Чтение онлайн

Поляк открыл было рот, чтобы ответить на вопрос, но Басмач махнул на него рукой. Дескать, не надо ничего говорить.

– Менты Ясеня боялись, поэтому и не трогали. А придурков кто напугается? – Басмач презрительно ухмыльнулся.

– Я не придурок! – Поляк снова вытянул руку.

Он хотел было помахать пальцем перед лицом незваного гостя, но на этот раз Басмач перехватил его руку и заломил ее за спину.

– Ты не просто придурок, а урод! – прошипел он ему на ухо.

– Пусти!

– Зачем ты мою бабу тронул? Страх потерял?

– Пусти, говорю! – простонал Поляк.

– Как думаешь, я тебя за это прощу? – Басмач взял со стола кухонный нож с лезвием средней длины.

У него был и пистолет, и финка, но ему очень не хотелось пачкать все это в крови опустившегося ублюдка.

– Не надо! – взвыл от страха Поляк.

Наконец-то до него дошло, что не выйти ему живым из этой ситуации.

– Надо!

Басмач ударил его ножом в почку и слегка подкрутил лезвие. Клинок из раны он вынул только после того, как Поляк испустил дух.

В это время на кухню зашла Лиза. Она понимала, что ничем другим эта история не закончится, но все-таки оцепенела от ужаса.

– Все равно порядок на кухне надо наводить. – Басмач усмехнулся. – Справишься?

– Э-э… – не находя слов, промычала она.

– Я мусор вынесу, а ты тут приберешься.

В сумке, в которой он принес водку, лежали кусок полиэтилена и скотч. Басмач упаковал труп, затем загнал машину во двор и загрузил покойника в багажник.

Лиза стояла на кухне, тупо глядя на размазанную лужицу крови. Он взял за лезвие нож, которым убил Поляка, и заставил Лизу ухватиться за его рукоятку.

– Я поеду мусор выброшу, а ты можешь в ментовку сходить. Чистосердечное признание облегчит душу и приведет к смягчению наказания. Думаю, ты получишь лет семь-восемь, никак не больше, – сказал Басмач, заворачивая нож в полиэтиленовую пленку.

– Семь-восемь лет? – Лиза ошеломленно посмотрела на него.

– Ну, если про меня не скажешь. А если донесешь, то все пятнадцать получишь. Я ведь заявлю, что ты предложила мне Поляка убить. Я отказался, тогда ты сама его ударила. С чем тебя и поздравляю.

– Это ты его убил!

– Нет, на ноже твои пальчики. Если ты вдруг сдашь меня, то я сразу же отвечу тем же и покажу, где ты Поляка закопала.

Басмач должен был подстраховаться. Вдруг в Лизе совесть заговорит, и она решит сдать его ментам? Он в лес, а дамочка к ним. Басмач вернется домой, и на него здесь наденут наручники.

Она все поняла, и ее лицо вытянулось от возмущения.

– Ты думаешь, я тебя предам?

– А с Поляком ты меня не предавала?

Лиза хватанула ртом воздух и замолчала. Он вышел из дома, сел в машину. Пусть Лиза молится, чтобы его по дороге в лес не перехватили менты. У него ведь и труп в багажнике, и нож с отпечатками ее пальчиков.

Но все обошлось. Он благополучно добрался до места, бросил в яму труп и орудие убийства. Да, Басмач и вправду покажет это место, если Лиза решится его сдать.

Хотя вряд ли она пойдет на такой шаг. Зачем ей рубить сук, на котором она сидит? Ведь с Басмачом ей будет гораздо лучше, чем было с алкашом Валерой.

А она жила с Поляком, и вряд ли Басмач ей это когда-нибудь простит. Сейчас Лиза устраивала его во всем. С ней и в постели неплохо, и, главное, он может жить в своем собственном доме. Но если ему вдруг подвернется лучший вариант, то он не задумываясь уйдет от нее. Только вот тогда она вряд ли останется жива.

Коси коса, пока роса. Басмачу в падлу было приниматься за работу, тем более после веселой ночки, но он должен был привести в порядок запущенный двор, а там трава по пояс. Вот и пришлось ему взяться за косу.

Солнце уже клонилось к закату, когда он взялся за дело. Один взмах косой, другой, и сразу же возник вопрос – а оно ему нужно?

Чтобы ответить, нужно было присесть, выпить водички, перекурить. Он сделал и то и другое. Даже получил ответ на вопрос. Да, надо бы двор в порядок привести, но подниматься ему жутко не хотелось.

Все-таки он смог настроить себя на трудовой подвиг, но только встал со скамейки, как появилась Лиза. Красивая, нарядная. Басмач смотрел на нее как на произведение искусства, созданное его собственными руками. Какой она была до возвращения Басмача и стала сейчас – небо и земля. В этом его заслуга.

– Как менты? Заявление приняли? – спросил он, всматриваясь ей в глаза.

Вопрос был задан вроде бы и в шутку, но вдруг все-таки в ее глазах мелькнет подозрительная тень, доказывающая, что Лиза действительно вынашивает какую-то крамольную мысль?

– Не смешно. – Она тускло улыбнулась.

– Нагулялась?

– Ага, со Стасом, – с такой же насмешкой отозвалась Лиза.

Она ходила к сестре Стаса, поэтому его не удивило то обстоятельство, что она ввернула в разговор его имя.

– С урной танцевала? – Басмач ухмыльнулся.

Он хотел знать, куда делись двести тысяч долларов, которые Стас увел у него. В принципе, это были деньги Подъярка, но все-таки Басмач считал их своей собственностью. Если эти баксы просто растворились во времени и пространстве, то искать он их не станет. Но что-то подсказывало Басмачу, что зеленые бумажки достались Жене. Если так, то Беляхов мог пустить их в ход.

Эта сволочь неплохо раскрутилась. Басмач видел бывшую автобазу, которую арендовал Беляхов. Раньше там были офис и склад, а сейчас это всего лишь часть его фирмы. Офис у него находился где-то в центре города.

В подробности Басмач вдаваться пока не стал, но собирался заняться этим. Если Беляхов пустил двести штук в ход, то должен будет вернуть эти деньги. Причем с процентами. Басмач обязательно придумает, как это сделать, не навредив себе.

– С какой урной?

– А разве не ты говорила мне про урну с прахом?

– Говорила. Только я не знаю, чей там прах. Урна есть, а Стас живой.

Басмач дернулся так, как будто через него пропустили двести двадцать вольт.

Нет, он не боялся Подъярка, но на него произвел впечатление сам факт его воскрешения. Снова какая-то мистика!

– Ты в этом уверена?

– Да, я его видела. Стаса действительно сильно порезали, да и в тюремной больнице он был. Только не умер.

– А урна с пеплом?

– Родители думали, что он умер, а Стас выжил. Ты бы видел его, бледный весь, кожа да кости. Постарел лет на десять. В глазах тоска. Такое ощущение, что он с того света вернулся. Нет, даже не совсем. Как будто Стас одной ногой пока еще в могиле стоит.