Чтение онлайн

В убранстве комнаты преобладал — и в этом чувствовался дурной вкус — ярко-алый цвет; казалось, будто тот, кто подбирал обивку мебели, гобелены и драпировки, боялся, что, если цвета приглушить, его старания никто не оценит. Сэмюель, приведя Бет в комнату, сообщил ей, что раньше она принадлежала графине Шалотт, вдове покойного графа.

«Мне придется спать на кровати, в которой когда-то нежилась убийца», — подумала Бет. И ее пробрала дрожь. Хотя она прекрасно знала, что в мире много зла (знала больше, чем ее мать и другие женщины их семьи), но так и не могла понять, почему один человек намеренно причиняет зло другому, может даже убить ближнего из-за денег или косого взгляда, почему женщина вместо того, чтобы просто уйти от мужа, если она не хочет с ним жить, предпочитает отравить его. Или почему соотечественники начинают воевать друг с другом только потому, что они по-разному смотрят на один и тот же вопрос или обладают разными правами. Это казалось ей бессмысленным.

Сопение, послышавшееся прямо за ее спиной, рассыпало ее мысли, как зерна кукурузы, которые бросают цыплятам на лужайке перед амбаром. Повернувшись, Бет увидела, как Джейкоб и Хэнк пытаются втащить в комнату громоздкую продолговатую лохань.

— Осторожней, ребята, — приказал им Сэмюель. — Если вы уроните лохань, на ней останется вмятина, и я уверен, Дункан рассердится на вас.

— Не ворчи, старик! — пробормотал Хэнк. — Ты только командуешь, а мы надрываемся. Какая же она тяжелая, эта штуковина!

Сэмюель бросил на него мрачный, осуждающий взгляд.

— Если ты больше будешь работать руками, а не языком, то она тебе не покажется тяжелой, как какой-нибудь смазливенькой девчонке. Не обижайтесь, мисс, — поспешил извиниться Сэмюель, искоса взглянув на Бет.

— А я и не обижаюсь, — ответила Бет, приблизившись к Сэмюелю. — Что все это значит?

Тяжело дыша, Джейкоб и Хэнк поставили лохань в середине комнаты. Сэмюель, нетерпеливо махнув рукой, указал им на выход.

— Да, непросто было ее сюда втащить, — заметил он. — Правда, еще не все готово.

Бет нахмурилась, рассматривая этот металлический чан. Она была ошеломлена.

— Что это?

Сэмюель удивленно взглянул на нее. Наверняка там, откуда приехала эта девушка, имеются лохани для мытья, как же иначе?

— Как что? Лохань, чтобы мыться, сударыня, — ответил он.

— Да, я знаю, для чего существуют лохани. Но я ведь не просила ее приносить.

Сэмюель улыбнулся:

— Дункан полагает, что вам, должно быть, хочется освежиться после дороги и той долгой ночи, которую вы провели, ухаживая за ним.

«Что ж, это весьма любезно с его стороны, — подумала Бет. — Вот уж не подумала бы, что он может быть таким заботливым».

Пока девушка выясняла, кто распорядился доставить сюда лохань, в комнату один за другим входили люди. Каждый нес чайник или кастрюлю с водой. Пар поднимался над каждым из сосудов. Бет вопросительно взглянула на Сэмюеля, а тот продолжал командовать:

— Эй, вы, лейте воду в лохань! — Он потряс предостерегающе своим костлявым пальцем перед носом Томми. — Да смотри, не пролей ни капли.

Когда лохань была наполнена почти до краев, Сэмюель, отступив к двери, крикнул вниз:

— А ну, поторапливайтесь, несите мыло и чистое полотенце, а то вода остынет.

Бет ужасно хотелось поскорее раздеться и погрузиться в воду, но тут ей в голову пришла мысль, которая заставила ее нахмуриться.

— Сэмюель, — положив руку ему на плечо, сказала девушка. — Скажите, это комната прежней графини, не правда ли?

— Да, мисс, я уже вам говорил об этом.

— А она, случайно, не сообщается с комнатой рядом? С комнатой графа? — Бет не могла заставить себя назвать ее комнатой Дункана. Нет, она не увидела здесь двери, которая вела бы в другое помещение, но в старых замках бывают секретные ходы, по которым любовники могут глухой ночью ходить друг к другу на свидания.

Сэмюель решительно покачал головой.

— Нет-нет, сударыня. Я слышал, графиня была мегерой. Красивой, но ее красота оказалась смертельной. — Наклонив голову, Сэмюель понизил голос: — Она сделала немало зла. — И, посерьезнев, добавил: — У нее были любовники, вот и пошли такие слухи.

Об этом рассказывали в городе. Хозяин тамошней пивной с гордостью причислял себя к когорте любовников графини, но на этот счет у Сэмюеля были сомнения. Ни у одной женщины не могло быть столько любовников, сколько приписывали графине, хотя неплохо было бы проверить это.

— Такая женщина не позволила бы, чтобы ее комната сообщалась с комнатой ее бедного мужа-рогоносца, — убежденно сказал Сэмюель.

Да, это похоже на правду. И все-таки муж женщины, которая славилась своими похождениями, мог придумать какой-нибудь способ, чтобы убедиться в ее измене. Что, если комнаты все-таки сообщаются?

Бет прикусила губу, понимая, что Сэмюель мог бы обидеться за Дункана.

— А нет ли здесь случайно… — девушка грациозно качнула головой, — дырок от сучков?

Сэмюель решил, что понял, чего хочет Бет: ей охота узнать, нельзя ли тайком подсмотреть за Дунканом.

— То есть вы надеетесь, что… — пробормотал он и, увидев, как лицо ее исказилось от ужаса, тут же принялся горячо уверять девушку: — Нет-нет, сударыня. Никто не сможет подглядеть, не беспокойтесь! — Сэмюель прижал руку к сердцу. — Разве что, птичка… — И он жестом указал на полуоткрытое окно. — Хотя в такую погоду птицы смирно сидят по своим гнездам. Так что здесь вы будете в полной безопасности. Я могу поклясться в этом могилой моей матери. Кроме того, я поставлю сторожа у ваших дверей, чтобы сюда никто не мог войти случайно. — Старик подмигнул Бет. — Или нарочно.

Она была милой девушкой, и Сэмюель искренне хотел хорошенько о ней позаботиться. Конечно, в доме могут найтись люди, которые под любым предлогом попытаются заглянуть в комнату, чтобы хотя бы мельком взглянуть на ее привлекательные формы. Если бы он сам был помоложе, то обязательно прибег бы к подобной уловке. Ну а теперь его интересовала более пышная фигура другой дамы. Мужчине приятно, если есть за что подержаться. И Сэмюель улыбнулся, представив себе Сильвию. А Бет облегченно вздохнула:

— Я вам чрезвычайно признательна, Сэмюель.

Старик расплылся в улыбке:

— Я рад, что мог хоть чем-то услужить вам, сударыня. — Своим тупым, коротким пальцем Сэмюель поманил к себе Джейкоба. Молодой человек слонялся по комнате, пытаясь найти предлог, чтобы задержаться здесь еще немного. — Иди-ка вон, Джейкоб. Ты будешь стоять около двери этой леди столько, сколько ей понадобится.

Джейкоб выпрямил плечи, как солдат, встающий по стойке «смирно». На его глуповатом лице было написано удовольствие от того, что выбрали именно его.