Чтение онлайн

– Из-за чего подрались-то?

– Они тебя бандитом называли, а Альку шалавой… Ну я Куликову нос и разбил…

– Кто – они?

– Петька и дружки его – Богдан с Яриком.

– Трое на одного… Так значит, отыгрываются за нокаут на ринге!..

– Я бы с ними справился, только Петькина бабка прибежала, орать начала, что в милицию заявит и в детдом меня определит… – мальчонка замолчал, вопросительно глядя на дядю, – …Анна Викторовна поэтому приехала?

– Нет, – поспешил успокоить Сергей, – Просто у неё работа такая – в гости к нам ездить... А в живот тебя чем били?

– …Ничем. Толкнули просто, и я на перекладину упал.

Он чуть сильнее надавил на подвздох: опасения подтвердились. Терять время на ожидание «скорой» было рискованно. Тихо, чтоб не волновать, Светлов окликнул мальчика.

– Илюш, сейчас мы с тобой поедем в больницу. Я хочу, чтобы тебя посмотрел детский врач. Это очень хороший доктор, мой друг… Договорились?

Тот доверчиво кивнул.

– Ну вот и хорошо! – улыбнулся Сергей, – Сейчас я вернусь, и помчим.

Едва он появился в дверях, Аля бросилась навстречу.

– Что с ним?

– Похоже, разрыв селезёнки. Ты сейчас вещи его собери – пижаму, тапочки… Мы в больницу едем…

– Я с вами, – решительно заявила Кравцова. Понимая, что в дороге может пригодиться любая помощь, Сергей коротко кивнул.

Домой Аля вернулась только к обеду следующего дня, да и то потому, что крестный силой вытурил её из палаты. К этому времени Илья уже пришёл в себя. Даже после общего наркоза он выглядел значительно лучше, чем накануне вечером.

Анна Викторовна, проведя бессонную ночь, всё ещё оставалась в отделении. Искреннее участие этой женщины, похоже, тронуло даже непробиваемого господина Светлова. Может потому, что Илья неожиданно проникся к ней симпатией? Из-за всего этого Алина испытывала какое-то непонятное чувство, схожее с ревностью. Он ведь ЕЁ брат! И прав на него она имеет больше, чем Серёжа с инспекторшей вместе взятые! Они же её, как девчонку из палаты выставили! Только она всё равно вернётся! Сразу же, как только решит один принципиальный вопрос!

Илюхиных «дружков», причастных к происшедшему, Аля вычислила без труда. Твёрдо решив воздать по заслугам, она не отказала себе в удовольствии оторваться по-полной. Даже бабка Куликова, примчавшаяся на защиту своего чада, спасовала перед разъярённой «шалавой».

С разборок девочка вернулась преисполненная чувством выполненного долга. Несмотря на усталость, спать не хотелось совсем. То ли от нервов, то ли от кофе…

Она окинула взглядом гостиную, в поиске любимого Илюшкиного вездехода, пульт от которого одиноко лежал на журнальном столике.

...Игрушки, книжка, фломастеры... постараться ничего не забыть!.. На глаза попалась сумочка инспекторши, так странно забытая в кресле. Аля презрительно усмехнулась: Анна Викторовна, оказывается, тётка продуманная! Наверняка ведь преследует какую-то цель! А почему бы и нет?! Чем ни вариант: холостой состоятельный мужик, к которому под предлогом служебных обязанностей можно захаживать в любое время!

Своим обликом эта тётка напоминала занудную училку! Фу! Неужели Серёжа падёт так низко?!

Девочка и сама не понимала, чем вызвана такая неприязнь. То ли тем, что Кравцова имела привычку являться нежданно-негаданно. То ли потому, что после каждого такого вторжения у Серёжи неизменно портилось настроение, от чего напрямую зависело её собственное благополучие. Безусловно, появление инспекторши всегда предшествовало какому-нибудь раздору! Но, немного поразмыслив, девочка была вынуждена признать: это всего лишь совпадения!

И всё равно – ему надо быть осмотрительней! Как окольцует какая-нибудь гарпия, наподобие этой – горя не оберёшься! Другое дело Вероника: под стать ему!.. И почему у них не заладилось?.. Или Ира… Правда, он намного старше, но своей молодостью она выгодно подчеркнёт его солидность!.. Аля осеклась, решив, что незачем так ревниво копошиться в его личной жизни, тем более теперь, когда только начали восстанавливаться хрупкие взаимопонимания. Да и какое ей, собственно, дело до Серёжиных похождений! Надо быть терпимей!

…И всё же сумочка оставлена неспроста!.. Что ж, когда они надумают вернуться, она не станет им мешать!

