Чтение онлайн

– Глеб, зайди ко мне, дело есть.

Глеб Воронцов – лучший друг Яра и его правая рука во всем, что касалось бизнеса. Того же возраста, что и Яр – тридцать пять лет. Дружили они ещё со школы. Вместе ушли в армию и служили в одной части.

В армии Яр и получил своё прозвище – Скиф. Из-за татуировки-рукава во всю левую руку от плеча до кисти. Это действительно был скифский узор.

Отец Яра, рано ушедший из жизни, когда сыну было только десять лет, частенько рассказывал ему об исчезнувшем в песке истории народе. Он говорил, что их с Яром род уходит корнями как раз к скифам.

Когда Яр вернулся из армии, он пытался проследить свои корни. Они терялись где-то в восемнадцатом веке и не подтвердить, не опровергнуть теорию отца у него не получилось. Но он и не расстроился. Скиф так скиф, что это меняет?

Яру рано пришлось повзрослеть. Мать серьёзно болела и не могла должным образом работать, чтобы содержать и себя, и сына.

Перед смертью отец сказал ему: «Яр, если меня вдруг не станет, ты должен позаботиться о матери, понимаешь? Ты будешь единственным мужчиной в семье. Наша мама, сам знаешь, одна не справиться. Я отложил некоторые деньги, и они перейдут к тебе. Не так много, чтобы вы могли жить беззаботно достаточно долго. Поэтому тебе придётся решить, что делать с этими деньгами. Как сделать так, чтобы не только не проесть их за несколько лет, но и приумножить».

Отец подсказал Яру в каком направлении примерно нужно двигаться: «Запомни простое правило. Люди всегда будут болеть, воевать и всегда им нужно будет где-то жить. Чтобы не случилось, какие бы времена не настали, какая бы власть в стране не установилась, всегда будет так. Воевать, болеть и где-то жить. Значит – заниматься нужно именно тем, что обслуживает эти три вещи. Лучше, конечно, всеми тремя, но хотя бы чем-то одним. И ты всегда будешь при деле и всегда у тебя будут деньги».

Яр слушал внимательно и ловил каждое слово. Он понимал, что отец говорит очень важные вещи. Как и понимал, что тот прав.

«Если будут воевать, значит – тебе нужно заниматься оружием. Но это опасный путь. Такое не советую, да вряд ли ты сам захочешь. Второе – болеть. Значит – тебе нужно заниматься лекарствами. Это уже проще. Лекарства можно производить, можно продавать или то и другое. И – людям нужно где-то жить. Значит – тебе нужно строить дома. Я советую заниматься недвижимостью, но решать будешь сам. Главное помни! Держи рассудок холодным, а сердце горячим. И всегда оберегай тех, кто тебе дорог».

Яр стал главой семьи, детство кончилось, игры тоже. Он нацелился завоевывать мир. Мрачный, с затаенной жаждой жизни, Яр впитывал всё: новости мира бизнеса, имена из списков Форбс, истории успеха, людей и их повадки, женщин и их желания. Он стал стрелой, выпущенной в мишень умелой рукой, и эта мишень называлась – успех. Ему некогда было оглядываться, некогда было остановиться, отдохнуть, порадоваться жизни. Он и был самой жизнью, неукротимой её стихией.

Погуляв месяц после армии, а на самом деле изучив перспективы рынка, Яр поехал к Глебу в гости. Тот в это время перебрался жить в Калугу. Там бабушка оставила ему дом. Глеб с Яром в чем-то были похожи, высокие, плечистые, для девчонок притягательные. Но это было чисто внешнее сходство. Яр был замкнут, вспыльчив, в его глазах читалась затаённая страсть и угроза. Он был словно дикий воин в доспехах из современных костюмов. Глеб же был каким-то обтекаемым, что ли, увиливатель. Там, где Яр скажет жёсткое непреложное «да», Глеб накрутит витиеватых фраз, коснётся одной темы другой, уведёт в третью, он будет выглядеть эрудитом, тонким знатоком всего на свете, его заслушивались, словно соловья, но никто бы не мог в итоге сказать, о чем они договорились, или что именно обсуждали. Глеб на фоне Яра выглядел утончённым эстетом, Яр на фоне Глеба казался грудой мышц и инстинктов.

