Чтение онлайн

Я стала чаще просить Валерку подбросить меня на машине и почти прекратила свои загулы. Тимур с подозрением приветствовал меня вечерами дома, а я никак не могла определиться, у какого врача сделать аборт, чтобы не выслушивать очередные нравоучительные нотации. Я была так сосредоточена на том, чтобы не выдать свое положение, что на все остальное просто не хватало ни сил, ни времени.

– Спасибо тебе. Прости, что оторвала от работы, просто действительно неважно себя чувствую, - поблагодарила я Валерку, сидя в его машине.

– Алин, у тебя все в порядке? В последнее время ты себя немного странно ведешь и... какая-то бледная, - он отодвину прядь волос с моего лица, чтобы удостовериться в моей бледности.
– Может быть, тебе обследование пройти?

Я помотала головой и отвернулась к окну. Я не знала, как говорить, это было моей больной темой, которой я пока ни с кем не делилась.

– Я беременна, - я повернулась к Валерке, глаза сразу наполнись слезами. Я не хотела и не представляла себя в роли мамаши.

Валерка на секунду опешил.

– Алинка, поздравляю! Это здорово!

– Нет, - по моим щекам покатились слезы.
– Нет, я не хочу. Валер, это ужасно! Мне нельзя, я не готова, я не хочу детей!

Он прижал меня к себе, и я зарыдала на его груди.

– Глупая, - он погладил меня по голове.
– Нет ничего прекраснее детей. Это частичка тебя, твоя клеточка, твоя кровь. Представляешь, у него будут такие же черты, как у тебя, характер твой, он будет называть тебя "мамой". Ведь нет никого ближе, чем мама. Девочку будешь наряжать в платья, мальчику давать заботливые подзатыльники.

Я усмехнулась и подняла на него глаза, полные страха и растерянности.

– Валер, я ведь даже не знаю, от кого он.

– Главное, что он точно твой, - серьезно проговорил Валера.

– Я сделаю аборт.

– Не вздумай. Я прицеплю тебя наручниками к батарее.

– Да ты понимаешь, что я не смогу дать ему того, что должна. Я не смогу его любить. Он нежеланный.

– Просто ты пока не осознала, первая шоковая реакция, потом поймешь, какое это счастье.

– Счастье - это от любимого, в полной семье с нежными отношениями. А то, что у меня, даже жизнью-то сложно назвать. Валер, я ненавижу Тимура, я ненавижу себя, - я все глубже пыталась уткнуться в его воротник.
– Как я смогу воспитывать ребенка в такой ненависти? У меня нет ни сил, ни желания кого-то любить. Моя жизнь загнивает с каждым днем.

– Вот и будет повод ее изменить. Алинка, ребенок ни в чем не виноват. Раз уж так случилось, значит, на то воля божья.

– Ну, почему именно я? Лучше бы уж твоя Поля, я бы действительно была за вас счастлива.

– Прекрати, вытирай слезы, все наладится, - он провел пальцами по моим щекам, смахивая слезинки.
– Дурочка, я так рад за тебя.

– Спасибо тебе, - я пыталась успокоиться, всхлипывая. Валерка был самым близким другом, терпящим все мои истерики и умеющим подбирать нужные слова в нужные моменты. И я каждый раз удивлялась, почему именно он, а не кто-то другой, хотя бы та же Катюха, с которой мы дружили со школы.
– Я не представляю, как с этим жить дальше, - вздохнула я.

– Ну, будешь брать мастер-классы у Кати, - усмехнулся он.
– Если что, я всегда готов помочь. И... Тимур у тебя есть.

– Тимур, - я тряхнула головой.
– Это точно. Поднимешься на чай?

– Нет, спасибо, - Валера отрицательно помотал.
– Я Поле обещал пораньше закончить и заехать за ней, сегодня не получится.

– Тогда заскакивай как-нибудь на днях, - я открыла дверцу машины и выкинула наружу ноги.
– Пока.

– Счастливо! И, Алин, - Валерка задержал меня на пару последних мгновений, - без глупостей, да?

Я неуверенно кивнула, я еще не приняла решение и не могла ничего обещать.

Дома я умылась и какое-то время изучала свое покрасневшее от рыданий лицо. Тимур еще не пришел. Интересно, насколько сильным этот стресс был для ребенка? Как я помнила из уроков биологии, наиболее важным этапом в формировании плода была первая декада - как раз время наисильнейших переживаний и истерик, в которых я пребывала. Многие девушки заранее готовятся к этому процессу и очищают свой организм. Я же первый месяц и вовсе ни о чем не подозревала и продолжала вести разгульный образ жизни. И пока я не пришла к окончательному решению, я не собиралась что-то менять.

Я открыла форточку и закурила на кухне. Тимур щелкнул дверным замком, помыл руки в ванной и прошел в комнату к дивану и телевизору. Он уже давно не ужинал дома, потому что я ничего не готовила. Где он ел, меня никогда не заботило. Иногда я видела следы кулинарии на нашей кухне, а иногда его ужины оставались для меня загадкой.

Я прошла в комнату и села в кресло напротив Тимура. Сначала он делал вид, что не замечает моего пристального взгляда, а затем все же его глаза стали бегать.

– Я беременна, - наконец, сказала я.

Тимур остановил свой взгляд на мне.

– Два месяца.

На его лице за мгновение пробежала буря эмоций, и наконец брови приподнялись, глаза раскрылись шире, и уголки рта чуть дрогнули то ли от улыбки, то ли от напряжения.

– Беременна?
– не веря, переспросил он.
– У нас будет ребенок?
– Тимур не смело улыбнулся.

Мои глаза округлились. Я откровенно была удивлена его реакцией. Я ожидала всего что угодно, но не улыбки и огонька во взгляде.

– Ты серьезно?
– Тимур подошел к креслу и присел передо мной на колени.
– У нас будет маленький?

– Я не знаю, - из моих глаз хлынули слезы.
– Я не готова, я не хотела.

– Это прекрасно, - он обнял меня.
– Мы будем родителями, - Тимур глупо улыбался, а я рыдала в его воротник.

– Я хотела сделать аборт...

– Глупая, почему ты раньше не сказала?
– он гладил меня по волосам.

Я была шокирована и тронута поведением Тимура. В этот момент он казался мужем счастливого брака. После того, что я ему устраивала... Я растерялась и не понимала, как вести себя дальше.