Ни слова о другом мире
Шрифт:
— Страшно… Мне очень страшно. — она шептала ему, будто бы это не должен был слышать никто, кроме него.
Кап. Кап.
На снег падало что-то мокрое.
— Я не хочу умирать… не хочу. — Она плакала, бессильно сжимая в руке ткань его куртки, прижимаясь лбом в его грудь.
Парень обнимал ее, склонив голову.
А снег все безжалостно падал и только он был свидетелем слабости Талии.
Она устала быть сильной, устала бороться. Ее тело переставало ей подчиняться. Все что она могла, это сидеть на больничной койке и ждать его прихода. Он делал ее последние дни не такими трагичными.
— Я тоже не хочу. Если бы я мог, Тали… Я бы отдал тебе свое тело, не раздумывая ни секунды.
— Вот бы я могла жить вечно, хотя бы вот тут. — она ткнула пальцем в грудь, где находилось сердце.
— Ты итак будешь жить там вечно.
— Клянешься?
— Перед всеми известными и неизвестными богами.
Тогда никто из них этого не заметил, но из руки Талии, что лежала на сердце парня вырвалась маленькая ярко-белая сфера, которая растворилась в Его теле. В их мире не было магии, поэтому даже если бы это увидел сторонний наблюдатель, он протер бы глаза и со стойкой уверенностью в том, что ему померещилось — ушел бы прочь.
С тех пор прошла неделя. С каждым днем Талии становилось все хуже, вскоре она даже голову поворачивала с трудом. Но все это время с ней рядом находился он. Девушка до последней своей секунды, до последнего вздоха чувствовала себя любимой и по-настоящему живой.
Парень держал ее руку. Даже когда пришли врачи, слова которых резали больней ножа, он не отпускал ее. А все что он мог сказать — лишь ее имя.
В тот день его потеря была невосполнима. Он потерял Талию, навсегда.
С большим трудом медперсоналу удалось отправить парня домой.
И он побрел пустыми ночными улицами, а снег уже не казался таким очаровательным.
Ему предстояло прожить еще четыре года, до того момента, как его собьет груженая фура, а потом еще два, пока он наконец не узнает правду.
Едва он покинул больницу, в палату к Талии заглянул человек. Судя по ярлыку на халате, он был главным врачом. Мужчина поправил круглые очки, вдохнул поглубже. Ритуал требовал огромной концентрации.
Он надеялся, что было не слишком поздно. Тот парень чересчур долго находился рядом, поэтому существовал риск, что душа уже растворилась.
Мужчина коснулся лба девушки двумя пальцами и влил невероятно огромное количество жизненной энергии.
— Ты единственный человек в этом мире, способный использовать свою жизненную и духовную силу. Было бы расточительно оставить тебя мертвой.
Девушка открыла глаза. Жадно вдохнула наполняя воздухом легкие. Мужчина внимательно смотрел на нее, изучая.
— Не может быть. Я не успел? Часть твоей души уже растворилась? Ох нет, все намного интереснее. Ты отдала частичку своей души ему. Как отчаянно.
Та, что когда-то звалась Талией вопросительно посмотрела на мужчину. Он был первым человеком, которого она увидела. И тем, с кого начались ее воспоминания.
— Что ж, рад представиться, первый Альбедо, Фауст.
Девушка не поняла и все так же вопросительно смотрела на мужчину, тот поправил очки.
— Я вижу, в твоей голове много вопросов, я отвечу на все если ты пойдешь со мной. Дашь ли ты свое согласие?
Она немного помедлила, но не потому что думала, думать для нее было чем-то непривычным, новым.
— Да. — абсолютно безразлично ответила девушка, ее янтарные глаза отражали пустоту.
— За сим, провозглашаю тебя седьмым Альбедо, Безымянная.
Отто.
Я очнулся уже в повозке, мы продолжали движение. Бидок сидел рядом, меняя мне прохладный компресс на лбу.
— Вот ты дал Отто, прогнал ангела смерти! Я конечно не сомневался, что ты силен, но не ожидал, что настолько. Не перестаешь удивлять.
— Где она? — кряхтя я поднялся с постеленных для меня шкур.
— Ангел?
— Да, то есть нет, никакой она не ангел смерти.
— Улетела. После того, как ты выстрелил в нее этой штукой. Ты освоил магию?
Бидок смотрел на меня не скрывая восхищения, но как только увидел взгляд, все понял. Он прожил достаточно, чтобы уметь читать человека по глазам. Вопросов задавать торговец не стал.
— Я прихватил ее меч, думал тебе придется по вкусу. — сказал он и перелезая вперед к кучеру — Отдыхай.
Рядом со мной лежала традиционная японская катана. Рукоять украшала черная оплетка, а на гарде и прилегающей к ней муфте выгравированы коты, где-то я таких уже видел. Бережно коснувшись катаны, я поднял ее. Легкая и удобная, идеально лежит в руке. Ты всегда любила катаны и интересные ножи. Интересно, насколько она мощная.
Я использовал оценку.
Ничего не произошло.
Попробовал снова. Тоже нет.
— Элли? Глянь катану пожалуйста.
Я сказал вслух, потому что насторожился, в голову закрадывались самые страшные подозрения.
— Ну будет тебе дуться, давай помиримся, прости меня пожалуйста.
Тишина.
— Я чувствую себя глупо. Ответь мне.
…
— Элли?
Я постарался вызвать окно статуса, древо умений, заданий, но ничего. Пусто. Даже полоска здоровья исчезла.
Прокручивая воспоминания до меня дошло, что тем ярким светом, что покинул меня и была Элли.
Я потерял ее. Лишился системы, верного друга, что всегда поддерживал меня. Ее больше нет со мной, и я без понятия, как теперь ее найти. Я ведь так и не успел извиниться.
Тяжелое чувство вины опустилось на мое сердце. Я боялся, что больше не услышу ее голос, ее пение и пусть она лишь проекция очень важного мне человека из прошлого, все-таки…
Элли была для меня настоящей.
Глава 32. Экстра
— Привет. Эта история будет малость отличаться от привычной вам эпопеи о похождениях Отто, потому что я перехватываю бразды правления! Теперь главным героем буду я! МУ-ХА-ХА.
— Карим, ты чего там бубнишь, три часа ночи!
Элхор плотнее укутался в одеяло и отвернулся. Да, даже великие маги спят.
— Ничего-ничего, ты еще узнаешь мое величие, МОЕ ВЕЛИКОЛЕПИЕ!
— Карим!!! Чертова ты головешка, если сейчас не заткнешься, я подвешу тебя за язык на флюгер.
— Ладно-ладно, старый дед…
Итак, самый главный вопрос, который мучает всех, кто знает меня — «как я передвигаюсь?»
Все очень просто! Я могу кататься, перекатываться, падать, немножечко подпрыгивать, и… да, согласен, с передвижением у меня проблемы.