Чтение онлайн

Близился вечер. Юле захотелось выйти в сад. Она вспомнила, как шла вчера утром к дому и не могла налюбоваться прекрасными пейзажами. Было понятно, что сад, точнее, парк, перед домом огромен. Ей захотелось заглянуть во все его уголки. Хотелось побывать также и на хозяйственном дворе, поближе рассмотреть животных.

Ничего этого не получилось. Как только она вышла на крыльцо, налетела Маша и потащила в комнату:

– Полина, нам нужно поговорить.

– Мы можем говорить и гулять в парке?

– Нет. Экономка скажет, что я шляюсь без дела и найдёт мне работу.

– Хорошо, идём.

Они вошли в комнату, где Полина провела ночь. Это была небольшая спальня для гостей сразу возле лестницы. Стены выкрашены в светло-голубой цвет. У стены большая кровать под балдахином, небольшое зеркало на стене, низкий туалетный столик под ним. Возле окна огромное неуклюжее кресло с гобеленовой обивкой в сине-голубую полоску, такое же покрывало на кровати. В углу массивный шкаф для одежды из тёмного дерева.

Полина усадила Машу в кресло, сама присела на уголок кровати.

– Пока ты мне ещё подруга, – начала торопливо Маша, – я хотела тебя предупредить.

– Маша, почему пока, я всегда твоя подруга!

– Да кто его знает, может, завтра ты не захочешь со мной разговаривать.

– Почему это? Что может случиться завтра?

– А вот что. У барина, Дмитрия Алексеевича, есть на тебя какие-то планы. Я знаю, слуги не должны обсуждать хозяев, но мы с тобой подруги, я должна рассказать тебе всё, что узнала от других слуг.

– И что же ты узнала?

– Во-первых, ему доложили, что ты здорова, но он не собирается переселять тебя из дома. Во-вторых, он приказал швее и её мастерицам в ближайший срок сделать тебе гардероб по последней моде, который «не постеснялась бы носить самая взы… э… взы… скательная дама», – как могла, скопировала Маша барина. – В-третьих, он запретил экономке давать тебе работу и, ты не поверишь!.. приказал приставить к тебе личную горничную!

– Всё это я и без тебя знаю. Я только что была в мастерской. А работать мне с утра не дают.

– Но ты не знаешь главного. Говорят, он никого никогда так не выделял, как тебя. Ни из слуг, ни вообще. Поговаривают, что в городе у него есть невеста, на которой собирается жениться. Но собирается он уже много лет, и никто её никогда не видел. Он, конечно, не монах, но слугам ничего неизвестно о его дамах. Сюда приезжают иногда какие-то гости, но никого он пока не выделил, ни одна не задерживалась здесь больше, чем на день-два. Знаешь, Полина, мне кажется, он хочет, чтобы ты стала его любовницей!

Юля задумалась. Она уже поняла, что теперь ей недостаточно того, о чём она так настойчиво просила: видеть его. Она хотела чувствовать, прикасаться, любить. Да простит её Полина, может, это погубит её репутацию, а может, наоборот, вознесёт среди слуг, но Юля хотела быть любовницей Дмитрия, хотела всей своей душой.

Одно только «но». Если Дмитрий так же внутренне похож на её мужа, как и внешне – он не позволит себе взять то, что ему не принадлежит. А Полина ему не принадлежала. По крайне мере Дмитрий хотел так думать, считая её свободной, несмотря на то, что для всех остальных: его сестры и слуг, это не имело значения. Она родилась в его имении, от бывшей крепостной, жила в его доме, ела его хлеб – значит, она такая же, как и все.

Размышления девушки прервала Маша. Она заметила, какой грустной стала подруга:

– Ты боишься первой ночи? Я слышала, это не так страшно. Нужно закрыть глаза, думать о чём-нибудь приятном и, главное, не сопротивляться.

Юля улыбнулась:

– Откуда такие познания? Впрочем, да, немного боюсь. Но ведь ещё неизвестно, как всё сложится.

Их разговор прервал стук в дверь. Вошла одна из мастериц, работающих над её гардеробом. Она принесла готовое платье.

– Барин просил передать, что ждёт тебя на ужин. Он хочет, чтобы надела это платье.

– Спасибо.

Девушка вышла.

– Я же говорила! – закричала Маша. – А ты: не знаю, не знаю! Что тут знать! Полечка, скажи Антонине, что хочешь, чтобы я была твоей горничной. А то она говорит, что я со своей болтовнёй не смогу хорошо справляться со своими обязанностями.

– Я подумаю, – хитро улыбнулась Полина.

– Ах, ты!!!

– Помоги мне одеться, чтобы доказать Антонине, что хорошо справляешься со своими обязанностями.

– Конечно, хорошо! Вот увидишь.

Платье, которое так спешно закончили мастерицы, было сливового цвета, с завышенной талией. Низкий вырез украшен серебряной тесьмой, длинные рукава присборены в плечах и заужены к запястью. Подол тоже украшен тесьмой. В этом наряде Юля напоминала себе принцессу диснеевского мультфильма.

Маша собрала её пышные волосы по бокам, сколола пряди на макушке, оставив основную массу струиться по спине. Так захотела Полина. Точнее, Юлия, которая в восторге от своих пышных волнистых волос.

В восемь вечера в доме подавали ужин. К этому часу девушка вошла в столовую и увидела Дмитрия. Он стоял возле буфета с бокалом в руке. Родной, любимый, ослепительно красивый в белой батистовой рубашке свободного покроя, в мягких облегающих брюках, в домашних туфлях. Полина вспыхнула, зарумянилась, опустила глаза.

– Если ты ищешь пятно, которое оставила вчера на этом ковре, то его уже нет, не беспокойся, – тихо проговорил Дмитрий.

– Нет, вовсе нет, – она вскинула голову. – Я не знаю, где мне сесть.

– А где бы ты хотела? – спросил он, усаживаясь на своё место во главе стола.

– Только не там, – Полина указала на противоположную сторону, туда, где сидела вчера его сестра.

– Знаешь что, мы будем ужинать на террасе, – Дмитрий жестом остановил горничную, которая выставляла блюда на стол.

Он открыл высокие стеклянные двери, ведущие из столовой прямо на открытую террасу, опоясывающую здание с лицевой стороны. Там стоял небольшой столик и два плетёных кресла.

– Накрывайте стол здесь, – приказал он слугам. – Как тебе нравится ужин на свежем воздухе? – спросил у Полины.

– Лучше ничего придумать нельзя. Здесь восхитительно!

– Тогда прошу! – он отодвинул для неё кресло. – Этот наряд тебе очень идёт. И причёска тоже, – сделал неожиданный комплимент.

– Спасибо.