Чтение онлайн

Мамору почувствовал легкое движение воздуха, он быстро повернул в ту сторону голову. Дверь в кабинет нотариуса, где собрались представители нескольких семей клана Водяной Дракон, открылась - вошла гостья. Несколько человек встали сразу же, склонившись в приветственном поклоне перед "старшей сестрой". Ее помнили все, кто лично знал Кацуро. Вслед за ними поднялись и поклонились остальные.

Все присутствующие напряженно следили за поведением главных фигур события. Нервность движений и странные искорки в глазах Ёшико выдавали ее волнение.

Мамору замер - от Ёшико зависела его жизнь. Вдруг она передумала поддержать легенду Мамору. Вчера он старался быть очень убедительным. Ёшико молчала, слушала его внимательно. "Итиро выбрал другой путь, - говорил Мамору, - Клану нужен кумитё, им должен быть наследник, первый сын. Якудза воспитал Дайсуке настоящим воином. Он очень хвалит его. Мальчик сможет исполнить долг старшего брата. Итиро отказался от своих прав..."

Хан с волнением всматривался в только что вошедшую женщину. Он встал ей навстречу вместе со всеми. Где-то в кончиках пальцев зародился пульс, он током пробежал по обеим рукам и ударил в мозг. Перед его внутренним взором возникла яркая картина: он стоит в кабинете отца, едва доставая макушкой до края письменного стола, тот подхватывает его на руки, подкидывает вверх и кричит "любишь свою маму?". "Я люблю свою маму", - визжит он от счастья. Сверху он видит рядом с отцом молодую светящуюся от счастья женщину, она протягивает к нему руки и испуганно кричит "не урони его!"

– Я люблю свою маму, - прошептал он чуть слышно.

Ёшико поняла его по губам, и тоже одними губами сказала - "сын". Больше она не сделала ни одного движения, которое выдало бы глубину ее чувств. Она затаила их под маской вежливости, поклонилась каждому из присутствующих, степенно подошла к свободному креслу и села напротив Хана.

Нотариус внимательно оглядел гостей, немного помедлил, спросил на всякий случай "все ли из тех, кто имеет отношение к семье Такахаси, находятся в кабинете?"

– Нет, - вдруг сказала Ёшико, - со мной приехал мой сын и сын Такахаси Кацуро.

Мамору вздрогнул. Та наэлектризованность, которая возникла между ней и привезенным из России мальчиком, сбила его с толку. Вчера во время долгой беседы с ней он почти поверил, что Ёшико решила его поддержать. И вот теперь Ёшико разбивала его сердце, рушила его надежды. Сейчас войдет настоящий Итиро. Не чествование нового кумитё, а его обман станет главным событием дня. Мамору сжал пальцы так, что суставы хрустнули и побелели от напряжения. Но лицо его оставалось непроницаемым. Его изгонят из клана с позором, а дети его никогда не смогут говорить о нем с гордостью. Мамору нащупал в кармане пиджака маленький инкрустированный серебром кинжал, подаренный ему когда-то самим Кацуро. Он не заслужил жить дальше, но хотя бы он заслужил смерть от оружия "старшего брата". Прости Ёшико...

Ёшико вскинула глаза на вошедшего в комнату сына, они излучала материнское счастье. Юноша радостно улыбнулся, сел рядом с ней, взял ее за руку.

Хан смотрел на счастливую пару, сидящую напротив него. Он уже знал, что это его семья. Не Дайсуке, а Итиро его имя. Дайсуке сидит напротив и смотрит на него с любопытством и уважением, которое и должен проявлять младший брат к старшему брату. А рядом с ним самая родная женщина на Земле - его мама. Память подсовывала ему обрывки сюжетов и мыслей из их общего прошлого.

– Теперь все здесь?
– неуверенно спросил нотариус, наклонил голову, чтобы поверх очков окинуть взглядом помещение. "Может быть, где-то у кого-то еще есть сюрприз", - говорил его подслеповатый взгляд.

– Почти, - кивнул головой Итиро, блеснув по-мальчишески задорными глазами, - Здесь нет только третьего сына Рензо, мать которого предала семью, позволив Триадам расправиться с нашими "братьями" и "сестрами".

