Чтение онлайн

Взглянув на время, он в очередной раз набрал Алинн номер. От нормального настроения, в котором вернулся домой, не осталось и следа. Как ни досадно признавать, за последнее время нервы порядком расшатались.Изначально ведь знал – будет нелегко, но чтобы до такой степени!.. Жить в беспрестанной тревоге… да что там в тревоге! Эта пигалица держала его в постоянном страхе! Он не был к этому готов. Наивно убеждать себя, что кризис подросткового возраста – явление проходящее. Тут что ни день, то доказательство обратного! Мрачные раздумья прервал телефонный звонок. Трубки на базе, как обычно, не оказалось. Спустя полминуты в гостиную влетел Илья.

– Дядь Серёж, это тебя!..

Взяв у мальчика телефон, взглянул на незнакомый номер, высветившийся на дисплее. Дурные предчувствия не обманули: от услышанного, его охватил ужас, но с ещё большей силой – ярость.

– Понятно, сейчас приеду! – швырнув трубку на базу, позвал Илью, – Я отлучусь ненадолго… – но, взглянув на его растерянную физиономию, передумал, – Ладно, одевайся – поедешь со мной.

Вперив глаза в землю, Аля вышла на улицу. После духоты обезьянника на свежем воздухе даже голова закружилась.

– Допрыгалась?.. – Сергей окинул её свирепым взглядом и пошёл к машине. Девочка покорно засеменила следом.

Всю дорогу до дома они молчали. Ей не хотелось нарываться, а он, попросту, уже успел остыть.

Сергей дождался, когда девочка выйдет из ванной и жестом велел следовать за собой. Аля стояла, опустив голову, старательно пряча лицо за тёмной завесой волос.

– Может изволишь объясниться?.. – он приподнял пальцами её подбородок, заставляя повернуться к свету. – Отличный удар! И кто автор?.. – Девушка молчала. Не сильно рассчитывая на чистосердечный разговор, Сергей достал аптечку. – Кудри свои придержи.

Отыскав в кармане резинку, Алина послушно затянула волосы в пучок. Подозрительное спокойствие крёстного настораживало. Он стал осторожно обрабатывать перекисью припухшую скулу.

– Ну, рассказывай, за что в милицию угодила? – казалось, тема его даже забавляла.

Девочка поморщилась от боли.

– За хулиганство.

– Эту версию я уже слышал. Теперь конкретней.

– Конкретней – ни за что! – убеждённая в своей правоте, заявила она, – Гопники бучу устроили, а нас за компанию загребли.

На его лице мелькнуло непонимание.

– Кого это «нас»?

– Нас – это эмо!

Сергей подозрительно прищурился.

– А это что ещё за секта?

– Эмо – не секта! – возмутилась девушка, – Это, как бы тебе сказать… молодёжная субкультура. У нас своя тусовка, свой стиль, своя музыка… – и, видя, что крёстный хоть и слегка нахмурившись, но внимательно слушает, Алина пустилась в обстоятельный рассказ. Когда она закончила, Сергей ещё какое-то время переваривал услышанное и, наконец, мягко уточнил.

– Я так понял, эти твои эмо – козлы отпущения, которые умышленно заводят строптивых ребят, типа панков или готов, для того, чтобы получить от них порцию определённых эмоций!

– Это не так! – немного оскорбившись, возразила Аля, – Эмо всего лишь призывают защищать и поддерживать слабых и ранимых людей.

Офигеть от такого объяснения! Сергей внимательно разглядывал её лицо.

– Но, позволь поинтересоваться, что подвигло тебя вступить в ряды этих…сердобольных?

– Я такая же, как они! – гордо тряхнув хохолком, заявила девочка, – …Уж какой уродилась!..

Озадаченный этим умозаключением, он даже не нашёлся с ответом. Но взглянув на её комично-трогательное лицо с подбитым глазом и торчащей на макушке метёлкой пёстрых волос, улыбнулся.

– В таком случае, нам нужно запасаться троксевазином!

====== Глава 10. Интересно, кто он? ======

Проснувшись, Аля первым делом помчалась к зеркалу и выдохнула с облегчением: «потрясного фингала» не было, только небольшая синева, которую можно замазать тональником, и ссадина на скуле. Такими атрибутами киношные гримёры традиционно украшают лица сериальных красоток, ставших жертвами ревнивых возлюбленных.

Идеально замаскировать следы вчерашних злоключений всё-таки не удалось: синяк был заметен даже под слоем пудры. Но этот дефект, определённо, придавал лицу какой-то особый шарм и вполне соответствовал сегодняшнему эмоциональному настрою.

Первые два урока прошли спокойно, на английском даже посчастливилось немного вздремнуть. Зато на третьем химичка оторвалась по-полной.

Бегло опросив четверть класса, среди которой не оказалось ни одного Менделеева и пополнив журнал двойками, она окинула аудиторию змеиным взглядом.

– Про карбоновые кислоты нам расскажет Светлова!

Аля нехотя вышла к доске. Выслушав очередной невразумительный ответ, химичка пришла в неописуемую ярость.

– Что, – вопила она, энергично потрясая метровой указкой, – Глаза намазать время нашлось, а параграф прочитать нет? Третья двойка подряд!..

Алина знала про это и даже собиралась честно исправить злополучные неуды, просто вчера все её планы пошли наперекосяк.

– …Что за внешний вид?.. – продолжала лютовать химичка, – Ты в школу пришла, или на дискотеку?.. – сев за стол, она принялась что-то строчить в дневнике, – Так! Я хочу видеть твоих родителей! Завтра же! Ты меня поняла?!

Аля бросила на неё мрачный взгляд.

– Нет у меня родителей.

– Тоже мне, сирота казанская! – желчно протянула Посохова. Её свита услужливо захихикала.

– Да заткнитесь вы!.. – выкрикнул кто-то с задней парты. В наступившей тишине послышался гулкий хлопок учебника о чью-то голову.

Следующие несколько секунд Алина боролась с желанием закричать, как она их всех ненавидит! Сдержалась с тркдом. Стиснув зубы, решительно вернулась на своё место, побросала тетради в рюкзак и, закинув его на плечо, рванула к выходу.

– Ой-ой-ой! Какие мы чувствительные! – ядовито прокомментировала Посохова.

Это стало последней каплей. Уже у порога Аля оглянулась, громко послала всех и, хлопнув дверью, выбежала прочь.

Прозвенел звонок с урока и на школьный двор высыпала шумная толпа учеников. В конце сентября солнце продолжало радовать своим теплом и все стремились поскорее вырваться из душных классов на улицу.

Алина сидела на брёвнышке у изгороди школьного сада и, глядя в крохотное зеркальце, пыталась оттереть с лица размытый слезами макияж. Каждое прикосновение к ссадине причиняло боль, и от этого она снова начинала плакать. Как сейчас хотелось оказаться в своём родном классе, среди друзей, с которыми проучились десять лет!