Нежданная жена Стального Дракона
Шрифт:
— Это нехорошо, — проронил Льорис, — как бы нас не выселили с постоялого двора.
— Обратитесь в магистрат, вам помогут подобрать жилье. Доброй ночи.
Оба мужчины с легкостью запрыгнули в карету, и та продолжила свой путь. Бывший супруг что-то шептал себе под нос, после чего, сорвав свою иллюзию, пнул корзинку:
— Прикажу ему вылезти.
— Нет, — выплюнула я.
— Нет?! — взъярился Льорис. — Ты смеешь мне перечить?
Одно короткое боевое заклятье, и корзинка исчезла, явив моему бывшему супругу кусочек детского одеяльца. Льорису хватило пары секунд, чтобы понять, что Гели с нами нет.
— Где он?! Куда ты его дела?!
Он схватил меня за волосы и резко поднял с пола.
— Кем ты себя возомнила, дрянь? Где мой дракон?!
— Далеко от тебя, — выдавила я. — Там, где ты никогда не сможешь его найти.
Гейв, сидевший напротив, обеспокоенно посмотрел на Льориса:
— Мы не можем вернуться с пустыми руками.
— Заткнись, — бросил ему бывший муж. — Она заговорит. Прикажи кучеру свернуть за город. В той замечательной пещере есть все необходимое для вдумчивого и обстоятельного диалога.
Он отбросил меня на пол, и я обреченно прикрыла глаза. В груди разливались слепящая ярость и одновременно леденящий душу страх. У меня не было и тени сомнений: Льорис умеет допрашивать людей.
«Только бы малыш выбрался к добрым людям… Драконам. Пусть даже если они посадят его в клетку — Гели уже сформировал свой характер, он справится с этим последним испытанием», – пронеслось у меня в голове.
Я ожидала чего угодно — удара, жгучего проклятья или даже режущего заклинания. Но ужасающий звук трескающегося, ломающегося дерева застал меня врасплох.
Вскинувшись, я распахнула глаза и с немым изумлением уставилась на черное-черное небо, с которого продолжали срываться крупные капли дождя.
«А где же крыша?» – пронеслось у меня в голове.
Прогрохотал гром, сверкнула молния. Где-то в стороне загудели боевые заклятья.
«Это мой шанс», – осознала я.
Моя осторожная, аккуратная магия вплеталась в чужое заклинание. Расшатывала-распарывала колдовское кружево, меняла направление течения силы. Снова и снова, снова и снова. Пусть где-то там кипит бой, сейчас мне нужно освободить себя.
Ведь где-то там, где-то дальше, среди бушующих волн Аттари, тонет мой малыш. Что самое страшное, если вдруг дракончик погибнет, на его месте тут же окажется его человеческий друг и брат, мой сын.
Заклятье поддалось. Чуть приподнявшись, я растерла запястья и щиколотки, после чего осторожно попыталась открыть карету. Пусть крыши больше не было, но я же не могла выпрыгнуть через верх!
Дверца подчинилась не сразу. В моих руках поубавилось сил, да и проверить защелку тоже стоило сразу, а не потом, когда неконтролируемая истерика едва не захватила сознание.
Вообще, я вдруг ощутила себя почти спокойной. Как будто во мне проснулся кто-то другой. Как тогда, когда мы с Гели бежали из Лькарины.
«Все будет хорошо, малыш, мама тебя найдет», – пообещала я мысленно и соскользнула на мокрую и раскисшую землю.
Обойдя карету, я выглянула из-за нее и сквозь пелену дождя увидела Магнуса. Он сражался с моим бывшим супругом и Гейвом!
Двое против одного. Я должна была помочь Магнусу, но… Но там, где-то там, далеко, мой сын! Мое спокойствие улетучилось. Стало кристально ясно, что мне неизвестно, где я нахожусь. Стало кристально ясно, что карета увезла меня далеко от Аретты. Стало кристально ясно, что эта ночь принесет мне одну из самых чудовищных потерь.
— Когда же это кончится, — всхлипнула я.
Осознание собственной беспомощности и никчемности ударило меня в самое сердце. Гаснущим взором я следила за тем, как Магнус завершает свой бой. Вот он отбросил Гейва, повернулся к Льорису, а дальше… Дальше густая тьма.
Вероятно, Магнус меня спасет. Но кто спасет Гели?
Тьма, поглотившая меня, не была непроглядной. Я чувствовала сильные руки, что подняли меня с земли. Ощущала тепло, окружившее мое тело. Заметила знакомый и приятный аромат парфюма: все-таки Магнус победил.
Где-то в стороне послышался женский голос, потом меня словно бы окружила теплая вода — я ни на чем не могла сосредоточиться. Разум гнал прочь мысли о Гели.
«Ничего уже не будет хорошо», – промелькнул у меня в голове.
Дальше меня окружил запах лаванды и чистого белья. Кто-то позаботился обо мне. О том, чтобы отмыть меня и уложить в постель.
«Лучше бы вы бросили меня там, под дождем».
Мне было ненавистно это мерзостное состояние полусна-полуяви. Я не могла открыть глаза и позвать на помощь, рассказать о том, где и как потеряла ребенка. И я не могла полностью раствориться в безмятежной тьме.
Я застыла меж двух миров, и никто не мог вытянуть меня в реальность.
Никто, кроме уже знакомого, родного до боли в сердце дракончика. В первые секунды я и поверить не могла, что это действительно Гели топчется по мне и пытается устроиться спать! Ворчит, стрекочет, крутится на одном месте, как кот, утаптывающий подушку.
— Малыш, — хрипло выдохнула я и подняла слабую дрожащую руку.
Драконенок тут же поднырнул под холодные пальцы, потерся головой и, довольно вздохнув, соскользнул с живота, прижавшись к моему боку. Через несколько секунд до меня донеслось его счастливое посвистывающие сопение.
— Тише, леди, — прошептал кто-то, — малыш хорошо поел, я набрала ему ягодок драконики.
Повернув голову, я увидела молоденькую служанку. Ее каштановые волосы были укрыты чепчиком.
— Я Раника, ваша личная помощница. Целитель Родди сказал, что малышу лучше быть с вами. Тогда вы будете лучше себя чувствовать.
— Где мы?
— Это замок лорда Эрхарда. — Девочка поежилась. — Он такой жуткий, я плачу каждый раз, когда его вижу. Но он заботится о вас.
— Заботится, — только и смогла сказать я.
Обессиленно прикрыв глаза, я тихо вздохнула. Разве это справедливо, что Магнуса считают чудовищем?
— Вы меня осуждаете, да?
— Я плохо себя чувствую, — мне нечего было ответить этой девушке.
— У вас был страшный жар. Будете кисленький компотик?
Она продолжала жужжать и жужжать, рассказывать, как собирала ягоды в заброшенном саду Эрхардов. Как заросли тропки и как разрослись кусты.
— И как можно было так запустить? — осуждающе прогудела она.
— Так ведь это ты плачешь каждый раз, как видишь лорда Эрхарда, — я села в подушках, — думаешь, ему нужны такие работники?