Чтение онлайн

– - Сколько длился эфир?

– - Минут двадцать, наверное. И ещё я не уверен, что и наша линия не отвалится.

– Нужно срочно что-то решать.

– Что, Димитри? Если мы в отцеплении, корабль уже всё решил за нас. Остаётся ждать.

– И всё?
– вдруг охрипшим голосом произнёс Димитри.

– Ну и искать сигналы от других. Хотя совершенно непонятно...

– Тибр! Тибр, это ты? Приём!
– зазвучал третий голос.

– Клим?

– Да. Уф, наконец-то. Я уже, наверное, часа два эфир щупаю. Ничего не понимаю. Где ты, Тибр?

– Мы с Димитри в камерах отцепления. Видимо транспортёр автоматически доставил нас сюда прямёхонько из регенератора. А ты где?

То ли радио забарахлило, то ли крепко выругался человек.

– Да в такой же болтаюсь... Ненавижу эту плазму. Болото дерьма. Обтекай потом.

– Надеюсь, это "потом" вообще будет, - вставил Димитри.

– Приём, господа!
– это уже была Лира, единственная женщина в экипаже.

– Слава Высшим, жива.

– Полагаю, спрашивать у вас о нашем положении бесполезно?
– прозвучал её голос.

– Как всегда в точку, Лира. В колодце отцепления не видно даже собственных коленок.

– Вы все там?
– удивилась Лира.

– Да, а ты - нет?
– удивился в ответ Тибр.

– Нет. Я в навигационной. Из регенератора я вышла первой. Вы все ещё в нём барахтались. Это меня несколько удивило, потому что при взрыве самым проигрышным положением было моё, ведь я была рядом с сердечником, в Зета-секторе. Хм...

– То есть ты не знаешь, почему нас направили в сегменты эвакуации?

– Не уверена, - она что-то высчитывал в полголоса, - но судя по показаниям навигатора-ядра, можно предположить, что дела наши плохи. А конкретно мои ещё хуже. Вы хотя бы на старте...

– В чём дело?
– наперебой спросили несколько голосов, среди которых оказался новый - голос доктора Максимильяна Мазерса, бионика и врача команды.

– Кажется, удалось поднять все линии, - заметил Клим, - А Боро наверное спит, как всегда.

– Я в центральной рубке навигатора, - продолжала Лира, - все выходы заблокированы, мигают аварийки, и аппаратура не отвечает, даже при тактильном проникновении. Передо мной центральный экран - единственное, что работает.

– Конечно, у него свои "мозги", - заметил Тибр.

– А что он показывает?
– спросил Димитри.

– Показывает кондиметрические графики. Все системы отказали. Идём на аварийной тяге, на силе реактора. Очень скверная обстановка в тягловом отсеке - радиация жуть!

– Где мы? И куда следуем?

– Сложно определить. Возможно приборы тоже дали сбой. Мы отдаляемся от какого-то лацертида. Видимо, та воронка, что закрутила нас, чудом пронесла мимо ядра. Это ядро эллиптической галактики Ящерицы, насколько можно судить из смещения магна-осей.

– Ящерицы?
– недоумённо воскликнул Тибр, - каким образом нас вынесло на её периферию?

– Это не точно, Тибр. Повторяю, навигатор очень странно себя ведёт. Очень. Он только что показывал ноль и четыре десятых парсека от чёрного предела, от центра Ящерицы. А теперь уже целых три. Причём мы идём на обычной тяге, и скорость наша не больше второй космической! Стоп... теперь уже четыре... а теперь вообще два с половиной.

– Очень напоминает движение по квазарным спиралям. Мне кажется в BL Lacertae, если это она, такое невозможно. Мы просто шилом идём.

– Но излучение ближайшей звезды сильно поляризовано, излучение синхротронное, нет эмиссионных линий - это не квазар, хотя и похоже.

– Но от дыры мы удаляемся, так ведь?

– Какая разница?
– скептически заметил Димитри, - Если это и впрямь Ящерица, то у неё дыра сверхмассивная, и мы легко сможем долететь и плюнуть на её дно - приливные силы ничтожны.

– Есть, её диаметр ноль и пятьдесят восемь парсек!
– раздался торжествующий голос Лиры, - Сейчас-сейчас, выясним, куда нас закинуло. Так, галактика явно взаимодействующая.

– Ага, - заметил Тибр, - ещё один плюс в пользу Ящерицы. Взаимодействует с Млечным путём.

– А может с Андромедой? Судя по удалённости от центра галактики, мы ближе к ней. Тогда...

– Перестань думать о худшем, Димитри. Ты фаталист до самого ликвора, - прервала его Лира.

– Планета!
– вновь раздался её голос.

– Что там?

– Ого, что у нас тут?
– тихо проговорила она, - кажется, здесь когда-то проходил космофлот. Этот сектор отмечен в навигаторе. Один момент.

Из динамиков донеслось многократное нетерпеливое щёлканье. Лира жала на клавишу, с нетерпением ожидая анализа введённых координат.

– Есть. Поздравляю, место нашего пребывания мы выяснили. Да, это созвездие Ящерицы, система "ноль двадцать восемь", и тут многократно проходили корабли с Земли.

– Всего и делов, - прошипел в динамике Клим.

– Да, но зона с планетой, которую я вижу на экранах, закодирована. Навигатор не отображает ни её, ни данных о ней.

– База, должно быть. Хотя рядом с ними зона динамического отражения. Нас бы отшвырнуло от орбиты. Стратегический объект, господа и дамы, - отозвался Димитри.

– Но я вижу более десятка следов от крупных станций. Тут что-то есть. Следы буквально паутиной вокруг планеты. Сейчас посмотрю по каталогу, - Лира замолчала, и никто не смел прерывать тишины.

– Прекрасно. Экзопланета "пятнадцать Ящерицы альфа". По каталогу Нойзера область звёздной линии "Кецаль".

– У неё даже номинатив есть?
– удивился Димитри, - что бы это значило?

– Что-что, - вмешался Тибр, - всё это неспроста, но вряд ли нам будут рады. Лира, сколько нам до неё?

– Не могу понять... с часами что-то. Космическая полночь шестьсот пятый день.

– Погоди... Мы попали в зону дрейфа в три часа двадцать минут на шестьсот восьмой день, - заметил Димитри.

– Это либо сбой аппаратуры, либо...

– Либо?

– Теоретически скачки по функции возможны. Об этом предупреждают, но... Но я никогда не сталкивалась с таким смещением времени. Думаю, это часы решили отдохнуть.

– И очень не вовремя, - совсем тихо ответил Димитри.

– А чего там с планетой?