Чтение онлайн

– Китайские женщины коварны, им не ведом кодекс чести... где-то я это уже слышал, - Итиро поклонился Мамору, - Сэнсей, ты был прав насчет китайских жен. Я сожалею, что был не достаточно учтив с тобой. Я искал тебя, чтобы извиниться, но мама меня нашла быстрее. И теперь я прошу прощения.

Мамору хотел сказать, что он тоже сожалеет о своих кознях против Итиро, но промолчал. Сейчас это уже не имело значения. Духи предков спасли его и помогли ему выполнить долг, никого не унизив и не предав. Ёшико подошла к сыновьям и прислонила щеку к крепкому плечу любимого сына Кацуро так сильно на него похожего, что сидя напротив него через стол она не могла избавиться от ощущения, что видит перед собой молодого мужа, когда они только начинали свою семейную жизнь.

– Не знаю, как тебе, но мне будет трудно привыкнуть к своему настоящему имени - Дайсуке, - продолжал Итиро, - Я всю жизнь был Итиро. И не хотелось бы возиться с бумагами - это такая волокита - переделывать документы. На фотографиях я очень плохо получаюсь. К тому же это имя, как я понял, теперь свободно.

– А вот мне придется начать как раз с самого трудного - с волокиты, - улыбнулся в ответ Хан, - Иначе не видать нам с тобой нашего наследства, как своих ушей. Но я тоже предпочел бы слышать привычное имя. Древние воины имели по два имени. Одно знали все, другое - только родные. Пусть мое прежнее имя, вернее кличку, под которым я жил в России, останется в обиходе.

– Спасибо тебе за сына, - Ёшико повернулась к Мамору, - Извини, я не могла открыть тебе нашу с Кацуро тайну раньше. Мы с мужем сделали много ошибок, но мы их искупили. Кацуро своей гибелью. А я - долгой разлукой с детьми. Скажи, как ты нашел Рюносукэ?

Мамору в ответ загадочно склонил голову - сейчас не время и не место для откровений. Он давно не видел Ёшико, а такой умиротворенной он ее совсем не помнил. Признаваться сейчас в своих не совсем благовидных замыслах он не хотел. Все хорошо. Зачем воскрешать ошибки прошлого, о них следует забыть. Важно только то, что происходит. Какими путями это достигнуто, не имеет значение...

– Ты помнишь отца?
– Ёшико ласково прикоснулась к вороту расстегнутой сорочки Рюносукэ, через которую проглядывала знакомая всем представителям клана ирэдзуми, улыбнулась, - Он тоже не любил галстуки.

– Я помню главное, что я твой сын, - тоже улыбнулся Хан, - в остальном - странные игры памяти. Якудза говорил, что вынес меня из горящего дома по просьбе отца, я же сам этот момент не запомнил...

– Об этом можно поговорить потом, - прервал его речь Мамору, - Нам нужно отправляться в резиденцию главы клана. Мой кумитё хисё* подготовил все бумаги, и я готов отчитаться перед санро-кай* за прошедшие восемнадцать лет...

Ёшико удивила непривычная бесцеремонность Мамору. Обычно он был более сдержан. Но она была слишком взволнована происшествием, чтобы обратить внимание на его странную суетливость.

Кабинет Осаму постепенно пустел. Темные пиджаки расходились. Оябун был назначен, а не выбран, как это делалось в большинстве кланов якудза, и не всем присутствовавшим в кабинете это нравилось. Но никто не решился открыто возразить Мамору.

На выходе из офисного здания, в котором находилась вся канцелярия клана, в том числе, кабинет Осаму, Хан с радостью заметил Самурая и Ниндзя, Якудза стол рядом с Акено. Он не стал выражать свои эмоции, только обменялся с друзьями взглядами и подумал, что почти все из того, к чему готовил его Якудза, исполнилось. "Времена меняются, - подумал Хан, - Мне предстоит вести войну стратегий, а не участвовать в уличных разборках. Я буду умнее и не подпущу предателя даже на расстояние мысли, кто бы он ни был. И я сделаю клан сильным. Никто не посмеет требовать от Такахаси подчинения".

***

Руководитель Приморской бригады триад Цзин Ши долго думал, стоит ли сообщать шо хай Пину об информации, которая дошла к нему через третьи руки. И решил сначала лично перепроверить все, а потом уже сообщить результаты старшему "брату".

