Чтение онлайн

— Что же ты, Оливия, не бойся. Покажи, как сильно меня любишь.

В глазах князя горел чужой ледяной огонь. Руки потянулись к пояску, но халат и так почти распахнут.

Проснулась я потому, что Родерик тряс меня за плечи. Сильно. Кто-то кричал рядом — пронзительно и жутко.

— Любимая, тише. Это сон. Прижмись ко мне и позабудь его до утра.

Родерик Конрад, чуть ранее в личных покоях

— Пап, лекари осмотрели меня сегодня три раза. Никакой опасности нет… Лучше бы ты приказал выгнать из школы ту девицу, из-за которой все и случилось.

Ангелина недовольно пыхтела. Отец отселил ее из ее собственных апартаментов к себе, да еще второй раз за вечер «ковырялся» в ее потоках. Процедура сводилась к поиску аномальных магических скоплений, которые могли появиться из-за внешнего воздействия и некоторое время никак себя не проявлять.

Эта проверка довольно болезненна. Через тело словно пропускали слабые электрические импульсы. Чтобы перестала вертеться, пришлось напомнить дочери о ее статусе. Обычно это помогало даже лучше, чем подарки. Урожденная Конрад должна уметь владеть собой… А подарки он ей все равно организует. Какие захочет. Они оба это знали.

Князь подозревал, что две обнаруженные Ребеккой шпионки — отнюдь не единственные, кто работал на Стефана на территории школы. К Ангелине после сегодняшнего всплеска подходила половина Гретхема. Отличная возможность, чтобы применить против девочки запрещенное заклятие. Ее личная защита, а также игрушки, выданные в пансионе, в этот момент пребывали в дезактивации.

— Не называй отца параноиком. Не надо. В твоем возрасте меня каждый день проверяли перед сном. И не руками, а специальным прибором. Его потом признали пыточным и отказались.

Он старался говорить веско, чтобы Ангелина все же прониклась. Но ведь самому смешно вспоминать мальчишку, который терпел-терпел, а потом все же отталкивал лекаря двумя ногами.

Дочь всегда замечательно подхватывала его настроение.

— А магические выбросы у тебя случались? Ты же понял, что я не только спрессовала темный заряд — кто же знал, что так рванет — но и выкинула свой, воздушный. Потому темный сдетонировал так высоко…

— Случались чаще, чем это было выносимо для окружающих, — признал Родерик. — Если бы не Робертина, мама Оливии, которая взялась с рождения меня опекать, то, возможно, я бы не справился и жил бы в полной изоляции. Она обнаружила, что бои, самые обыкновенные, на кулаках, помогают мне держаться. А родная мать изобрела другой метод. Заставляла учить древних поэтов наизусть. Поэтому в закрытую школу я попал всесторонне подготовленным.

Ангелина оживилась. Разговорить отца об его детстве сложно. Зато в таких историях все родственники, кого она видела исключительно на портретах и в учебниках, оживали. И, если папа увлечется, можно лечь спать попозже.

— Я пошла в тебя, — гордо вскинула она голову. — Осталось открыть водные потоки, и тогда мне покорятся все четыре стихии. Никто не будет называть девчонкой. Я стану настоящим боевым магом, как ты. Пойду служить в разведку. Буду раскалывать наших врагов… Не то что эта Оливия, с которой вы все так носитесь, четырехстихийница, и заперлась в школе. Скучно. Могла бы побеждать чудовищ…

Девочка немного подумала. Воображение не желало останавливаться:

— Или жутких темных магов… Например, тебя!

Князь рассмеялся, сначала представив воинствующую Лив, а потом — сердитую Ангелину. Кстати, вторая картина вполне вырисовывалась. Дочь, действительно, способна раскалять потоки и по своей воле доводить стихию до крайней точки. Пока она умела управляться лишь с одной, не со всеми сразу, но если и, правда, добьет земную и станет разгонять все четыре…

Первый раз за этот день его начало отпускать. Обретение новой магии у малышки — это все же отличная новость. В другое время они бы с Аурелией устроили для нее большой праздник. Один детский, второй — для знати. Но сейчас он каждую минуту ждал удара в спину. Ангелину постараются зацепить в первую очередь.

Разве это случайность, что, когда врачи вынесли вердикт, что девочка после всплеска в отличной форме и он всерьез решил рассмотреть вариант с тем, чтобы отправить дочь к матери — на несколько недель, не больше — то столкнулся с неожиданным препятствием. Все равно организм в этот период будет восстанавливаться и нормально практиковаться в магии она не сможет, рассуждал Родерик… Вот только выяснилось, что с Элидиумом не связаться уже два дня. Впервые, сколько он себя помнил, канал оказался заблокированным.

— Зачем тебе столько силы, крошка? У тебя есть я, а потом мы выберем такого мужа, который никогда не даст тебя в обиду. Найдем симпатичную страну, подданных повеселее, — он, с одной стороны, смеялся, и, тем не менее, недоумевал. Что за мысли бродили в хорошенькой белокурой головке?

— Фу, папа, ты устарел. Замуж я не выйду. Всю жизнь зависеть от изменчивых мужских капризов… Я всего добьюсь сама. Заставлю всяких выскочек себя уважать.

Что-то его девочка где-то услышала, однако сказывалось и знакомство с местными самородками, Дэйвом и Ребеккой. И как ей объяснить, что то, что им даровано от рождения, ей, такой нежной, придется постигать огромным трудом, выцарапывать кровью. Впрочем, отказаться от лишений в пользу праздности она всегда успеет, успокоил себя князь.

— Мама перестала мне писать, — вдруг сказала она совсем другим тоном и всхлипнула.

— Эй, я не успел тебя предупредить. С Элидиумом оборвалась связь. Наверняка, мамины послания копятся на выходе. Через день-два ты, бедняжка, будешь читать их все скопом.

Оно уже была в постели, когда отец, развешивая ее платья на плечики, обнаружил почти килограммовый шар, запрятанный во внутреннем кармане. Ангелину, как и много лет подряд Аурелию, раздражала его манера обходиться без слуг. Иногда, если дочь устала, он убирал ее одежду сам. Поэтому в Грехтем не стали брать гувернантку. В конце концов справиться с плетениями и застежками Ангелина могла и с помощью бытовой магии.

Он повертел в руках шар, более всего напоминающий стальной апельсин. Насыщенно-серый, без блеска. Энергии в нем не было, хотя когда-то он представлял собой сгусток чистой магии.

— Что это, дочь?

Конрад уже догадывался, что услышит в ответ.

Позже, погрузившись в отчеты осведомителей, — нельзя было упустить из вида ничего из того, что происходило в столице и на курортах прямо сейчас — князь продолжал размышлять… Его девочке все-таки предстоит стать настоящим магом. Такой дар нельзя упускать.