых дней во всей моей жизни, Магнус. Позволь мне быть благодарной.

И, не желая знать, как он отреагирует, я быстро ушла. Закрыла дверь и, привалившись к ней спиной, тихонечко вздохнула. Ну не дура ли?

«Может, и дура, зато счастливая, – ответила я самой себе. – Но больше я себе такого не позволю!»

Найдя корыто для стирки, я притащила его в спальню и туда же аккуратно спустила цветы и воду. Через пару мгновений мой счастливый драконо-сын принялся вить себе гнездо.

– Ты же не утонешь? – подозрительно уточнила я.

А после заметила, что цветы втянули почти всю воду, так что… Даже если Гели специально попытается, то не сможет.

Несколько дней пролетели в приятной суете. И, возвращаясь домой, я каждый раз с теплом и улыбкой смотрела на все еще живые летучие цветы.

Правда, меня начало беспокоить выпадение чешуи у Гели. Но визит к целителям расставил все по своим местам: происходит первая смена окраса.

Немолодой незнакомый мне целитель ловко осмотрел драконёнка. Раскрыл его крылья, измерил их линеечкой и потрясенно произнес:

– Это невероятно! У него очень сильные крылья, в пределах нормы, конечно. Но сейчас это редкость.

Затем он вытащил что-то вроде волшебной палитры, с которой слетели капли краски и закружились вокруг счастливого и довольного Гели. Если я просто веселилась, наблюдая за попытками сына поймать верткие шарики, то целитель что-то подсчитывал и в итоге произнес:

– Думаю, у вас остался один спокойный месяц.

После чего он выразительно мне подмигнул.

– Спокойный?

– Вы понимаете. – Он выразительно пошевелил бровями и взглядом указал на нашу корзинку.

Хмурясь, я пыталась понять и ахнула:

– Вы про клетку?! Я ее не использую.

– Зря, когда еще отдохнете. Идите, плата за посещение записана на ваш счет, – голос целителя стал значительно суше.

Я же, приготовившая деньги, недоуменно на него посмотрела:

– Счет?

– Мы коллеги, – напомнил целитель. – Вы платите только половину, вторая половина доплачивается домом исцеления.

– Х-хорошо, спасибо.

Выйдя, я направилась к выходу, это была середина дня и мой выходной. Тот самый, на который мы с Вилмой перенесли поход на рынок.

– Ты слышал? – Я поскребла по стенкам корзинки. – Скоро будешь бегать на двух ногах, уплетать булочки с малиной и пить свой любимый травяной чай.

Только проговорив все это вслух, я поняла, что скоро смогу показать сыну совсем другую жизнь! Жизнь без страха и голода, без ожидания бед. Без всего того ужаса, что преследовал нас в Лькарине. Без той сводящей с ума нищеты…

«Главное – не удариться в другую крайность», – хмыкнула я, ощутив подспудное желание завалить сына самыми яркими игрушками и самой дорогой одеждой.

– Эге-гей!

У автокатона пританцовывала Луми.

– Тетушка разрешила мне с вами пройтись! Прошу на борт. – Подружка радостно размахивала руками.

– Уймись, кричишь так, что лавки от ужаса закроются, – проворчала Вилма. – Здравствуй, Катти. Кто там такой красивый и любопытный?

Гели тут же высунулся из корзинки и чуть раскрыл крылья, мол, вот он я, любуйтесь. И Вилма тут же попросила разрешения взять малыша на колени.