Чтение онлайн

– Слезь с меня!

– А если я не хочу?

Хрипотца в голосе и полуулыбка. И почему он столь красив?

– Зато я хочу!

– Давай сначала сделаем то, чего я хочу, а потом, так уж и быть, выполню твое желание и слезу.

Он наклонился в попытке поцелуя. Я отвернула голову, и поцелуй пришелся мне в ухо. От этого он мне казался еще опаснее, еще чувствительнее. А когда взял зубами за мочку уха и слегка потянул, меня пробрала дрожь. Я открыла рот и просто глотала воздух, как рыба, выброшенная на берег. Глубокими вдохами пыталась заглушить стоны, рвущиеся их груди.

– Давай, не ломайся, ты же хочешь. Тем более, сейчас это необходимость.

А вот после этой фразы, чувство возбуждения как-то остыло, правда, спустя несколько минут, когда до меня все же дошел смысл сказанного.

– Что!

Я уперлась руками ему в плечи, пытаясь оттолкнуть. Но это, то же самое, что попытаться сдвинуть гору с места. Одним словом – безрезультатно.

– Я вижу, твое желание, да и слышу его аромат в воздухе. Нет смысла отрицать.

Я покраснела. Да и правда, отнекиваться не было смысла. Я была полностью мокрая в нужном месте. Но все же:

– Что… Что за необходимость?

– Нам нужно скрепить брак.

– Какой брак?

– Наш брак, Наташа. Наш. И для его скрепления нужен физический контакт. У вас, ведь, тоже так принято.

Так. Стоп! А вот теперь все бушевавшее в крови возбуждение уже реально остыло. Хотелось встать и отойти от него подальше. Вот когда я не знала, что для него это только скрепление брака, мне как-то приятней было, находится в его объятиях. Он меня, конечно не отпустил. Не очень приятно, лежа с голой грудью перед мужчиной, что-то ему доказывать. Да и не убедительно тоже. Захотелось прикрыться. Попыталась запахнуть на груди полы блузки, но одна из них была прижата его рукой к постели. В итоге просто закрыла руками вершины своих холмов.

Он посмотрел на это все скептически и уже хотел что-то сказать по этому поводу но я решила не уводить разговор в сторону.

– Какая разница, что принято у нас. Я за тебя замуж не выходила.

– У вас есть правило - «не знание закона не освобождает от ответственности». Так вот: не знание традиций моего народа не значит, что ты можешь их игнорировать. И по нашим законам и традициям ты вышла за меня замуж.

– Но когда?

– Я тебе сказал свое имя.

Он это сказал с такой интонацией, как будто я полная дура, если не знаю столь общеизвестных вещей.

– Ну и что? Мое имя вон знает весь универ, и они что, все мои мужья? И я тебе не говорила мое имя, ты сам его от кого-то узнал.

– У нас другие традиции. Тебя продавали по твоей воле. Я купил. Другого согласия с твоей стороны и не требуется.

– Что за идиотизм?

– Не идиотизм, а законы и традиции. У вас есть не менее абсурдные обычаи, как на мой взгляд.

Он начинал злиться - губы сжаты в тонкую полосу, глаза слегка прищурены. А что мне – я злюсь уже давно.

– Я с этим не согласна.

Попыталась опять из под него выбраться, но ни в какую.

– У тебя нет права голоса. Стала бы ты по-другому моей женой, тогда бы да. А поскольку я тебя купил, ты теперь моя собственность. И это большая честь, что я решил сделать тебя своей женой.

– Да засунь ты себе эту честь, знаешь куда.

– Нет, уж лучше я засуну тебе, и все же окажу честь.

Он медленно наклонялся ко мне, а я все сильнее и сильнее пыталась вжаться в матрас.

– Верни меня обратно. Я ни на что не соглашалась.

У меня начиналась истерика. Вот никогда не знала, что это такое, а сейчас, боюсь, прочувствую это в полной мере.

Он ничего говорить больше не стал, просто наклонился и закрыл мне рот поцелуем. Я попыталась оттолкнуть, поджать впереди себя ноги хоть для какой-то защиты. Но куда уж мне с ним тягаться? В сравнении с его габаритами я просто былинка. Мои руки, царапающие его грудь, были пойманы и крепкой хваткой прижаты у меня же над головой. Другой рукой одним рывком он сдернул мои джинсы вместе с трусиками. И как у него это только получилось? Я сама эти джинсы одеваю и снимаю с трудом.

Блузка повторила путь джинсов. Правда, снимая ее, он не захотел отпускать мои руки и просто содрал ее отдельно от рукавов, а те остались болтаться на моих руках уродливыми тряпицами.

Его поцелуй был жестким, настырным, требовательным. Руки сжимали мою грудь, покручивали соски. Не больно и возможно даже приятно, но я сейчас этого не чувствовала. Я в истерике рвалась и отбивалась, дергаясь всем телом и возможно еще больше его возбуждая.

Коленом раздвинул мне ноги и уже голой возбужденной плотью терся об меня там. Не входил резко, просто слегка надавливал. Может это была попытка возбудить меня обратно, но она не помогала - меня все это до жути пугало. Я вырывалась и орала, не давая себе отчета в том, что говорю и как его обзываю.

Но все мои попытки были подавлены. Тело надежно прижато к постели его телом, а чужие большие руки меня исследовали во всех возможных местах. Его касания вызывали зуд, хотелось почесаться и стереть его следы всюду, где он успел коснуться.

Я попыталась отключиться от происходящего – не видеть, не знать, не чувствовать.

Но он хотел ответа, хотел моих стонов и вздохов, хотел видеть страсть в моих глазах, а я застыла. И только глаза, расширенные невероятно сильно, смотрели вверх, куда-то туда – сквозь него, даже не моргая, а по щекам ручьями бежали слезы.

Глава 8

Я не знаю, почему он остановился. Даже не помню, когда он это сделал. Просто почувствовала, что в какое-то время стало легче дышать.

Сейчас он лежал рядом, прикрыв наши обнаженные тела одеялом. Он прижал меня носом к своей груди, а сам целовал волосы у меня на макушке. Сильные руки гладили меня по вздрагивающим в немых рыданиях плечам. И это успокаивало. Как не странно это звучит, но он был моим успокоением, хоть сам же и довел до этого состояния. Так в успокаивающих объятиях своего же обидчика я и уснула.

Сон постепенно покидал меня, но я никак не хотела выскальзывать из его нежных объятий. Снизу мягкие простыни, сбоку манящее тепло. Сколько себя помню, всегда ночью во сне сбрасываю одеяло, а под утро скручиваюсь клубочком, хоть как-то прячась от холода окружающей среды. И сейчас я жутко замерзла во все возможные места кроме правого бока и полоски на животе. Инстинктивно придвинулась ближе к этому источнику тепла, а потом и вовсе повернулась к нему спиной, прижимаясь как можно сильней. Как хорошо! Выискивая самое удобное положение, я поерзала несколько раз вниз вверх. И только я пристроилась лучшим образом, как этот самый источник тепла и удовольствия сам начал соваться. Лежал бы себе там тихонечко, а то ни как не могу уснуть от этого ерзания сзади.