Алина приняла душ и, немного отдохнув, помчалась обратно. Крёстного с инспекторшей девочка застала мирно беседующими в больничном кафе. Заявив, что намерена остаться с братом до утра, она даже огорчилась отсутствию каких-либо благодарных эмоций на их лицах.

***

Закутавшись в просторный мужской халат, Аня вышла из ванной и спустилась в гостиную. Удушливая жара, господствующая вот уже несколько дней, паршиво сказывалась на самочувствии, а в совокупности с навалившимися проблемами и бессонной ночью, всё это, естественно, выплыло жуткой мигренью. Опустившись в кресло, женщина сдавила виски, пытаясь унять назойливую головную боль. Смущённая лёгким обмороком, случившимся с ней по дороге из больницы, она упрямо отметала все возможные причины недомогания. Сергей защёлкнул оконную раму и включил кондиционер.

– ...Ну что, Анна Викторовна, теперь займёмся вашим случаем.

Сходив на кухню, принёс стакан воды и таблетки. Аня виновато улыбнулась.

– Со мной раньше такого никогда не было!.. Устала просто… да и в машине слегка укачало…

– Не оправдывайся, – взяв её запястье, он на всякий случай проверил пульс, – Если всё принимать так близко к сердцу, надолго тебя не хватит! Тебе отдохнуть нужно, расслабиться, работу сменить в конце концов!.. Поверь, я знаю, что говорю!..

– О да, конечно! – горько усмехнулась женщина, – Вы, врачи, всегда всё знаете! Вы чуть ли не богами себя привыкли считать, а ведь иногда стоит спускаться на землю!.. – встав, она медленно прошлась по гостиной и остановилась, глядя в окно, – А если у меня ничего нет, кроме работы? Если с некоторых пор в этом смысл моей жизни!.. – Какое-то время она молча смотрела на усыпанные цветами ветки яблонь. А потом вдруг начала сбивчиво рассказывать про свою жизнь… Как ещё девчонкой мечтала о большой семье, как вышла замуж за любимого человека, как счастливы они были, ожидая рождения их первенца…

Говорила тихо, будто сама себе. Вспомнив переживания мужа, провожавшего её в роддом, грустно улыбнулась, – …Он всю дорогу твердил: я вас с сыном на руках носить буду… – её голос осёкся, – …Но во время родов что-то пошло не так… и когда встал выбор, кто приоритетный – мать или ребёнок, доктор всё решил за меня!.. – Боль, терзавшая изнутри, отразилась на её лице, – ...Почему?.. – казалось, переполненный слезами взгляд, бросает вызов всему человечеству, – …Да, он спас мне жизнь! Только зачем? Муж ушёл: не нужна молодому, здоровому мужику жена, не способная родить! – она снова замолчала, переводя дыхание, – …А теперь я даже приёмного взять не могу – попросту не дают! Не позволяет социальный статус и материальное положение! Вот так и живу… и всё время вопрос себе задаю: имеет ли право кто-нибудь делать за женщину такой выбор?..

Господи, с каким же трудом далась ей эта исповедь!

– Врач действовал в рамках закона, – осторожно заметил Светлов, – К сожалению, порой приходится принимать жестокие решения… когда по другому нельзя!.. Музыкант, оставшийся без рук, потерявший зрение художник, спортсмен, обречённый на инвалидное кресло – все они чувствуют то же самое и задают тот же самый вопрос… – он приблизился и, обняв за плечи, повернул её к себе лицом, – …У тебя всё будет хорошо, вот увидишь!..

Подняв блестящие от слёз глаза, она встретилась с его взглядом: вот оно – то дьявольское обаяние, заставляющее женщин бежать на край света… Или к нему, или от него… От такой мысли бросило в краску. Закрыв глаза, женщина прижалась к его груди. В этом непроизвольном порыве звучала немая мольба: не отталкивай меня!..

Сергей провёл ладонью по волосам, наперёд угадывая ещё неосознанное ей самой желание. Едва касаясь, скользнул пальцами по щеке и, очертив подбородок, приподнял лицо. Мельчайшие признаки, подтверждающие, что не ошибся, всколыхнули дремлющий внутри вулкан.

– Как ты красива!.. – выдохнул он и, завладев губами, стал целовать глубоко, жадно, настойчиво.

Молодое, истосковавшееся по ласке тело вздрогнуло и затрепетало, устремившись навстречу забытым, ставшим призрачными ощущениям. Как будто пробуждаясь ото сна, она то тянулась к нему, то вдруг поддавшись непонятному порыву, отталкивала, отстраняясь прочь.