Никто не узнает
Шрифт:
– Как будем отмечать твой день рождения? Юбилей все-таки.
– Он еще через месяц, – впервые за день улыбнулся Тимур.
– Так тем более надо строить планы.
– Не знаю. Напьемся шампанским и займемся сексом?
– Может, сходим куда-нибудь?
– Куда?
– В гей-клуб, например, потанцуем. Бывал в таком?
– Не-а. Пойдем. Только я танцевать не умею.
– Я помню, – хохотнул Руслан, вспомнив, как Тимур выплясывал пьяный на корпоративе.
Янышев знал, что мужчина намеренно переводит тему разговора, забалтывает его и был благодарен за это. Тяжесть, сковывающая грудь, начала постепенно отпускать. Он знал, что от Руслана он вряд ли так просто отделается, и подумает, что именно и в какой форме будет рассказывать о своих чудачествах и пристрастиях, но, главное, он понял, что разговор этот состоится не сегодня.
Солнце уже клонилось к горизонту, когда они встали из-за стола. Время для бесед давно прошло. В открытую балконную дверь начал проникать холодный воздух, поэтому ее решено было закрыть. В привычном режиме мужчины посетили душ и легли спать, но мысли снова возвращались к эпизоду в коридоре, заставляли задумываться, чувствовать неловкость. Как бы Тимур ни хотел, это не забудется, возможно, повторится снова, только в следующий раз он будет ко всему готов.
***
К концу мая уже установилась летняя погода. Балконная дверь и окна в спальне были всегда открыты и впускали в квартиру свежий воздух. В комнатах были и кондиционеры, но пользоваться ими пока не было смысла. У Тимура закончился краткосрочный отпуск и начались трудовые будни. На своем новом месте он окончательно обосновался и обзавелся личными вещами: эргономичной вертикальной мышью, кружкой, ежедневником и парой наушников. Его команда ему очень нравилась и не только потому, что не лезла в душу с расспросами и предложениями дружбы, но всегда приходила на помощь в работе. Их общение онлайн было легким и непринужденным. Родион не оставлял попыток пригласить парня куда-нибудь, был согласен даже на присутствие его любовника, но Тимур оставался непреклонным.
Руслан больше не пытался расспросить парня о его секретах, но карие глаза часто становились задумчивыми, иногда хитрыми и лукавыми. Он уже заказал столик на субботний вечер в честь дня рождения Тимура и явно что-то затевал кроме этого. Парню такое внимание льстило, но оставленные без ответов вопросы не давали покоя. Избавиться от косметики он все же не смог, но пользоваться ею было совершенно некогда, и это только радовало. Через две недели после казуса в коридоре Нотман так и не начал щекотливый разговор, и Тимур мог позволить себе дышать более свободно, надеясь, что он и вовсе не состоится.
Возвращаясь очередным весенним вечером домой, он сидел в забитой до отказа маршрутке и думал о том, что в его жизни, наконец, все стабильно, гармонично и реально. Он стал меньше разговаривать сам с собой, даже мысленно, перестал прятаться за спинами толпы и опускать глаза. Прошли все страхи и неуверенность. И его обновленный гардероб ощутил на себе перемены в лице новых узких джинсов с дырками, кожаной куртки и футболок с кричащими надписями. Руслан снова задерживался на работе, однако несколько раз позвонил узнать, где находится Тимур. Подобное проявление заботы не могло не радовать. Уже подъезжая к дому, парень получил смс с просьбой купить вина или пива. Янышев выбрал последнее. Оно ему пришлось по душе. Зря он раньше был так категоричен к этому пузырящемуся напитку. Вечер обещал быть расслабляющим.
Дома он распаковал продукты и закинул пиво в холодильник, думая, что неплохо бы завести какого-нибудь питомца, чтобы разбавлял их общество. Можно было попросить кота в качестве подарка на день рождения. Мысли Тимура прервал звук открывающейся двери. Он улыбнулся и вышел встречать своего трудоголика в коридор. Руслан улыбнулся парню в ответ и протянул большой бумажный пакет:
– Это тебе. Только не открывай пока.
