Чтение онлайн

По мнению Самуэля Хантингтона, изучая современную мировую политику, следует учитывать наличие старых цивилизаций, возникших на основе соответствующих религий. На границах цивилизаций часто возникают трения, способные вызвать региональные и глобальные конфликты. Соотношение между европейской и российской цивилизацией следует рассматривать с точки зрения географических областей распространения католицизма и православия. Граница между этими цивилизациями проходит через Балканы. Хантингтон пишет: «Россия является центральным государством большой культурной области… Система, ставшая наследницей царской и коммунистической империи является культурным блоком, во многом схожим с Западной Европой… На православных Балканах Россия поддерживает тесные контакты с Болгарией, Грецией, Сербией и Кипром» [59] .

Если исходить из такого подхода, то в результате третьего раунда расширения НАТО на Восток была пройдена граница между двумя цивилизациями, когда в НАТО были приняты православная Болгария и Румыния, тем более, что, по мнению Эриха Райтера, для их принятия не было «ни политических, ни геополитических причин», однако это «позволяло странам Запада гарантировать свое влияние на Балканы, а влияние России практически исключить… Благодаря этому шагу побережье Черного моря более чем на 50 % переходило в руки стран НАТО» [60] . Что касается прибалтийских советских республик, то хотя они сформировались главным образом под воздействием протестантизма, их принятие в НАТО также было результатом скорее политических, чем военных причин.

Распад Советского Союза ФРГ активно использовали для достижения своих интересов. Стала вновь популярной политика «разделяй и властвуй», в результате которой были поделены на части не только такие многонациональные государства как Советский Союз и Югославия, но и относительно гомогенные государства, например, Чехословакия. Образовавшиеся таким путем «новые» государства быстро были включены в западные политические структуры. Некоторые параллели между немецкой внешней политикой времен национал-социализма и внешней политикой Германии в 90-е годы налицо: раздел Чехословакии и включение Чехии в НАТО, раздел Югославии и односторонне признание Словении и Хорватии, интерес к Прибалтике и Кавказу, поддержка националистических движений и регионализма. Все это уже имело место шестьдесят лет назад.

После распада советского блока постоянно идет процесс расширения НАТО на Восток. Уже есть планы на четвертый (Югославия) и пятый (Украина, Грузия, Узбекистан) этапы этого расширения. При этом от немецких политиков слышаться заявления о том, что для расширения НАТО на Восток не может быть никаких «красных линий» [61] . Вновь пробудилось старое стремление германцев на Восток (Drang nach Osten). Заинтересованность Германии в расширении НАТО на Восток вызвана следующими важными причинами:

В интересах Германии отодвинуть границу НАТО как можно дальше от ее собственных границ. Только в этом случает она сможет всегда невыгодное окраинное положение сменить на выгодное срединное. Это стремление вполне понятно и не требует здесь дальнейших пояснений.

В немецкой внешней политике поддержка расширения НАТО на Восток еще связана с тем, что страны-кандидаты на вступление в Европейский Союз должны стать вначале членами НАТО. Эта политика показывает, что НАТО и ЕС играют роль соответственно политической и экономической организации в структуре новой Европы. В данном случае экономическая заинтересованность Германии во вступлении своих восточных соседей в ЕС заставляет поддерживать их усилия для вступления в НАТО.

В интересах Германии, как и в интересах всей Европы, представляет немецкое присутствие на Балканах, поэтому особое внимание следует уделить усилиям немецкой дипломатии именно в этом регионе. По всей вероятности для активного продвижения в этом направлении у Германии недостает финансовых средств, не говоря уже о том, согласятся ли США на включение в НАТО Сербии и других балканских стран.

