Чтение онлайн

Лукан — ее недавний любовник — словно исчез. Исчез и смешливый Лукан. А на его месте появился человек, который источал такую холодную и безжалостную ярость, что Лекси казалось, будто она ощущает ее физически.

Она покачала головой:

— Я могу объяснить, Лукан…

— Тогда я советую тебе это сделать! — жестко прибавил он. — Начни с рассказа о женщине на фотографии.

Лекси покачнулась от безжалостных и гневных слов Лукана. Она присела на край кровати.

Она ведь собиралась поработать в «Сент-Клер корпорейшн» в течение всего трех дней. Ей нужно было лишь удовлетворить свое любопытство в отношении семьи Сент-Клер, а затем, когда она бы все узнала, — просто уйти. Но с момента ее прихода в кабинет Лукана Лекси поняла, в какой опасности окажется, если этот человек когда-либо узнает, что она приходится внучкой Сиан Томас.

Она не подозревала, что подвергнет себя еще большей опасности — влюбится в Лукана…

Лукан смотрел на нее с такой неприязнью и таким холодным презрением, что у нее по спине пробежал холодок.

— Рассказывай, черт побери! — резко приказал он.

Лекси облизнула пересохшие губы:

— Ее зовут Сиан Томас…

— Говори громче, Лекси, — холодно произнес Лукан.

Она вздернула подбородок.

— Ее зовут Сиан Томас. Она моя бабушка, — тихо прибавила она, слезы стали жечь ее глаза.

Лукан резко и шумно вздохнул. Он знал, конечно, что если в медальоне находится фотография его отца и фотография женщины, то незачем спрашивать, кто она такая. Женщина, которую любил его отец… Женщина, которая была виновата в том, что двадцать пять лет назад разрушилась семья Сент-Клер…

Сиан Томас. Невероятно, но она — бабушка Лекси!

Он знал, что Сиан Томас была вдовой, когда его отец много лет назад познакомился с ней, и что у нее была девятнадцатилетняя дочь. Однако Лукан не предполагал, что ее дочь может выйти замуж и родить девочку… И теперь эта девочка здесь…

Лукан повернулся и решительно подошел к окну, встав к Лекси спиной. Он старался успокоить разбушевавшиеся эмоции, не пытаясь даже разжать ладонь и снова взглянуть на медальон.

— Лукан…

— Ничего не говори, Лекси, — предупредил он сквозь стиснутые зубы.

— Меня зовут Александра.

Лукан резко повернулся к ней лицом:

— Что?

Лекси прерывисто вздохнула, когда увидела суровое выражение лица Лукана и его сжатые кулаки.

— Мое полное имя Александра Клер Гамильтон. Меня так назвали в честь дедушки, — прибавила она, хотя никакого уточнения не требовалось.

Он холодно прищурился:

— Насколько я знаю, мой отец не был женат на твоей бабушке.

— Нет, — признала она, понимая, что Лукан хочет обидеть ее этим замечанием. — Но моя мать до сих пор называет его папа Алекс, а я называю его дедушка Алекс.

Лукан усмехнулся:

— Мой отец был герцогом Стаурбриджем!

У нее перехватило дыхание.

— Ты хочешь сказать, что они не поженились именно по этой причине?

— Какая еще может быть причина? — презрительно произнес он. — Они никогда бы не поженились. Разве может прославленный герцог Стаурбридж жениться на…

— Не смей оскорблять мою бабушку! — воскликнула Лекси. — Не смей, Лукан! — Ее глаза сверкнули. — Не важно, женился он на моей бабушке или нет, твой отец всегда был моим дедушкой Алексом. — Она с вызовом задрала подбородок.

Он кивнул:

— А когда ты собиралась поделиться со мной этой скромной информацией?

Лекси испуганно вздрогнула, ощущая на себе сильнейшую и ледяную ярость Лукана.

— Я не хотела ни о чем тебе говорить, — произнесла она дрожащим голосом.

— Я тебе не верю! — отрезал он.

Она покачала головой:

— Я ничего не планировала, Лукан. Я… Все произошло само собой.

Лукан презрительно изогнул верхнюю губу:

— Неужели ты думаешь, что я поверю, будто ты понятия не имела, кто я такой, в тот день, когда пришла на работу в корпорацию?

— Я не говорила о том, что не знала, кто ты такой, — нетерпеливо произнесла она. — Конечно, я знала, кто ты. Но у меня не было намерения когда-либо говорить тебе о том, что у меня близкая родственная связь с Сиан Томас… — неубедительно прибавила она. — Мне было любопытно, понимаешь? — сказала она, защищаясь, когда Лукан продолжал пристально и свысока смотреть на нее так, словно она была неким особенно неприятным насекомым, оказавшимся в поле его зрения. — Я не знала о твоем существовании до тех пор, пока мне не исполнилось четырнадцать лет, когда моя мать объяснила… Объяснила мне ситуацию.

— Нет сомнений в том, что версия твоей матери о том, что произошло двадцать пять лет назад, сильно отличается от моей, — немного презрительно сказал Лукан.

Лекси резко поднялась на ноги:

— Тебе было всего одиннадцать лет, когда это случилось, Лукан.

— А ты узнала обо всем в четырнадцать. Ты всерьез думаешь, что эти дополнительные годы — пятнадцать лет после известных событий — помогут тебе лучше понять то, что произошло, и делать комментарии? — злобно спросил он.

Нет, конечно, они ей не помогут. На самом деле за последние несколько дней Лекси стало известно о том, насколько схематичны и примитивны были ее знания о том, почему и как развивались отношения ее бабушки с Александром Сент-Клером двадцать пять лет назад…

Ей было только четырнадцать лет — пора грез и милых заблуждений, время становления женщины. История любви ее бабушки и дедушки Алекса казалась ей такой романтической! Настоящая греческая трагедия со счастливым концом…

Но с приездом в Малберри-Холл вместе с Луканом мнение Лекси стало меняться. Она была свидетельницей того, с какой грустью Лукан смотрел на портрет своего отца в галерее в западном крыле дома. В истории любви ее бабушки и дедушки Алекса на самом деле не было счастливого конца.

— Может быть, тебе следует поговорить с моей бабушкой?..

— Ты в своем уме? — недоверчиво спросил Лукан.

Лекси ощетинилась:

— Она единственный свидетель тех событий и сможет рассказать тебе о том, что произошло на самом деле.

— Мне обо всем известно, Лекси! — холодно заверил он.

Она покачала головой:

— Я сомневаюсь. И знаю, какой человек моя бабушка! — резко бросила Лекси. — Она не из тех, кто станет намеренно причинять кому-то боль.

— Тебе просто удобно так думать, Лекси. — Он посмотрел на нее с жалостью. — Ты, очевидно, любишь ее и считаешь, что она не может быть неправой, — категорично и жестко прибавил он.

— Когда-то ты любил своего отца, и все же это не помешало тебе думать о нем самое плохое все эти годы! — ответила она, защищаясь.

Лукан замер и насторожился. Когда-то он действительно любил своего отца, считал его всемогущим, хотел быть на него похожим. Как потом оказалось, он горько заблуждался!

— Я не собираюсь обсуждать с тобой свои чувства к отцу, Лекси, — резко произнес он. — В данный момент мне гораздо интереснее узнать, о чем ты думала, чего ожидала, когда ложилась со мной в постель? — тихо спросил он.