Нежность
Шрифт:
— Нет! — Саманту охватил ужас, она лихорадочно старалась придумать, как убедить Блейка. — Но ты же не хочешь, чтобы я ушла. Я знаю это.
Конечно, — он повернулся к ней. — Но я также не хочу, чтобы с тобой что-нибудь произошло.
— Со мной все будет в порядке, пока ты рядом. Саманта знала, что есть только один способ сохранить Блейка: остаться на ночь… здесь, в комнате… в его постели. Если она будет принадлежать Блейку, отец будет вынужден обвенчать их.
Саманта сначала даже не поняла, как подобная мысль могла прийти ей в голову, и откуда у нее взялось мужество. Она только помнила о том, что нужно сделать все, чтобы Блейк не уехал из Лоренса. Саманта медленно развязала и бросила на стул меховую накидку, затем сняла шляпу, вытащила из волос два гребня. Волосы тяжелой волной упали ей на плечи, а по щеке девушки скатилась одинокая слеза.
— Может быть, мне придется покинуть Лоренс, Блейк, — тихо сказала она, медленно расстегивая платье; сердце бешено стучало у нее в груди. — Но независимо от того — уеду я или останусь — у нас, возможно, больше не будет такого шанса, — смело продолжила Саманта. — Наверно, это самый непростительный грех в моей жизни… но я люблю тебя… и, если вдруг с тобой что-нибудь случится, мне хочется, чтобы ты стал моим первым мужчиной. Больше всего на свете я хочу, чтобы ты остался здесь… со мной.
На глазах изумленного Блейка девушка дрожащими руками стянула с плеч платье, и оно плавно упало на пол. Саманта осталась в нарядном лифчике и сорочке, ее всю трясло то ли от волнения, то ли от холода.
— Сэм, не надо. Это неправильно, — попытался возражать Блейк. — Мы оба потом пожалеем об этом.
— Неужели? Ведь мы любим друг друга. С нами может случиться все, что угодно. Возможно, мне все-таки придется уехать, Блейк, но у нас будет эта ночь, — щеки Саманты пылали. — Пожалуйста, не заставляй меня стоять перед тобой в таком виде, как… — слезы потекли по ее лицу. — Пожалуйста, Блейк, помоги мне…
Любовь к Саманте и выпитое виски, так же, как и ее обнаженное девственное тело — все это сделало его сопротивление невозможным. Господи, сколько раз Блейк мечтал обладать ею! Но он хотел сначала жениться, чтобы все произошло в их брачную ночь. Впрочем, какое это сейчас имеет значение… Блейк знал, что чувства его останутся неизменны, независимо от того, женится он на Саманте или нет. У нее такой испуганный и жалкий вид… без сомнения, она влюблена в него, Блейка Хастингса… Как давно он уже не испытывал подобной любви!
— Сэм, — нежно произнес Блейк, подходя вплотную к Саманте.
Он легко пробежал пальцами по ее телу, сняв с плеч бретельки, затем высвободил одну грудь и начал ласкать набухший от желания сосок. Саманта, задыхаясь, закрыла глаза.
— О, Боже, Сэм, — простонал Блейк. Пути назад уже не было.
Глава 7
Эта ночь превратилась для Саманты в магическое волшебство. С того момента, как пальцы Блейка коснулись ее груди, она твердо решила, что независимо от того, что ждет их впереди, они должны принадлежать друг другу.
Еще никогда страсть и желание не наполняли Саманту таким жаром. Блейк уничтожил все ее страхи; она уже ни о чем не могла думать, задыхаясь от его настойчивых восхитительных поцелуев. Незаметно для себя, Саманта оказалась в постели, а Блейк продолжал раздевать ее, один за другим срывая последние покровы одежды.
Да, пронеслось в голове у Саманты, именно такой и должна быть любовь. Это — страстное желание удовлетворить мужчину и самой получить наслаждение, не испытывая при этом никакого стыда и страха. Саманта была уверена, что Бог подарил ей такую страсть к Блейку, потому что хотел, чтобы она любила этого человека до конца жизни.
Где-то в глубине души Блейк знал, что завтра утром будет считать себя последним негодяем. Да, он любил и хотел Саманту, так же как и она желала его. Но он хорошо понимал, что должен был обратиться к ее благоразумию, а не поддаваться своим эгоистичным желаниям. Блейк отдавал себе отчет, что воспользовался отчаянным желанием Саманты принадлежать ему, ее тревогой по поводу его ранения, но сейчас он был уже неспособен ясно мыслить. Она лежала перед ним такая желанная, доступная, ее мягкая полная грудь ждала его прикосновений. Блейк любил Саманту, и это было самым главным.
А если ему суждено завтра погибнуть? Тогда какой-нибудь другой мужчина будет обладать этим сокровищем, испытает этот упоительный экстаз? Мысль о том, что Саманта могла бы принадлежать кому-то еще, была для Блейка невыносимой. Его приводило в бешенство воспоминание о Фреде Брустере, который пытался взять то, что принадлежало только ему, Блейку Хастингсу. Эти мысли сделали Блейка более настойчивым.
— Люби меня, Блейк, — нежно прошептала Саманта. — Я хочу принадлежать тебе. Мне ничего не страшно с тобой.
Он не нуждался в дальнейшем поощрении. Продолжая целовать Саманту, Блейк немного приподнялся и снял рубашку. Лицо девушки вспыхнуло от смущения при виде его обнаженной груди. Она натянула одеяло до подбородка и закрыла глаза, догадавшись, что Блейк полностью раздевается. Через минуту она почувствовала, как он скользнул к ней в постель и вытянулся рядом.
— Посмотри на меня, Сэм, — тихо попросил Блейк.
Саманта снова увидела над собой его глаза, полные любви и желания. Она не почувствовала страха, настолько естественными и прекрасными оказались прикосновения Блейка.
— Я люблю тебя, Сэм, — нежно сказал он, прижимаясь к ней и гладя ее по спине. — Я буду любить тебя всю жизнь.
Губы их встретились. Дыхание Саманты стало прерывистым, она чувствовала манящую наготу его тела и с горячей страстью отвечала на поцелуи Блейка. Отбросив в сторону одеяло, он начал целовать ее шею, грудь, затем взял в рот нежный розовый сосок.
Саманта задрожала от нестерпимого желания, обняв его за плечи, и снова закрыла глаза. Между тем, губы Блейка начали ласкать другую грудь, а руки касались таких сокровенных мест на теле Саманты, что у нее на миг перехватило дыхание. Она содрогалась от сладкой мучительной боли, совершенно забыв о благоразумии.
Что за удивительные чувства пробуждали эти прикосновения? Неожиданно горячая волна наслаждения захлестнула Саманту; она вздрогнула всем телом, выкрикнув имя любимого. Блейк поцелуем закрыл ее рот.
— Постарайся не шуметь, — прошептал он ей на ухо. — Я не хочу, чтобы хозяйка узнала, что у меня в комнате — женщина, особенно если это дочь преподобного Уолтерса.
— Что со мной произошло? — чуть не плача от избытка чувств спросила Саманта.
Блейк усмехнулся и снова поцеловал ее. Он любил Саманту за эту наивность еще больше, потому что еще никто не ласкал ее так. Ему посчастливилось стать для Саманты первым мужчиной, и он был уверен, что другого у нее не будет.