Важным геополитическим интересом объединенной Германии является создание политически и экономически стабильного окружения. Для достижения этой цели, начиная с 1992 года, немецкая внешняя политика стремится создать в Европе новый политический порядок, основанный на демократии и рыночной экономике. Для этого потребовалось включение восточных соседей ФРГ в западные военные и экономические структуры. При этом важную роль сыграли так называемое Петербергское заявление, которое было направлено против Америки. Этим соглашением Германия не только старалась освободиться от опеки США, но и односторонне расширила сферу действий своих вооруженных сил. Ханс Гисманн пишет: «Петербергское заявление 1992 года служило не только институциональному прояснению позиций, но и расширило полномочия ЗЕС, без изменения договора НАТО, придав ему решение задач, связанных со спасательными операциями, гуманитарными миссиями и «миротворческим мероприятиями», то есть ведения военных действий вне рамок НАТО. В соответствии с Петербергским заявлением ЗЕС получил полномочия использовать войска вне территории НАТО и без согласия тех членов НАТО, которые не входят ЗЕС» [62] .

Германия постоянно стремится играть роль посредника между Западом и Россией, при этом делает вид, что хорошо понимает интересы России и даже может их «представлять». На сколько «честным» является немецкий маклер показал уже Бисмарк, когда результаты победы русской армии отдал Австрии. Само собой разумеется, что для Германии, как и для других стран, ее собственные интересы выступают на первом плане. Это нормально. Не нормальная ситуация получается тогда, свои интересы страны стремятся преследовать с помощью дипломатических и пропагандистских трюков.

Объединения Германии бывшему министру обороны Германии Фолькеру Руэ не достаточно, он хотчет «объединения континента»: «Не хватает исторического понимания процесса расширения НАТО. Как и в случае расширения Европейского Союза, речь идет … о повторном объединении континента» [63] . Это повторное объединение континента ведется под лозунгом «назад в Европу», который сопровождается истерическими голосами в странах-кандидатах на вступление в НАТО. При современной идеализации пути «назад в Европу» часто забывают о том, что в истории Европы имели место войны на самоуничтожение, что без «вмешательства» России в европейскую политику народы Европы могли бы погибнуть в результате взаимной вражды и тотальных войн.

В вопросе расширения НАТО на Восток все немецкие партии занимают единую позицию. Даже «Зеленые», которые традиционно выступающие с пацифистскими идеями, поддерживают военные мероприятия, если речь идет о расширении НАТО или бомбардировках Сербии. Представитель этой партии в Бундестаге Грейти Беттин следующим образом комментирует расширение НАТО: «Вчера второй этап расширения НАТО на Восток был одобрен Бундестагом. В североатлантический союз вошли Словакия, Словения, Румыния, Болгарии и прибалтийские республики – Латвия, Литва, Эстония. НАТО теперь имеет опору в Восточной Европе. Закончится ли этим расширение НАТО пока неясно. НАТО открыто для новых демократий на Балканах» [64] .

Типичным для немецкой оценки ситуации с раширением НАТО на Восток является мнение Франка Умбаха: «НАТО показало понимание стратегических интересов России. В конце концов Россию изолировала не НАТО, а она сама, начиная с лета 1992 года, изолировала себя от европейской военной интеграции и не хочет сотрудничества с НАТО» [65] .

В Германии сложилась специальная научная терминология, которая в целом отвечает ее стратегическим интересам. Так, например, расширение НАТО на Восток часто называют «открытостью» НАТО, а третий этап расширения рассматривают как второй. Однако, именно немцам непростительно не замечать первого этапа расширения НАТО на Восток, этапа, когда в НАТО вошла территория бывшей ГДР. Интересно, что во время переговоров об объединении Германии между канцлером Колем и президентом Горбачевым, одним из непременных условий с советской стороны было требование о не вхождении бывшей ГДР в НАТО. Поэтому следует говорить не о двух, а о трех периодах в процессе расширения НАТО на Восток.

Первый период, с 1990 по 1992 год, связан с включением в НАТО территории бывшей ГДР. Соответствующее решение было принято во время переговоров между Колем и Горбачевым в июле 1990 года, то есть до объединения Германии 3 октября 1990 года. При этом США и соседние с Германией страны поддерживали идею включения всей Германии в НАТО, поскольку они видели в этом возможность контролировать вооруженные силы ФРГ. Советский Союз выступил против и оказался в полной международной изоляции. В конце концов Горбачев согласился на принятие ГДР в НАТО при условии, что советские войска останутся на ее территории еще в течение трех лет, а войска других стран НАТО, не будут там размещаться. О конкретном смысле этих договоренностей в России и на Западе до сих пор нет единого мнения.