До его сведения довели, что один из мелких торговцев наркотиков, русский, продающий его товар в Уссурийске, болтает много интересного. С его слов настоящий брат его был подменен в Китае на другого мальчика. Может быть, Ши оставил бы разговоры наркомана без внимания, но его отцом был майор милиции. Если майор действительно совершил преступление, провезя через границу чужого ребенка под видом своего сына, то это давало Ши надежду склонить майора к сотрудничеству угрозой шантажа.

Ши приказал привести к нему парня. Он долго с ним беседовал, пытаясь выведать как можно больше о его отце и делах двадцатилетней давности. Но парень не хотел говорить, пока ему не вкололи наркотик, развязывающей язык. Тогда Ши узнал довольно много интересного.

Ши приказал найти ему девушку по имени Ирина Моренюк, фиктивную жену лже-сына майора. Девушка сначала вела себя вызывающе, попросила много денег, чем очень рассмешила Ши. Но он не стал ее пугать, а пообещал, что она останется довольна вознаграждением, и тогда она рассказала, то, что он уже знал плюс то, что его уже не могло интересовать, потому что этот лже-сын уже утонул. Конечно, Ши не собирался платить жадной девчонке за утопленника, а потому отправил ее домой, предварительно запугав до полусмерти. Ши думает, что она осталась довольна наградой, ведь он подарил ей жизнь, а, значит, он свое обещание выполнил. Ши удовлетворенно хмыкнул. Потом он навел справки о человеке, упомянутом в рассказе девушки и наркомана. владельце спортивного клуба восточных единоборств в Уссурийске по имени Якудза и его жене. В день гибели главного героя событий эти люди исчезли из Уссурийска. Что из этого может быть важно "братьям" в головной организации?

Цзин Ши позвонил брату Вэй, и тот посоветовал ему рассказать все шо хай Пину. Он сделал это и тут же пожалел, что влез в эту историю. Пин орал в трубку о предательстве, тупоумии и лени Ши и всей его группировке в России. Ши сильно испугался и подумал, что находится на грани жизни и смерти. Но когда Пин распорядился выяснить, при каких обстоятельствах затонул теплоход, чем занимался Борис в свободное от учебы время и были ли у него еще какие-то близкие друзья, Ши немного взбодрился. О майоре он больше не думал. Ши не дурак, он сделал правильный вывод: парень, который утонул, для Пина гораздо важнее перспектив развития сети триад в Приморье.

Шо хай Пин был в бешенстве. Была бы его воля, он бы убил этого бестолкового Ши, который несколько лет работал поблизости от одного из наследников Кацуро и не знал этого. Пин был стар и любое нервное потрясение, похожее на то, которое он только что испытал, могло привести его к инсульту. Дело Кацуро было самым больным местом в его карьере. Двадцать пять лет назад, когда по требованию Ло он начал операцию по выдавливанию якудза из Китая, он мечтал стать советником "большого брата" Ло, но годы шли, и дело Такахаси превратилось для него в зубную боль. Он уже не мечтал о карьере. Если бы ему удалось завладеть собственностью Такахаси и уничтожить влияние его клана в регионе, он мог бы обеспечить себе почести и признание соответственно его богатству и больше не думать о будущем.

– Кругом дураки. Почему "желтый дракон" направляет в Россию только глупых и бездарных людей?
– рычал Пин, в глубине души понимая, что вина Ши лишь в том, что ему не была поставлена задача собирать конкретную информацию. Это он - многоопытный Пин - должен был первым подумать о том, что выжившие в атаке на виллу Такахаси якудза могли увезти и спрятать его сына. Как он мог поверить этой проститутке Сонг, что второй сын Кацуро, Дайсуке, мертв? Якудза вывезли его из Китая и спрятали в России.

Пин снял первый приступ ярости, накричав на Ши, и теперь мог рассуждать более продуктивно. Подозрительно простая смерть взрослого Дайсуке, который выжил в смертельном бою, будучи почти младенцем, ему не нравилась. Якудза, а, судя по описанию Ши, владельцем клуба восточных единоборств был именно он (странно, что он не изменил имени, скрываясь от триад), исчез вместе с женой в день смерти его воспитанника. Что-то подозрительное проглядывалось и во всех трагических событиях, следующих друг за другом: Дайсуке срочно женится и тут же тонет вместе с теплоходом. Его жена спасается среди немногих пассажиров рейса, следующего по маршруту Россия-Япония. Может быть, это случайность, а, может быть, проявление сострадания - Дайсуке пожалел ни в чем не повинную девушку и обеспечил ее спасение. А сам... А если он тоже жив? И кораблекрушение - хорошо разыгранный сценарий, то у Пина гарантировано будут неприятности от "большого брата" Ло?