– Мы его ждем?
– уточнил Осаму.

– Нет, сегодня он не придет. Но мы его обязательно найдем и мать его найдем, и заставим ответить за то, что она совершила. Это я обещаю.

Итиро говорил уверенно, вызывающе вскинув голову. Мамору же, напротив, испытывал страшное унижение и был готов принять любое наказание из рук своего ученика, и, судя по речам, настоящего Такахаси. "Мне нет прощения за обман".
– Мамору держался за рукоятку кинжала, думая только о том, в какой момент ему следует вонзить в себя острое лезвие.

– Тогда я, пожалуй, начну?
– не то спросил, не то ответил сам себе нотариус, откашлялся, придвинул к себе стопку бумаг и стал внимательно всматриваться в иероглифы сквозь стекла очков.

Он мог бы не тратить время на чтение, потому что все знали, что все получал первый сын Кацуро вместе с обязанностью возродить могущество клана. Но когда нотариус дошел до имени наследника, в кабинете наступила изумленная тишина. Имя Рюносукэ прозвучало, как атомный взрыв в ночном небе спящего города. Но нотариус дочитал завещание до конца, не запнувшись, и только дойдя до последнего иероглифа, поднял голову и посмотрел на Ёшико. Та сжимала руку сидящего рядом сына, но смотрела перед собой через стол в лицо молодому человеку, который в момент произнесения имени наследника медленно поднялся. Казалось, что в глянцевой поверхности стола отражается не только потолок, лица и руки, сидящих за столом, но и наэлектризованность между этими двумя людьми. И она разлетается по кабинету, заряжая всех присутствующих. Приглушенно гудела сплит - система над головой Осаму.

– Я думала, ты погиб вместе с отцом, - наконец, сказала Ёшико.

– Я жив, - ответил Хан.

– Ты готов к тому, что тебе предстоит?
– Спросила Ёшико.

– Да, - кивнул Хан.

Мамору наряжено ожидавший разоблачения, замер. Ёшико разговаривала с его лже - Итиро, как с сыном, нет, не просто, как с сыном, как с наследником Кацуро. Так кто же из них настоящий Итиро, а кто Дайсуке? А кто Рюносукэ?

– Как же так?
– прошептал он, догадываясь о том, что много лет назад, забрав из приюта мальчика без роду и племени, Акено нашла и спасла настоящего сына Кацуро. Или это не случайность? И все в этой жизни предопределено, как бы люди не пытались расставлять свои сети и ловушки. Если так, то и гибель Кацуро тоже предопределена, чтобы на смену ему пришел тот, кто сможет сделать то, что самому Кацуро было не под силу.

На этом кощунственном предположении Мамору остановил свою мысль, отпустил рукоятку кинжала и громко произнес, обращаясь к наследнику:

– Мы все будем тебе верными братьями и храбрыми воинами. Я готов занять место советника рядом с тобой.

Слова Мамору означали то, что он добровольно складывает с себя полномочия кумитё и передает их новому предводителю клана "Водяной дракон". По кабинету прошел шорох, стулья задвигались, присутствующие по очереди стали подходить к тому, кого Ёшико назвала Рюносукэ, и с поклоном выражать свою преданность. Итиро подошел одним из последних и обнял брата.

– Извини, брат, - сказал он, - я некоторое время занимал твое место. Из меня пытались готовить начальника, но все пришло к тому, что это не моё. Но зато у меня была интересная жизнь. Меня пытались убить, думая, что я - это ты. Но у них ничего не получилось. Правда, они все-таки испортили мне жизнь. Думаю, они не оставили свои надежды и проявятся рано или поздно.

Итиро вздохнул, вспомнив последний день рядом с Чунхуа. Он отпустил ее, но не смог простить предательства. Ведь она сначала убила его ребенка и потом пыталась убить его. Нет, он не отпустил, он вышвырнул ее на улицу, как бездомную сучку, не дав даже времени одеться. Он потом долго слышал за дверью ее крики и проклятья, полные ненависти.