Чтение онлайн

Святитель возвращает зрение царевичу Стефану

Между тем императору Андронику Палеологу в войне с врагами понадобилась помощь, и он послал за нею к своему зятю Илутину, королю Сербскому. В числе посланных находился и настоятель той обители, в которой жил ослепленный царевич. Услышав от него о чудных добродетелях своего сына, с которым он так жестоко поступил, и терзаемый угрызениями совести, отец возвратил к себе невинно пострадавшего сына. Престарелый отец, обливая Стефана слезами раскаяния, смиренно просил у него прощения в своей несправедливости. Незлобивый царевич плакал от радости и, утешая отца-старика, говорил: «Ты ни в чем не виноват предо мной, государь и родитель мой! Господь чрез тебя восхотел наказать меня за грехи мои. Отеческий Его промысл каждому из нас назначил свой путь: тебе спасать душу свою неусыпным попечением о вверенной тебе державе, а мне искупать грехи моей жизни терпением в слепоте и страданиях. Итак, да будет благословенно Его святое имя!»

Примирившись с сыном и своей совестью, Илутин скоро скончался. Наследником престола после него остался царевич Стефан, который, предав земле тело родителя, снял с глаз повязку и, ко всеобщему удивлению и радости целой Сербии, всех известил о чудесном возвращении ему зрения.

Царствование Стефана было ознаменовано правосудием и милостью, счастливыми войнами и утверждением православия. Младший брат его Константин задумал отнять отцовский престол у своего брата и пошел на него войною, предлагая ему добровольно отказаться от престола. Стефан сначала долго отговаривал Константина от кровопролития и гибельной для обеих сторон войны, предлагая ему быть первым своим советником. Но последний отказался, и между ними произошла кровопролитная битва, в которой Константин был умерщвлен, а его войско побеждено и перешло на сторону Стефана. Таким же образом, твердо уповая на помощь Господа, отразил он несметные полчища болгар, грозивших Сербии гибелью и опустошением.

Наконец, наступило время кончины благоверного царя. Ночью явился ему Святитель Николай и с радостным взором сказал: «Стефан! Приготовься к исходу из сей жизни». Встав с постели, Стефан со слезами радости благодарил милосердого Господа за это предвозвещение. Но мирная радость праведника была возмущена горестным известием о бунте, который воздвиг против него сын его, по имени также Стефан, и не менее печальной смертью его. Напрасно добродетельный родитель увещевал нечестивого сына оставить преступный замысел, обещаясь разделить с ним царскую власть: изверг-сын, с многочисленным войском иноплеменников, напал на отца, свергнул его с престола и сослал в заточение в город Звячин, где вскоре Стефан был удавлен по злодейскому повелению сына.

Святитель возвещает царю Стефану его кончину

По прошествии семи лет нетленные мощи царя-мученика сделались неисчерпаемым источником чудотворений: слепые и хромые, недужные и расслабленные, прибегая с верою ко гробу Стефана, получали исцеление и благодарили Бога, дивно прославляющего угодников Своих.

Икона из крипты базилики святого Николая в городе Бари – дар царя Стефана в 1327 г. в знак благодарности за чудесное возвращение зрения. Считается, что икона написана на основе прижизненного изображения Николая Чудотворца

Много и других чудес сотворил на Востоке заступник всех несчастных, великий чудотворец, Святитель Николай. По словам церковной песни, никто-же может я исчести, аще бы и многи язики имел, и глаголати восхотел(Акафист святителю Николаю, архиепископу Мир Ликийских, чудотворцу, кондак 4).

Насколько была распространена слава чудес Святителя Николая уже в IX веке по P. X., об этом находим свидетельство у Иоанна, диакона Неаполитанского (написавшего жизнь св. Николая около 860 года по руководству сочинений патриарха Мефодия). «На земном шаре, – говорит он, – нет места так отдаленного, так глухого, нет уединения или пустыни, где не просияли бы слова и чудеса благочестивейшего владыки Николая исповедника. Свидетели тому не только все области греков, откуда он происходил, но и все Восточное царство. Свидетели также и различные племена варваров, говорящие различными языками и населяющие почти всю Африку, которые ему показывают послушание благочестивой набожности. А жители Италии, хотя и в наше время начали благочестиво и торжественно прославлять его дела, тем не менее охотно научились постоянно радоваться его чудесам; с Божией помощью усердствуют строить и посвящать в честь его многие церкви, и имеют его здесь покровителем и молитвенником, а в будущности ходатаем пред Самим Создателем мира».

