Чтение онлайн

– Пройдёмте туда, – он показывает в сторону.

Ну, конечно! Знакомый джип «Ауди G-7» с нехорошими номерами.

– А если я откажусь идти с вами?

– Тогда одному знакомому вам человеку будет плохо. К тому же ваш отказ ничего не изменит, – всё так же спокойно и вежливо отвечает амбал, который держит меня за руку.

Кто бы сомневался! Иду с ними, озираясь по сторонам. Хоть бы одно знакомое лицо. Зачем я задержалась на работе? Вышла бы вместе со всеми. И что? – спрашивает моё подсознание. Знают твоё имя, знают твою работу. Не сейчас, так завтра.

Меня усаживают на переднее пассажирское сиденье в Ауди, нерусский парень садится за руль, защёлкивает замки двери.

– Артур, дальше сам справишься?

– О чём речь, конечно.

Парень, который меня вёл, уходит, Артур, как я поняла, заводит двигатель.

А вот здесь вы, парни, совершаете ошибку. Не стоило меня сажать на переднее сиденье. Я не так проста, как кажусь на первый взгляд. Артур внимательно смотрит, как я озираюсь по сторонам.

– Ты, как водитель, надеюсь, понимаешь, что мешать вести машину опасно как для шофёра, так и для пассажира.

Артур говорит с лёгким кавказским акцентом. Смотрю на него, вложив во взгляд всю ненависть, и молчу.

– Скажи что-нибудь, чтобы я понял, что с тобой всё в порядке.

– Иди в жопу!

– Думаю, в порядке, – с улыбкой констатирует он.

Мы выезжаем на трассу и набираем скорость. Я, конечно, понимаю, что во время движения ничего сделать не смогу, но есть же светофоры и пробки. А то, что делать что-то надо – ясно, как и то, зачем меня везут. Они собираются мной шантажировать Макса. Вряд ли их заинтересует, что мы уже не вместе. К тому же что-то подсказывает мне, Макс сделает то, что они требуют, лишь бы вытащить меня. А как мне потом жить с чувством вины, что из-за меня он лишился дома, бизнеса или машины, или что там у него можно забрать, что не оценишь суммой в сто тысяч. Сама же виновата. Зачем тогда вышла на всеобщее обозрение. Видишь опасность – сиди тихо, всегда наставлял меня отец. Хорошо, что эти бандиты не знают, что вернулся дед Максима. Наверное, они его просто не дождались, а тут я подвернулась так кстати.

Размышляя подобным образом, жду светофора или пробки. Как назло, движение свободно. Что я буду делать, когда машина остановится, я знаю. У меня есть средство, которым я, правда, ни разу не пользовалась в автомобиле, хотя мне оно было дано как раз для борьбы с приставаниями клиентов. Это перстень на руке, который мне подарил отец на восемнадцатилетие. В это время я получила права и стала самостоятельно выезжать в город.

Перстень сделан на заказ. Он представляет собой массивный голубой камень в обрамлении листочков и цветочков – безобидная красивая штучка. Но если оправу камня повернуть, цветочки и листочки превращаются в острые шипы. Нужно только развернуть это оружие на ладонь, и, в дополнении к маникюру, этим, конечно, убить нельзя, но поранить и отвлечь – запросто. Я поклялась отцу, что никогда не буду снимать это украшение, и, может быть не с лёгким сердцем, но он отпустил меня на маршрут. Я воспользовалась им только однажды, и то, не в такси, а когда возвращалась поздно вечером пешком из универа, и какие-то уроды попытались отнять у меня сумочку. Средство эффективно сработало! Надеюсь, поможет и сейчас.

Наконец-то впереди светофор. Только загорелся красный свет. Нужно действовать быстро. Я переворачиваю перстень, отщёлкиваю шипы и, как только мой похититель тормозит, бью по лицу со всего размаха. Одновременно дотягиваюсь до брелока, эта система мне хорошо знакома, быстро жму кнопку разблокировки двери и выскакиваю на улицу. Мчусь между машинами, не оглядываясь. Поток начинает двигаться, мне сигналят, я рискую быть сбитой, но это лучше, чем похищенной.

Я на тротуаре. Не знаю, есть ли погоня, но понимаю, что для начала нужно убраться отсюда подальше. Быстро иду вдоль домов в обратную сторону. Оглядываюсь, чтобы понять, где нахожусь. Здесь недалеко должно быть метро, направляюсь туда. Лихорадочно продумываю план действий. Так, позвоню отцу, скажу, что передумала, ещё поживу у Максима, а сама поеду к подруге. Машину отец вечером заберёт сам.

