Чтение онлайн

– Алексей, не уходи, – вдруг просит она, жалобно глядя из-под ресниц, – Я с ума схожу от одиночества, посиди немного здесь, давай вместе поужинаем.

– Я уже ужинал. Но не возражаю немного здесь посидеть, пока ты поешь, чтобы сразу забрать тарелку.

Кристина хлопает по краю кровати, приглашая присесть, но Алексей берет свободный стул и садится возле двери. Она грустно улыбается ему, ставит тарелку на колени и усаживается, поджав под себя ноги, посреди постели.

– Ты неплохо готовишь, даже странно для парня. Кто тебя учил?

– Жизнь. Есть захочешь, научишься.

– А я вот совсем не умею готовить, хотя профессия будет связана с ресторанным бизнесом. Странно, владелец ресторана не умеет готовить, правда? – Кристина всеми силами пытается втянуть его в разговор. Время молчания прошло, нужно действовать дальше по плану.

– Ты собираешься владеть рестораном? – Алексея не могла не заинтересовать последняя фраза.

– Может быть. Не рестораном, а отелем, а там предполагается ресторан. Но я ещё не решила. Мой отец владеет несколькими гостиницами в Москве, надеется, что я выучусь, стану ему помогать. Но я точно не знаю, хочу ли этого. Может, останусь в модельном бизнесе.

– Ты модель? – брови Алексея удивлённо взлетают вверх, – Не похожа.

– Ты думаешь, модели обязательно длинноногие? Конечно, для работы в каком-либо доме моды я не подхожу, хотя такой тип фигуры, как у меня, когда-то пользовался популярностью, только ростом не вышла. Я работала в рекламном бизнесе. Моя мама модель. А я с трех лет рекламировала то детское питание, то киндер-сюрпризы, то соки, или детскую одежду. Может, видел меня по телевизору? Помнишь, была реклама, где дети наряжались в разные фрукты? Я была персик.

– Нет, не помню. Я мало смотрю телевизор.

– А чем ты занимаешься, вообще?

– Ничем. Учусь. Учился. Неважно, – уклончиво отвечает Алексей.

– А хочешь, я помогу тебе продвинуться в рекламном бизнесе? У тебя фигура и внешность очень подходят под стандарты модели. Немножко поработать стилистам, и тебя заберут в любой дом моды. Впрочем, стилистам и делать нечего, – Кристина склоняет голову, изучая его лицо, – Вот только волосы нужно немного отпустить длиннее.

– Ага, а также подкрасить ресницы, губы и ногти! – брезгливо произносит Алексей, – Спасибо за предложение, но это не для меня!

– А что для тебя? Чем ты увлекаешься? – не унимается Кристина, стараясь всеми силами втянуть в диалог.

– Компьютерными программами.

– О! Виртуальный мир! Я зарегистрирована в «айсекью». У меня там куча друзей. Последнее время мы играли в игру «Самураи». А тебе какая игра нравится?

– Никакая. Давай спать. Я забираю тарелку?

– Да. Конечно, – Кристина протягивает посуду.

«Диалог не очень получился. Трудно с ним найти общий язык. В принципе, это мне и не надо, нужно, чтобы он просто начал мне доверять», – мысленно подводит итог дня девушка.

Утром Алексея будит настойчивый стук в дверь. Вскакивает с дивана, сердце бешено колотится, замирает посреди комнаты, не понимая, куда бежать. Только после того, как стук повторяется, понимает, что стучат в дверь спальни.

– Ну, Алёш, ты где там? – слышится жалобный голос из-за двери.

Он быстро отодвигает задвижку, стремительно распахивает дверь комнаты. Кристина едва сдержалась, чтобы не засмеяться при виде его растерянного помятого ото сна лица и взъерошенной шевелюры.

– Что случилось? – обеспокоенно проговаривает парень.

– Ничего не случилось. Я писать хочу, просто умираю, а тебя всё нет. Который час не знаю, по-моему, уже десять.

– Прости, проспал. Идём.

Алексей движется к выходу, приглашая следовать за ним. Кристина с удовлетворением замечает, что он не держит её за руку. На обратном пути девушка просит:

– Лёш, давай ненадолго задержимся на улице. В городе такого не увидишь. Тут такой чистый воздух, а в комнате душно.

Они стоят посреди заброшенного сада. Заросли дикой сливы и терновника в цвету, словно укрыты шапкой белой пены. Под ногами мягкий ковёр из прошлогодних листьев, сквозь который робко пробивается молодая нежно-зелёная трава.

– Ты посмотри, какая красота!

Кристина запрокидывает голову, подставляя лицо лучам утреннего солнца, раскидывает руки и, хохоча, кружится. Рыжие волосы разметались, в них запуталось солнце, белые руки, нежное лицо, звонкий смех – как бы хотелось ему это увидеть при других обстоятельствах. Алексей зачарованно смотрит на жизнерадостную картину, поражаясь самообладанию девушки, способной радоваться в такой невесёлой ситуации. Неосознанно потирает шрам на руке, смотрит на следы укуса, хмурится, хватает её за руку.

– Идём, я попробую открыть форточку в твоей комнате, – излишне резко бросает он, злясь на себя за то, что посмел расслабиться, и тащит девушку за собой.

Кристина – сама покорность. Возле двери в спальню оборачивается:

– Давай я помогу приготовить завтрак. Я никуда не сбегу отсюда, ты же здесь, можешь запереть входную дверь.

– Ты же не умеешь готовить.

– Макароны я уж как-нибудь сварю. Ничего другого, как я поняла, здесь нет.

– Верно, рацион небогатый. Но с голода не умрём.

– Лёш, а долго ты собираешься здесь отсиживаться?

– Не знаю, как пойдёт. Неделю, или две.

– Понятно, – Кристина не очень удручена, она уверена, что ей здесь неделями жить не придётся, – Можно, я хотя бы побуду с тобой в этой комнате, пока ты будешь готовить. Мне реально тоскливо там сидеть. Я одичаю за эти две недели!

– Хорошо, пока я здесь, сиди, – указывает ей на плетёное кресло подальше от входной двери и достаёт из холодильника крупу, – Сегодня гречневая каша, правда, без масла, – сообщает он.

– Тут что, гречка хранится в холодильнике? – удивляется Кристина.

– Холодильник всё равно не работает, но туда не залезут мыши в отсутствие хозяев.

– А чей это дом? Почему здесь всё так странно?

– Что странного?

– Здесь всё такое старое, заброшенное, но есть продукты.

– Этот дом недавно купили родители моего друга. Они в этом году выходят на пенсию и хотят переехать в деревню, чтобы квартиру отдать Толику с женой. Дом сейчас в том состоянии, в котором достался от прежних хозяев, на ремонт не было ни времени, ни средств. В прошлом году здесь что-то посадили на огороде, урожай хранится здесь же, во дворе прекрасный глубокий подвал. Сюда наведываются в основном на электричке, но когда едут на машине, завозят нескоропортящиеся продукты. Магазина поблизости нет.