Текст печатается по книге

«Слава св. Николая Чудотворца Архиепископа Мирликийского в России» Андрея Вознесенского,СПб, 1899 г. с сокращениями и измененной нумерацией глав.

Первоначально слава имени Святителя Мирликийского зашла в пределы нашей земли, вероятно, так, как она теперь от нас доходит к живущим в наших пределах иноверцам, – еще до принятия православной веры, когда мы не знали еще истинного Бога и не были просвещены святым крещением. Как – , теперь мы, православные, несем с собой всюду имя святителя в среду инородцев – татар, бурят, киргизов, самоедов, тунгусов, якут и камчадалов, – так и в старину к нам проникали лучи славы Святителя от православных греков, живших среди наших предков-язычников. У греков несомненно св. Николай был признан Святым Отцом еще в V веке, когда уже существовало житие его и чтилась память его, сначала, может быть, только местно – в Мирах Ликийских. В следующем столетии память его и житие были известны в Константинополе. К VII веку слава о немуже настолько возросла и расширилась на Востоке, что празднование в честь его торжественно совершалось далеко за пределами Ликии в других церквах… Св. Андрей Критский (f 712 г.), в слове на память Святителя (6 декабря), называет этот праздник «священным и всепразднственным, в который собирались верующие в храм в воспоминание святого». При этом св. отец перечисляет некоторые чудеса Угодника Божия, хорошо известные нам теперь из его жития. Очевидно, во время св. Андрея далеко вокруг Мир – едва ли не во всех пределах христианской Церкви – было распространено и житие Святителя с описанием чудес его при жизни и после смерти. К IX веку празднование Святителю 6 декабря было уже общепринятым не только в пределах Восточной, но и Западной церкви. Это нам убедительно доказывают древнейшие полные сохранившиеся до нас месяцесловы календари Восточной и Западной церквей – Неаполитанский (IX в.), при Евангелии Синод. Библ., № 42 (VIII–IX вв.), при Констант. Еванг. (IX в.) и Римские мартирологи – Малый (VIII в.), Барониев, Рабана Мавра (IX в.), Вандельберта (IX в.), Адова (IX в.), Узуарда (IX в.). Вместе с тем целый ряд святых песнописцев: Герман, патриарх Константинопольский (740 г.), Иоанн Дамаскин (776 г.), Феофан Начертанный (847 г.), Иосиф Песнописец (883 г.), Сергий, патриарх Константинопольский (IX–X вв.), император Лев Мудрый (916 г.), Георгий Раммата и Василий Пагариот (X в.) слагают в честь Святителя множество разных песнопений на его праздник того же 6 декабря. К X веку таким образом память великого Угодника Мирликийского и чествование ее были вполне обставлены – как со стороны историко-литературной, так и со стороны церковно-богослужебной. Имя его навсегда было утверждено в церковном календаре, церковное богослужение своей торжественностью ставило его в ряд славнейших имен Церкви, а хранившиеся в прологах, синаксарях и других рукописных сборниках житие и описание чудес его, – распространявшиеся вместе со службой его и отдельно, – укрепляли, расширяли и увеличивали славу Святителя среди православных по всей земле.

Что удивительного поэтому в том, если греки-православные в те же древние времена занесли славу имени Святителя и к нашим предкам-язычникам? Много греков жило недалеко от русских, – в нынешней южной Руси, в своих колониях, каковы, например, были Херсонес Таврический, Кураж и др., были они и в городах славянских. В самом Киеве еще в IX веке, мы знаем, христиане – конечно, в большинстве греки – имели свою церковь св. пророка Илии. В этом храме, несомненно, сохранялась и широко чтилась память Святителя. Славяне и греки, наконец, были предприимчивые торговцы и отважные мореходы. Славяне и по торговым, и по хищническим делам нередко бывали сами в Византии, и здесь могли познакомиться со славой Святителя во всем величии. Греки тогда уже почитали Чудотворца, как особенного покровителя путешественников в бедах и опасностях на море и на суше, и могли передать эту свою веру в Святителя и славянам. Что удивительного поэтому, повторяем, если наши предки, еще будучи язычниками, познакомились с именем Святителя, и еще до крещения своего начали по-своему чтить и уважать его? Это могло быть совершенно естественно, и действительно было. Сохранилось до нашего времени историческое предание о крещении Киевского князя Аскольда в христианство с именем св. Николая и положительное летописное известие о построении на могиле его церкви в честь того же Святителя.