Когда Яр приехал к нему в гости, Глеб рассказал, что под Калугой немцы начали строить автомобильный завод и скоро начнут собирать свои машины в России.

– Представляешь, – сказал тогда Глеб, – весь город заполонили. Гостинцы битком, в хостелы не пробиться. Местные сразу задрали ценник на съем квартир. Работягам вроде как настроили каких-то времянок.

– То есть, получается, им всем нужно где-то жить. А когда завод достроят, здесь будет и много начальства этого завода с приличными европейскими зарплатами, и гостинца их точно не устроит.

– К чему ты ведёшь? – спросил Глеб.

– Где, ты говоришь, завод строят? Давай съездим глянем? – предложил тогда Яр.

Неподалёку от места, где возводили завод, Яр приметил приличный кусок земли, рядом с которым шла высоковольтная линия и виднелась газокомпрессорная станция.

– Слушай, Глеб, ты можешь узнать, можно ли купить здесь землю и сколько она будет стоить? – спросил в тот раз Яр.

– Ты бы сначала сказал, что ты задумал?

А задумал Яр все очень просто. Отцовских денег, чтобы серьёзно заняться строительством в Москве, конечно, было недостаточно. Но здесь в Калуге совсем другие цены. Как только завод достроят, и немцы начнут обживаться, цены взлетят. Значит нужно успеть.

Яр собрался купить этот участок земли. Фактически пустырь, рядом ни дач ничего. Значит и цена должна быть смешная. Есть высоковольтная линия – значит можно подвести электричество, есть газокомпрессорная станция, значит – можно подвезти и газ.

Можно построить здесь таунхаус для топ-менеджеров автомобильного завода и их семей и сдавать в долгосрочную аренду. Если улыбнётся удача, масштабировать это дело до элитного закрытого посёлка.

Идея выгорела. Так Яр заработал свои первые миллионы и преумножил деньги отца во столько раз, во сколько тому и не мечталось.

А дальше Москва – строительная компания и агрессивная экспансия. К тридцати пяти годам Яр стал тем, кем стал. И все это время Глеб был рядом, стал правой рукой и, как показало время, оказался не только лучшим другом, но и надёжным партнёром.

Везде, где надо было договариваться с инвесторами, с партнёрами, лучше Глеба не было, он заговаривал зубы, он уговаривал, уламывал, окручивал фразами, словно верёвками – не выпутаться. А слово Яра было гарантией.

В тот год, когда погибла Поля, Глеб вообще все тащил на себе в одного. Яр совершенно не мог заниматься делами. Его строительная империя рухнула бы, если бы не Глеб. И за это Яр был ему бесконечно благодарен.

– Я тут подумал, – начал Яр, когда Глеб появился в кабинете и расположился в кресле. – Пора расширяться.

– Дело хорошее, ты никак не можешь усидеть на месте. Ну что ж, значит, расширяемся, – согласился Глеб и спросил: – Какая стратегия?

– Пока разведка. Хочу совместить приятное с полезным. План такой. Мой теплоход завтра спускают на воду, хочу опробовать.

– Скажешь тоже, теплоход, – усмехнулся Глеб. – Да это чуть ли не круизный лайнер океанского класса, он же буквально кричит о твоих амбициях, ну или может, комплексах!

– Ну, все же – теплоход. – уточнил Яр, не обратив внимания на шуточки Глеба, Глеб постоянно над ним подтрунивает. – Построен для того, чтобы ходить по рекам, так что какой лайнер? В общем, отправляемся по Волге до Волгограда через Ярославль, Кострому, Нижний Новгород, Самару и Саратов. Пригласи на, как ты это говоришь – лайнер? Пригласи нужных людей, тех, кто заинтересован в инвестировании. Но не делай акцент, что это деловая поездка. Пусть считают, что приглашены отдохнуть.

– Понимаю, – Глеб уже прикинул что к чему.