Чтение онлайн

Мальчики стрелой выскочили за дверь. Дэйви, Эмет и Моуз, смущенно шаркая, двинулись к двери, толкая друг друга, недовольные тем, что надо уходить.

Когда за ними закрылась дверь и шаги затихли на лестнице, Анна повернулась и посмотрела Стефену в глаза.

— Стефен, присядь.

Он почувствовал недоброе. Она собирается его оставить из-за этого проклятого показательного матча с Магири! Боже мой, он может отменить матч. К черту О'Мэгони. К черту все!

Стефен поставил сковородку на плиту, налил кружку пахты и тут же забыл об этом. Он огляделся вокруг в поисках работы, пытаясь оттянуть момент, когда Анна скажет то, что должна сказать.

— Стефен, пожалуйста.

Лицо Анны было бледнее полотна, — жизнь ушла из него.

— Я вчера видела Били Мэси в «Святом Николае». Это были не те новости, которых он ждал. Он с облегчением перевел дух.

— Ты уверена? Может, это был кто-то, кто на него похож?

— Я не ошиблась, — сказала Анна, не сводя с него глаз. — Мы говорили с ним.

Боже! Что она хочет этим сказать? Что она должна вернуться к Мэси? Чувство вины потянет ее назад?

— Не беспокойся, Нэн, — сказал он. — Я им займусь. Что-нибудь придумаю…

— Он теперь носит имя Били Магири. Когда он уехал из Ирландии, то взял другую фамилию.

Стефен уставился на нее, лишившись дара речи. Он не верил своим ушам.

— Он о нас не знает, — сказала Анна. — Мы с ним расстались до того, как он стал задавать вопросы.

Глаза Анны наполнились слезами.

— Я не могу здесь остаться. Я нашла комнату на Четвертой улице. Это респектабельный пансионат. Миссис Смит-Хэмптон его рекомендовала.

Все тело Стефена похолодело. Он мог только сидеть и смотреть. Потом пришла боль, разрывая его на куски.

— Я пыталась убежать от прошлого, Стефен. Мы оба… Но оно нас разыскало…

Он повернул голову к окну — сияло солнце, виднелись крыши домов. Но он ничего не видел, кроме Магири и Анны. Этот огромный, тупой, как бык, мужик с его прекрасной Нэн. Он оглядел кухню, где все было сделано ее руками, но на нее не мог взглянуть.

Его пристальный взгляд остановился на столе, на аккуратно накрахмаленной белой скатерти…

— Я попрошу Дэниса Лоулера отвезти твои вещи.

Анна снова заговорила. Стефен слышал ее, но смотреть на нее не мог. Он уговорил себя принять ее прошлое, пытаясь понять, через что она прошла. Но она… Она лежала с Магири! Безликий абстрактный муж оказался ни кем иным, как Били Магири. Его охватило отвращение.

— Я поговорю с Рори. Попытаюсь все объяснить… Четвертая улица всего за несколько кварталов отсюда, так что он может часто ко мне приходить. Ты не будешь возражать?

Он пожал плечами. Какое это имеет значение?

— Били найдет меня рано или поздно. Наверняка все разузнает о нас. Но тогда я буду сама по себе. И тебе не нужно будет отвечать ни за что.

Стефен сжал голову. Господи, она все что-то говорит… Почему она не заткнется?! Ее здесь не должно быть! Господи, как она мне надоела, сделай так, чтобы она ушла!

— Скажи что-нибудь, Стефен, — прошептала Анна чуть слышно.

Он встал и молча вышел из кухни. Стефен спустился в спарринговую комнату — полдюжины мужчин крутились вокруг ринга, разговаривая и покуривая. Они окликнули его, но он не услышал.

Бар был полон постоянными клиентами. Стефен подошел к стойке. Мужчины приветствовали его, поднимая кружки.

— Добрый день, Стефен!

— Этот Дэйви Райен ничего… Ты хорошо сделал, что взял его сюда…

Стефен заставил себя усмехнуться. Хлопнул говорившего по спине.

— Всем доброго здоровья! — крикнул он.

Как хорошо побыть иногда в мужской компании. Женщины хороши только для постели — поиграй с ней и забудь. Его ошибка была в том, что позволил бабе под шкуру залезть, внушив мысль, что он ее любит.

Он резко повернулся к стойке и крикнул:

— Бармен!

Подбежал Дэйви с белым полотенцем в руке.

— Шеф?

— Виски.

— Стефен, здесь сейчас, как в аду. Мне не до шуток.

— Виски, черт тебя побери совсем! И поскорее! Дэйви обеспокоенно вытаращил на него глаза:

— Вы разыгрываете меня. Вы же не пьете!

— Что должен сделать человек, чтобы его обслужили в собственном заведении?

В салуне повисла тишина. Дэйви со стуком поставил перед ним бутылку и стакан.

Стефен наполнил стакан доверху и опрокинул в себя. В желудке разлилось тепло. Снова налил и снова выпил.

— Скажи, чемп, что происходит?

Рядом с ним стоял Джил, положив руку ему на плечо.

— Заткнись, Джил, пей!

— Стефен…

— Слушать тебя не хочу. Пей, если хочешь, только со мной не разговаривай!

Стефен вглядывался в зеркало позади стойки, на лимоны и стеклянную посуду, на большие бутылки шампанского. Он думал, как это будет, если все это разбить сейчас?!

— Не нравится мне это, чемп.

Стефен допил виски в стакане и налил еще.

— Ради Бога, Джил, выпей! Подошел Эмет и. взял его за руку.

Стефен вырвался, уставясь на Эмета, пытаясь сфокусировать свое внимание на нем.

— Знаешь, в чем твоя трудность, юный Эмет? Ты не любишь своих соотечественников. Ты ожидаешь, что они такие же умные, как и ты, а они просто люди — со своими слабостями и недостатками, но и не без достоинств. Они все здесь сопляки, вроде нашего Дэйви. И ты их не освободишь, пока не полюбишь. Если ты не полюбишь нашего Дэйви, ты не сможешь их освободить. — Он остановился, забыв, что хотел сказать.

— Боже мой, — сказал Джил. — О чем это он толкует?

Эмет улыбнулся:

— Да, Стефен, я понял, что ты имеешь в виду. Еще одну порцию?

— Еще? — спросил Дэйви недоверчиво.

— Он сейчас отключится, и мы отведем его наверх.

Стефен отодвинул стакан и бутылку.

— Убери, я не хочу отключаться!

— Я приведу Анну! — воскликнул Дэйви.

Услышав ее имя, Стефен перегнулся через стойку и схватил Дэйви за рубашку, подняв его над полом.

— Если приведешь ее, я тебя убью!

Дэйви побледнел. Кто-то прошептал:

— Моуза… Приведите Моуза…

Стефен поднял руки.

— Нет, нет… И не думайте. — Слова застревали на языке. Он собрал лицо в улыбку и повернулся к Дэйви: — Извини, парень.

В салуне царило молчание. Несколько человек улыбались, другим было не по себе.

— Извините меня, парни… У меня есть неотложное дело… Личное.

Стефен пошел к выходу, стараясь идти прямо. Но это было труднее, чем он думал. Он толкнул дверь и тихо сказал: