Чтение онлайн

Антон снова пытается схватить меня за руки, но вдруг резко замолкает, застывает на месте, закатывает глаза и, как подкошенный, падает к моим ногам. Я замечаю неуловимое движение Максима за спиной Антона, но оно такое быстрое, думаю, мне просто показалось.

Расширенными от ужаса глазами смотрю на распростёртое тело Антона, на Макса, спокойно стоящего рядом. Падаю на колени, трясу Антона за плечи, зову его, он не реагирует. В голове снова всплывает фигура Макса, стоящая позади Антона за секунду до того, как тот упал.

– Что ты с ним сделал?

– Я???!!! – неподдельное удивление, кажется, первая эмоция, появившаяся на лице Максима. – А что я с ним мог сделать? – он показывает мне руки ладонями вперёд и вверх. – Жара, мальчик переволновался, вот и потерял сознание. Думаю, сейчас придёт в себя.

Макс наклоняется к Антону, щупает пульс на шее, шлёпает по щекам. Антон шевелится и открывает глаза.

– Я же говорил! – произносит Максим и помогает Антону подняться. – Как ты себя чувствуешь?

Антон трясёт головой, озирается по сторонам. Находит глазами меня, Максима. Наконец вижу его осмысленный взгляд.

– Что… что произошло? – спрашивает Антон.

Макс подходит к нему, отряхивает одежду и тихо говорит:

– Как ощущения?

– Хреново.

– Вот… Когда ты сделаешь то, о чём только что ей говорил, будет в тысячу раз хуже. Сильный мужчина не зовёт смерть, она сама приходит. Тебе, парень, нужно немного подрасти. Я не могу позволить, чтобы она принадлежала такому слабаку, как ты. Понял?

– Понял.

– Иди, работай.

– Я пойду.

И Антон медленно, словно боясь снова упасть, идёт между рядами машин.

Макс давно загрузил пакеты в багажник, а я всё перевожу взгляд с удаляющегося Антона на Максима, и не могу понять, что сейчас было.

– Садись в машину, – коротко бросает Макс.

Я послушно забираюсь на переднее сиденье. Мы выехали на кольцевую, и даже проехали километров десять, когда я выхожу из ступора и озвучиваю вопрос:

– Что это было?

– Где?

– Там, на стоянке.

– Тебе так дорог этот парень, что ты минут десять не можешь выбросить из головы его банальный обморок?

– Он никогда не падал в обморок.

– Наверное, ты его недостаточно хорошо знала. Мне отвезти тебя к нему?

– Нет, – рассеянно произношу я, и тут вспоминаю его выходку в супермаркете.

– Макс! – вдруг ору я так, что он вздрагивает и удивлённо на меня смотрит. – Как ты мог! Ты практически отдал меня ему! Я что, вещь какая-то, что взялся за меня решать!

– Успокойся! Я просто хотел, чтобы ты ещё раз подумала и сравнила, от чего отказываешься и что принимаешь. По-моему, я очень проигрываю в сравнении с ним.

– Да ты!.. Да у тебя… куча комплексов! – ору я.

– Вот именно. И к этой куче ещё куча недостатков, – спокойно парирует он.

– Позволь мне самой решать и выбирать.

– Да именно этим я и занимаюсь, успокойся!

– Да? Значит, ты не позволил бы мне остаться с ним?

– Если бы ты захотела, позволил.

– И не стал бы бороться за меня?

– Нет.

Я молчу. Не знаю, что сказать. Должна обидеться, но не могу. Знаю: Макс такой. Но именно такой мне и нужен.

Он посматривает на меня и чему-то улыбается. Я окидываю себя взглядом, смотрю в зеркало, вроде всё нормально.

– Чем я тебя так насмешила?

– Первый раз вижу женщину, которой не нравится, когда её называют солнышко или котёнок.

– У меня есть имя, оно мне нравится. Всё остальное звучит как кличка, особенно от Антона.

– Нужно быть осторожным в обращении к тебе.

Я задумываюсь. Нет, на солнышко я не согласилась бы. Но услышать из уст Максима «родная» или «любимая» мне хотелось бы. Будет ли это?

– Забыла спросить: как я справилась с покупками? Я уложилась?

– Вполне. Умница ты моя! Или так тебя тоже называть нельзя?

– Максим, называй меня так, как хочешь. Просто Антон последнее время меня раздражал во всём. Не напоминай мне о нём.

– Значит, я тебя пока не раздражаю?

– Нет.

– Отлично!

Ночная работа и выброс адреналина сегодня утром меня так вымотали, что, когда подъезжаем к дому, я почти засыпаю. Бреду вслед за Максимом в дом. На автопилоте раскладываю по полкам купленные продукты. Макс что-то колдует над плитой, хочу ему помочь, он меня отстраняет и отправляет в ванну. Я несу туда то, что куплено для ванной, заодно принимаю холодный душ. Мне срочно нужно проснуться! Возвращаюсь. На столе яичница с колбасой и чашка горячего чая.

– Быстренько завтракать, и в кровать, иначе заснёшь на ходу, – командует Максим.

– Нет, мне нужно приготовить обед, а потом буду спать.

– Какой обед! Доедай яичницу и спать!

– Но у нас нет ничего на обед!

– Я сам приготовлю.

Я так благодарна ему. Действительно, повар из меня никакой. Завтрак меня окончательно расслабляет, я клюю носом над чашкой с чаем.

– Ну что, спящая красавица, думаю, без моей помощи не обойтись, – говорит он.

Как же приятно, когда тебя несут в постель, раздевают, укрывают одеялом и целуют перед сном. Не такая уж я была сонная, особенно когда он поднял меня на руки, просто наслаждалась прикосновениями. Обвиваю его шею руками, хочу задержать после поцелуя.

– Нет, нет, спать! – он расцепляет мои руки и натягивает до подбородка одеяло.

– Макс, – пытаюсь его задержать, но не знаю, как. Озвучиваю то, что вдруг пришло в голову: – Ты так и не дал мне свой телефон.

– Он у тебя последний в неотвеченных вызовах. Спи.

Повинуясь, я сразу проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь в пять вечера. Поистине, либо этот дом, либо воздух в деревне на меня действуют расслабляюще и усыпляюще. Я понимаю, что нигде не чувствовала себя так спокойно и умиротворённо, как здесь.

Выбираюсь из постели, пью кофе, чтобы окончательно проснуться. Иду искать Максима. С трудом нахожу в дальнем конце огорода. Он – о Боже! – пропалывает грядки. Не устаю удивляться неестественности работы, которую он выполняет. Макс у плиты, в курятнике, на прополке огорода. Чем ещё ты удивишь меня? Хотя что я удивляюсь. Кто ещё, кроме него и пока мифического деда, должен выполнять здесь всю работу? Его футболка взмокла от пота, волосы прилипли ко лбу. Ещё бы! На улице под тридцать, а он под открытым солнцем.