Я останавливаюсь и набираю его номер. Он удивлён и разочарован, но лишних вопросов не задаёт. Потом звоню подруге по универу. Она сейчас подрабатывает воспитателем в детском оздоровительном лагере в Подмосковье. Звала меня как-то в гости. Как можно более жизнерадостным голосом сообщаю ей о скуке смертной в Москве, о том, как соскучилась и хочу её видеть, спрашиваю, как к ней добраться. К счастью, она рада меня слышать и не против увидеться, говорит, что добраться лучше всего электричкой от Курского вокзала. Слава Богу! Пути к отступлению известны.

Прячу телефон в сумочку, собираюсь идти дальше. Но вдруг замечаю мужчину, который стоит недалеко, смотрит на меня и улыбается такой ослепительной улыбкой, как будто мы старые знакомые. Машинально улыбаюсь в ответ, хотя понимаю, что вижу этого человека впервые.

Мужчина направляется ко мне, глядя мне в глаза пронзительным взглядом, не переставая улыбаться. Где-то в подсознании глухо бьётся тревога. Я понимаю, что должна бежать, но не понимаю, почему не могу это сделать. Ноги словно приросли к асфальту, руки безвольно повисли вдоль тела. Я только стою и тупо улыбаюсь в ответ незнакомцу. Он вскидывает руки ладонями вперёд и вверх. Мгновенно в голове проносится видение Максима в такой же подкупающе обезоруживающей позе – ладони вперёд и вверх, и я перестаю понимать, почему так доверчиво позволяю этому мужчине приблизиться к себе, зачем он обнимает меня, нарушая моё личное пространство, касается спины. И почему у меня темнеет в глазах, и подкашиваются колени. Я теряю сознание.

Сначала слышу сплошной гул голосов, потом приходит ощущение пространства. Я понимаю, что лежу на кожаном диване, вытянувшись во весь рост, голова на подлокотнике. Затем из шума прорываются отдельные фразы. И, наконец, полностью возвращает сознание голос Максима, гневно у кого-то спрашивающий:

– Какого чёрта ты использовал на ней эти приёмы?

– А как ещё мы могли её сюда доставить? – слышу в ответ.

– Ты посмотри, что эта кошка сделала с моим лицом! – вопрошает голос с лёгким акцентом.

– Если бы ты больше времени уделял тренировкам, а не своим бабам, тебя не сделала бы какая-то девчонка!

– Она очнулась, – слышу я чей-то голос совсем рядом и понимаю, что притворяться мёртвой бесполезно.

Открываю глаза, вижу над собой человека, так похожего на Турчинского. Он подаёт мне руку; опираясь на неё, я усаживаюсь на диване. Обвожу глазами комнату и присутствующих в ней. Я нахожусь в каком-то кабинете. Стол начальника с открытым ноутбуком, в торце длинный стол для переговоров. Стулья вокруг. Шкафы с папками. Кожаный диван у стены, на котором сижу. Несмотря на большое количество стульев, все, кроме меня, стоят. Все – это пять мужчин. Со всеми я уже сталкивалась. Артур с расцарапанной щекой. Вежливый парень приятной внешности. Мужчина, от улыбки которого я теряю сознание. «Турчинский», он стоит рядом. И… Максим. В отличие от остальных, одетых по-простому, на нём чёрный костюм, серая рубашка, чёрный галстук, правда, костюм расстёгнут, верхние пуговицы рубашки тоже, галстук расслаблен. Но тем не менее. Максим в костюме!

– Выходим, – говорит «Турчинский», и все, как по команде, выходят.

Остаёмся мы с Максимом. Он берёт один из стульев и садится напротив меня.

Я пока пребываю в шоке и не могу вымолвить ни слова, хотя миллион вопросов просто рвутся наружу. Кажется, Макс это понимает. Он говорит:

– Спрашивай.

– Кто эти люди?

– Мои друзья, коллеги. В общем, мы вместе работаем.

– Зачем меня привезли сюда?

– Чтобы я мог поговорить с тобой. Ты же отказалась со мной добровольно общаться.

– Но ты не очень и настаивал.

– А ты знала, что действие договора закончится только завтра, и, тем не менее, нарушила его.

– К чёрту договор! – вскакиваю с дивана и направляюсь к двери.

Макс не шевелится, а только говорит:

– Без моего приказа тебя отсюда не выпустят.

Я вспоминаю, кто находится за дверью, и покорно возвращаюсь на диван.

– Я прошу о малом. Выслушай меня. И тогда можешь быть свободна.

– Хорошо. Я тебя слушаю.

Он некоторое время задумчиво молчит, собираясь с мыслями или силами, не знаю.