Чтение онлайн

Младший Деми по-своему истолковал ее смех и робко улыбнулся невесте. Его тоже заинтересовали глаза девочки. Пока Харвей не подошел близко, они казались ему совсем черными, как у королевы Гранара. А сейчас напоминали темно-синий виноград или почти черные с синеватым отливом по краям и желтыми огоньками внутри фиалки, букетик которых был приколот к белому воротнику Хельви, специально, чтоб оттенить ее веселый взгляд и предать ему глубину. Ее величество Айлика блестяще владела тончайшими ухищрениями беназарской моды, самые простенькие из которых приводили в восторг неискушенных гранарских дам. Уж она-то знала, как показать свою дочь товар надо подавать лицом.

Как всегда потрясенный ее нездешней красотой Дести читал мадригал. Как всегда смеясь и смущаясь, Айлика отвечала по-фаррадски цветистой строфой из Амира.

– - Что у тебя в коробке?
– вдруг спросила Хельви, подступая к жениху.
– Кольца?

– - Нет.
– оробел мальчик.
– Кораблик. Кольца у папы.

– - А зачем мне кораблик?
– презрительно фыркнула девочка.

Маленький Деми еще сильнее смутился, опустил голову и больше ничего не говорил. Хельви стало его жаль. Она поняла, что жених вот-вот захлюпает носом, и решила ободрить его.

– - Покажи.
– потребовала она.
– А его можно пускать в ручье?

Харвей осторожно откинул крышку, и принцесса не смогла сдержать громкого возгласа восторга. Деревянный, точеный, с тремя мачтами, полотняными парусами и паутиной снастей - парусник был, как настоящий.

– - Я сам делал.
– горделиво заявил маленький лорд, заметив, какое сильное впечатление на невесту произвел его подарок.
– Он называется "Гвалчмей" - Сокол мая.
– совсем осмелел Харвей.
– Когда я вырасту, буду строить корабли и плавать на них.

– - Ты станешь королем Гранара.
– сдвинула брови девочка.
– А у Гранара нет флота, только конница.

– - Я же говорю, сначала надо построить.
– стоял на своем мальчик.

Хельви пожала плечами.

– - А ты можешь выстругать норлунгские дракарры?
– спросила она.

– - Зачем?
– удивился Деми.
– Они не такие быстроходные, как галеоны, и пушек на них не поставишь.

– - У нас во дворе есть фонтан.
– пояснила принцесса.
– Можно устраивать бои и топить норлунгов. Их обязательно надо топить.

Мальчик восхитился: с ней можно играть, она придумывает ценные вещи!

– - Пойдем.
– серьезно сказала Хельви, первой беря жениха за руку. Нас зовут. Кстати, в храме не так жарко, как здесь.

Церемония длилась больше часа - по полному чину. Заскучавший король Рэдрик в предвкушении большого праздника и хорошей попойки то и дело кивал молодому епископу Сальвскому Роберу - третьему их с герцогом собутыльнику: мол, скорее, сколько можно? Наконец, все кончилось, и гости повалили на улицу.

В этот солнечный июньский полдень никто не предполагал, что всего через месяц объединенные войска союзников потерпят поражение у крепости Гуарх на Западно-сальвском побережье. Взятый в плен герцог Деми погибнет в Беоте, вскоре умрет от горя нежная герцогиня Белор, а их сын навсегда останется в почетном заключении при плаймарском дворе.

Королю Рэдрику удастся отстоять свои земли, и он со славой процарствует еще шесть лет, пока в один печальный вечер не захлебнется на пиру чашей отравленного вина. Забыв о заветах новой веры, по фаррадскому обычаю, покончит жизнь самоубийством над телом возлюбленного верная королева Айлиль. Трон получит брат Рэдрика, Филипп -- слабый и презренный владыка, вновь пустивший фаррадцев в страну. Через четыре года его свергнут восставшие жители столицы, и на престол, наконец, взойдет добрая королева Хельви. Первые десять лет ее правления превратятся в бесконечную череду войн с соседями за право сальвов жить под собственным небом.