– А когда можно будет? – принял пакет Тимур, увидев внутри белую коробку.
– Когда я разденусь и выпью чего-нибудь холодненького.
Мужчины прошли в кухню, где Руслан тут же открыл холодильник и схватил бутылку пива. Тимур водрузил пакет на барную стойку и замер, ожидая, когда любовник напьется. В груди все сжималось в радостном предвкушении. Оказалось, что Тимур очень любит подарки, особенно без повода.
– В честь чего подарок? – решил уточнить Янышев.
– Это подготовительная часть для твоего дня рождения, – ответил Руслан, переводя дыхание.
– Что ты имеешь в виду? Мой подарок будет из нескольких частей?
– Не совсем. Это и подарком назвать сложно. Просто я хочу, чтобы ты кое-что сделал для нас. Можешь открывать. Только не нервничай, ладно?
После этих слов Тимур перестал улыбаться и посмотрел на коробку с подозрением. Руслан явно нервничал и это был плохой знак. Сердце застучало быстрее, а по телу прошла легкая дрожь. Парень сжал губы и решительно извлек коробку. Никаких ленточек и надписей на ней не было, крышка легко открылась, а внутри на атласной подложке лежал комплект кружевного женского белья с чулками. Голова Тимура закружилась от нехватки воздуха, перед глазами все поплыло, щеки опалило жаром. Он отбросил коробку в сторону, словно ядовитую змею, и требовательно спросил, чувствуя, как нутро наполняет злость:
– Что это такое?!
– Тима, не нервничай, – поднял руки Руслан.
– Ты решил надо мной поиздеваться?!
– Нет. Выслушай меня!
– Я же просил не вспоминать об этом! Я же просил тебя! – закричал Тимур, ощущая влагу на своих щеках.
– Успокойся и послушай меня, – встряхнул парня Нотман, чтобы он прекратил истерику. – Ты от себя никуда не убежишь, как бы ни старался. Но зачем бежать, если ты этого не хочешь? Я ведь не осуждаю тебя и не потешаюсь, и принимаю каким есть. Почему ты этого сделать не можешь?
– Мне стыдно, – всхлипнул парень и спрятался на мужской груди.
– Я нашел твой пеньюар, – зачем-то сказал Руслан, заставив парня зарыдать в голос. – Неужели ты думал, что я никогда об этом не узнаю? Неужели самому не хотелось мне все рассказать?
– Нет и нет, – мотал головой Тимур. – Это все ужасно.
– А вот мне почему-то кажется, что тебе все это очень идет. И я хотел бы увидеть тебя… в этом образе.
– Я не смогу.
– Почему?
– Ты уйдешь от меня.
– Детка, я буду любить тебя в любом обличье. Неужели ты думаешь, что у меня есть какие-то предрассудки?
– Что? – поднял на него зареванное лицо Тимур.
– Я говорю, что приму тебя любым, со всеми недостатками и причудами.
– Нет, ты говорил что-то про любовь.
Руслан смотрел в зеленые глаза напротив, которые сейчас походили на сочную траву после дождя и не мог скрыть улыбки. В его объятиях было маленькое чудо, которое он по глупости чуть не упустил. Хорошо, что оно досталось ему.
– Люблю тебя, – уверенно повторил Нотман.
– Правда?
– Правда.
На этот раз их объятия стали не утешающими, а радостными. Все слезы иссякли, уступив место улыбкам. Но белая коробка никуда не исчезла со стола и снова привлекла внимание Тимура:
– Ты хочешь, чтобы я это надел под одежду в свой день рождения?
– Нет, не только это, – загадочно проговорил Руслан.
– А что еще? – По мере того, как до Янышева доходил замысел любовника, его глаза сильнее увеличивались в размере. – Ты хочешь, чтобы я полностью переоделся и в этом виде куда-то пошел? – оттолкнув Нотмана от себя, парень заходил по комнате. – Ты спятил?! Я даже наедине с собой не смогу этого сделать, а ты мне в клуб предлагаешь идти?!
– Порепетируем дома.