Чудотворная икона святого Николая Чудотворца из Батуринского Николо-Крупицкого женского монастыря

Но всецело и совершенно наши предки познакомились со Святителем, с его житием и чудесами, и начали затем его наравне со всеми христианами чествовать, а скоро потом и преимущественно пред ними прибегать к нему, – со времени своего перехода в православную веру, когда православные греки сделали и нас участниками плодов христианского просвещения и передали нам свои книги, свое богослужение и свои церковные правила. Тогда сделались и нашим достоянием их церковный месяцеслов с ежегодным празднеством Святителю 6 декабря, их прологи, синаксари с сказанием о жизни и чудесах Святителя, а также и отдельные списки этого сказания и, наконец, их богослужение Святителю в их богослужебных книгах и, может быть, отдельно, вместе со списками сказания.

Можно думать, что из всего этого сначала ничто так не знакомило новопросвещенный русский народ с именем Святителя, не приближало так к нему памяти Угодника, как церковное богослужение. Каждому православному христианину известно, что наравне с немногими святыми – св. Иоанном Предтечей, да Бесплотными Силами и Апостолами Христовыми – православная Церковь чествует одного св. Николая не только в годовые, везде на Руси торжественные празднества 6 декабря и 9 мая, но и еженедельно. В кругу недельного богослужения, в Октоихе – наравне с ликом Апостолов – с службами каждого четверга нераздельно связана и служба имени Святителя и чествование его отдельными песнопениями, так что Церковь имеет три службы Святителю: 6 декабря, 9 мая и седмичную. Так чествуется у нас память Святителя ныне, но так – заметим – она чествовалась у нас и искони, почти с самого крещения Руси, потому что к концу X века почти закончены были и следовательно перешли к нам от греков службы Святителю на 6 декабря и еженедельная, а в следующем веке – XI, к концу его, или в начале XII – была составлена и последняя служба Угоднику на 9 мая. <…>

Лучшим свидетельством того, насколько хорошо православные греки познакомили наших предков с величием Чудотворца, и вместе с тем новым средством к дальнейшему распространению славы Угодника на Руси, является установление в Русской церкви в конце XI века особого – чуждого церкви Греческой – торжества перенесения мощей Святителя из Мир Ликийских в Бар-град Италийский и составление особой службы в честь этого события русским песнотворцем около того же времени. <…>

Новгородский Липенский чудотворный образ святого Николая. XII в.

К сожалению, – как и о настоящем виновнике установления празднества перенесения мощей – и о новой службе Святителю неизвестно точно, кто ее создал. Самые древние списки службы в Минеях не восходят выше XIV века; нигде в списках надписания над собой она не имеет, и судить об этом приходится приблизительно и только на основании собственных соображений. <…> Уже с самых первых времен христианства на Руси наш народ относился с особенной ревностью к празднествам Святителя и к посещению в этот день храма Божия. На что нам, например, свидетельства красноречивее рассказа летописца Нестора в его житии Бориса и Глеба о том, как великий Угодник Божий вместе со святыми братьями-мучениками наказал одну женщину за то, что та в день памяти его не пошла вместе с другим народом в церковь его и осталась дома работать! Если вдобавок к этому принять к сведению еще то, что в древности на службах церковных читались соответствующие места из синаксарей и прологов на дни памяти святых – понятно будет, какое значение в распространении и утверждении славы Святителя в России имело церковное богослужение с его песнопениями в честь Святителя. Расширяемое и уясняемое выслушанными в храме же сказаниями, нередко закрепляемое ими же еще и дома, песенное изображение Святителя, великого ревнителя православной веры, воздержания и всякой добродетели учителя и особенно скорого и сильного пред Богом во всяких бедах помощника, неизгладимо отпечатлевалось в душе каждого верующего, вызывало в ней благоговейное удивление к его памяти и в каждом житейском затруднении побуждало его после Господа и Его Пречистой Матери прежде всего прибегать к славному своим могуществом и милосердием Угоднику. Так было, мы говорим, искони – уже с самых первых времен христианства. И доныне: где не бывают полны храмы в день памяти Святителю? В каком храме еженедельно общенародно не читается акафист Святителю? Вот и первоисточник и очевиднейшие проявления величия славы Святителя в нашем отечестве.