ЧАСТЬ I

апрель 1582 г. Гранар, столица Гранара.

Глава 1

– - И последнее.
– пальцы королевы сухо стукнули по темно-красной полированной крышке стола.
– Это касается тебя, папаша Ламфа. Если через два дня весь лес для укрепления пристани на Заячьей Губе не будет выставлен, ни один, я повторяю, ни один член Государственного совета больше не получит подрядов.

Сидевшие в зале пожилые сановники захихикали, как дети. Многие опустили головы, чтоб скрыть улыбку. Все знали, что лорд-казначей, поднявшийся к своей высокой должности из простых купцов, торговавших на северном побережье рыбой, до сих пор готов был любому перегрызть горло за выгодный подряд.

– - Весенние шторма скоро начнутся.
– ее величество чуть смягчила голос и сама подавила улыбку в уголках губ. Она по-прежнему называла казначея просто Ламфа, как в годы первой войны с Беотом, когда старина потерял и свои рыбные ловы, и знаменитый трактирчик "У папаши". Он тогда ушел с горсткой местных крестьян в леса и чуть не ударил королевской армии в тыл, приняв ее за беотийский карательный отряд.

"Да, время!
– отец Робер спрятал лицо в ладонях.
– Тогда ее величество была еще совсем девочкой. Беспечной, веселой, -- он вздохнул, Могла сутками не слезать с седла, спать на земле. А как она хохотала! Это был не смех, а рев единорога. Помнится при переходе через Мак Дуй все не ложились и не ели уже четвертые сутки, а она..."

Голос королевы вывел епископа из размышлений.

– - Есть еще один вопрос, который я хотела бы с вами обсудить, но, честно говоря...
– Хельви встала и начала прохаживаться вдоль стола, что служило явным признаком волнения. Ее слова звучали мерно, в такт нарочито спокойной, широкой поступи.

Отец Робер поймал себя на мысли, что с годами в поведении королевы становится все больше мужских черт. Так ли ходила ее мать, королева Айлиль?

– - Я должна сообщить вам...

Министры напряглись. Все предполагали, что Совет уже закончен. После двух часового заседания вельможи устали, и сейчас явно было не лучшее время для занятий новым делом. Обычно Хельви умела отсекать важное от второстепенного. Если же она приберегала что-то серьезное напоследок, это значило, что сама королева не знает, с какой стороны подступиться к вопросу.

"Вот сейчас она бросит в зал пробный камень и на неделю "забудет" о нем, а то и на месяц...
– - подумал отец Робер.
– Не будет никого беспокоить, даст время поразмыслить. На самом же деле будет думать сама. И наблюдать". Епископ подавил вздох. Когда-то, наставляя ее величество в догматах веры и обязанностях государя перед своей страной, он не предполагал, как далеко пойдет эта девочка. Сейчас ей важна первая реакция. Самая первая, которая выдаст истинные чувства если не всех, то многих сановников.

– - Итак, -- Хельви остановилась. Ее руки, заложенные за спину, цепко сжимали друг друга.
– Мы получили вести из Фомариона.

Повисла тишина. Королева явно не торопилась с продолжением.

– - Хорошие или плохие, осмелюсь спросить?
– откликнулся толстяк казначей. Только он и умел так бесцеремонно прерывать королевские паузы. Ты говори, девочка, чего мнешься? И они нам войну объявляют?

Хельви едва сдержала смешок.

– - Все не уймешься?
– она дружелюбно кивнула Ламфа. Кажется, своей неуместной грубоватостью он снял напряжение.
– Я бы не назвала эти новости хорошими, хотя и плохого в них тоже ничего нет... на первый взгляд.
– она снова улыбнулась, но на этот раз только губами.
– Король Фомариона Арвен делает нам предложение.