Чтение онлайн

– И ты жалела о том, что пришлось одной воспитывать дочь?

– Было трудно, но я не пожалела ни одной секунды. Твоя мама – моя единственная дочь, ты – моя единственная внучка. Вы самые близкие для меня люди. У меня было три мужа. И где они сейчас? Как видишь, мужчины приходят и уходят, а дети остаются с тобой навсегда и становятся смыслом твоей жизни.

– Ох, я так люблю тебя, ба! – Валерия обняла её за шею.

– Я тоже тебя очень люблю, Лерочка, – почему-то перешла на русский Екатерина. – Но что-то мы с тобой сегодня рассентиментальничались. Я пришла узнать, не хочешь ли ты со мной попить чаю.

– Нет, не хочу. Я ещё позанимаюсь. Хорошо?

– Как знаешь.

Бабушка вышла, но через несколько минут открыла дверь снова.

– Валери. Тут тебя спрашивает интересный молодой человек с безупречным английским. Он говорит, что знает тебя. А ты только что сказала, что ни с кем здесь не познакомилась.

– Кэти, это, наверное, Степан, пусть заходит!

– Черта с два Степан хоть раз переступит порог твоей комнаты! – раздался голос с лёгким акцентом позади Кэт.

Легко отстранив ту от двери, в комнату стремительно вошёл Артур.

– Молодой человек, что вы себе позволяете? И куда делся ваш безупречный английский?

– Я рад, что хоть русский остался! Когда я вижу эту девушку, у меня от возмущения вообще теряется дар речи! – яростно проговорил Артур.

– О, Боже! – Валерия вскочила из-за стола и, побледнев, отбежала в угол комнаты.

– Валери, что это за мужчина? Почему он так бесцеремонно себя ведёт? Мне вызвать полицию?

– Если хочешь международный скандал, вызови, – рыкнул Артур, не спуская гневного взгляда с девушки.

Но та уже оправилась от шока и вышла из своего убежища в центр комнаты.

– Не нужно полиции, Кэт, мы только поговорим, и он уйдёт. Оставь нас.

– Если что, я за дверью, – Кэти дёрнула плечами и, окинув Артура с ног до головы презрительным взглядом, вышла из комнаты.

– Итак, моя милая, не хочешь уточнить, какими противозачаточными средствами ты пользуешься? – сердито щурясь, с упрёком произносит он.

– Артур, я не собиралась ничего тебе предъявлять и требовать. Я не понимаю, как тебе стало известно. Я думала, мы расстались, и ты никогда об этом не узнаешь.

– А тебе не кажется, что это нечестно по отношению ко мне. Мало того, что ты мной воспользовалась, как… Ты ещё собираешься украсть моего ребёнка!

– Это мой ребёнок, – вдруг закричала Валерия, прижимая руки к животу, – Только мой, слышишь! Я не позволю с ним что-либо сделать! Я никому не позволю его у меня отобрать! Слышишь! Никому! Убирайся! – голос её сорвался, и она разрыдалась.

Он кинулся к ней, обнял, прижал к себе, шепча на ухо что-то успокаивающее на своём чеченском, что-то непонятное, но очень нежное и ласковое.

Ещё не иссяк поток слез, ещё не ушла дрожь от нервного потрясения, ещё не сказано ни одного слова оправдания, а тела уже говорят на своём языке. Рука в руке, пальцы сплетены, губы с упоением нашли друг друга, сердца в такт друг другу ускоряют ритм.

– Ангел мой, – шепчет он, отрываясь от её губ, – Как я мог подумать, что проживу без тебя!

– Ты сказал, что мы расстаёмся.

– Я был осел, тупица, идиот, слюнтяй,… ну, там Саша много мне эпитетов подобрал, спросишь у него, если захочешь.

– Кто такой Саша?

– Мой друг, ты с ним сейчас познакомишься.

– Где он?

– На улице в машине с группой поддержки. Если я вдруг выйду один, тебя увезут силой.

– Ты что, хочешь меня похитить? – с улыбкой, озарившей мокрые глаза, спросила Валерия.

– Ты же сказала, что ребёнка не отдашь, придётся забрать его вместе с тобой. Кстати, мне одного мало, я же восточный мужчина, как сказала твоя мама. Но это потом, когда ты окончишь свой педагогический. А ещё я оформил детскую, потому что её увидел Стас. А ещё Алина сказала, что не хочет меня видеть, пока я не привезу тебя.

– Подожди, Артур, это что, всё из-за ребёнка? – растерянно проговорила Валерия.

– Нет, ангел мой, не из-за ребёнка, хотя именно ребёнок и чей-то кулак вправили мне мозги. Я люблю тебя. С ребёнком или без. Хочешь ты или нет. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой.

«Он сказал это! Господи, спасибо тебе!» – взмолилась Валерия мысленно, а вслух произнесла:

– Я тоже люблю тебя. И я согласна.

– Но предупреждаю, – с лукавой улыбкой добавил Артур, – Если мне из-за тебя так часто будет прилетать по морде, я разведусь. Меня за всю жизнь столько не били, сколько за месяц общения с тобой.

– И кто же на этот раз?

– Твой Степан.

– Ох, Артур!

Валерия спрятала лицо на его груди, чувствуя, как обнимающие её руки вливают в тело покой и умиротворение, так необходимые сейчас ей и малышу.

Когда они, держась за руки, вышли из комнаты, путь им преградила Кэти.

– Я требую объяснений!

– Екатерина Васильевна, – начал Артур, – Я люблю вашу внучку, я только что сделал ей предложение, она согласилась, и мы сейчас едем в посольство, где сможем зарегистрировать брак.

Глядя в счастливые глаза Валерии, так доверчиво прижавшейся к плечу этого мужчины, Кэти сориентировалась мгновенно:

– Молодой человек, я позволю вам жить с моей внучкой во грехе там, где вы захотите, могу даже предоставить жильё в этом доме, и не скажу ни слова, в обмен на месяц для подготовки к свадьбе.

– Неделя. И в России. Мы улетаем сегодня. Если вы не явитесь через неделю на регистрацию, она выйдет замуж без вашего благословения. Заодно приведёте в чувство вашу дочь, думаю, ей это будет необходимо.

– Я всё поняла. Недели мне хватит.

– Вот и отлично.

– Я не хочу, чтобы её звали Елена! Любое имя, только не это! – сказала Валерия, нервно расхаживая по больничной палате.

Артур сидит на табурете, возле детской кроватки, с нежностью глядя на новорождённую дочь.

– Чем тебе не нравится это имя? Оно в честь женщины, которая сделала мне два неоценимых подарка. Она подарила мне жизнь и подарила тебя.