Чтение онлайн

 Он смотрел на меня как-то скептически – с улыбкой. Я и сама себя осмотрела. Да, голая девушка, скачущая по постели – не очень убедительная картина. И как-то стыдно стало сразу – не за свои слова и поведения, а за наготу. Вот десять минут назад никакого смущения не ощущала, сейчас же, высматривала какую-то простыню, чтобы прикрыться.

* * *

– Я хотел с вами поговорить.

Молодой мужчина стоял у двери и переминался с ноги на ногу.

– Заходи. Слушаю тебя.

Он не знал как начать волновавший его разговор. Мялся. Глеб не торопил, дал время.

– Я вчера заметил специфический ген в хромосоме вашей жены. – Он попытался быстро исправиться. – Не то, что он был ненормальный, просто были видны явные на него влияния. То был всего лишь анализ потожировых следов, на стене после ее прикосновения. Я хотел бы полностью исследовать ее кровь. С вашего позволения, конечно.

– Что ты там увидел?- Глеб не стал даже повышать голос, но интонация заданного вопроса заставила мужчину собраться и уже возможно даже пожалеть о своем приходе сюда.

– В ее хромосоме я увидел один из генов волка, который был штучно введен вашим предкам. Эти гены не проявляли себя на протяжении нескольких сотен лет.

– Кто еще знает о твоем исследовании?

– Никто. Честное слово никто. Я бы никогда и ни чем не смог вас скомпрометировать. Вы спасли мою сестру от верной смерти.

– Я тебе верю, успокойся.

Глеб какое-то время молчал, глядя на цветущие, на клумбе нарциссы. Казалось, протяни руку и коснешься. Преграды в виде метровой непробиваемой стены даже не ощущалось.

Мужчина рядом уже порядком разнервничался. Глеб отчетливо слышал его повышенный пульс, который барабаном отбивал уже у него самого в голове.

– Я соглашусь на исследование, но при одном условии. – Сердце собеседника слегка замедлило удары, а потом снова погнало кровь с удвоенными усилиями. Так и до инфаркта недалеко. – Ты их будешь проводить здесь, у меня дома, совершенно секретно. Я организую лабораторию. Если ты согласен, начинаешь с завтрашнего дня. – Глеб учуял выброс гормона в его кровь, о чем сказал специфический аромат пота. Молодой человек испытал облегчение, и даже удовольствие. Слов, чего-то на подобии - «я согласен», уже и не требовалось.
– Для родителей на период исследований будешь недоступен – придумай им что-то правдоподобное.

– Да, да, конечно! Я все сделаю, как вы скажете. – Он хотел еще попросить для анализа кровь самого стража, но не решился. Ему и так позволили большее, чем то, на что он мог надеяться. Так стоит ли испытывать судьбу? Может потом, как-нибудь в другой раз.

Глава 10

Он смылся. Вот просто так взял и смылся. После того разговора, как ни в чем не бывало – оделся, развернулся и ушел. Как так можно?

«А поговорить?», как говорят женщины после секса, своему уснувшему любовнику. На этот раз он поступил как типичный мужчина – ушел от разговора. Хотя если честно ни на какой разговор я не рассчитывала. Мне нужна была сора – хотелось громко наорать, и желательно, чем-либо стукнуть его по башке. Вот скалки сейчас ой как не хватало. Да и он, как знал, что мысленно угрожаю самой развитой части его тела (тут, правда можно было поспорить, потому как некоторые другие части этого самого тела, визуально были развиты на все 100%) – удрал с глаз долой. Еще бы с сердца вон. Точнее с головы, потому как думать ни о чем другом кроме него – не могла.

Сижу в четырех стенах и грущу. Ну, ладно, не в четырех - стен здесь на много больше. Шикарный особняк, раньше о таком и мечтать несмела, а сейчас ничего не радует. Скитаюсь из комнаты в комнату, не зная чем заняться. А занятий, честно говоря, пруд пруди. Все на самого привередливого взыскателя. Хочешь, играй в компьютерные игры, пеки, шей, читай. Да он даже для меня что-то на подобии нашей интернет сети создал – лишь бы не скучала.

А я скучаю. И ловлю себя на мысли, что именно за ним скучаю. Если с утра хотела проломить чем-то ему голову, то сейчас, готова была просто поорать – без рукоприкладства – честно-честно. Вот жду не дождусь, чтобы пришел, а я в очередной раз стала бы на нем проверять остроту своего языка.

На глаза попалась какая-то красная блестящая штука, что-то в виде полусферы выпирающей из ровной поверхности стены. Оно было не очень большое – сантиметров десять в диаметре. У нас, таким образом, светильники вешают, но это был явно не светильник. Это как часть той же стены, просто слегка выпуклая и живая. Да – именно живая. Эта штука пульсировала, как сердце, ну, или динамик, от громкой музыки, только пульсация эта была замедленная - ели уловимая.

Рука сама поднялась, чтобы пальцем туда ткнуть, и проверить на ощупь, что же это такое. Как моя первая учительница говорила «ты еще языком лизни» - вот сейчас был именно такой случай. Но языком лизнуть я не решилась – выросла все-таки, а вот потрогать, жутко хотелось.

– Не стоит.

Я даже вздрогнула. Ни как не могу привыкнуть, что нахожусь постоянно в поле его зрения. И главное, сейчас он меня видит, и слышит, а сутра, сразу после ухода, все мои «лестные» эпитеты в его адрес не имели никакого отклика.

– О, да ты уже здесь!

– Я всегда здесь.

– Что же молчал, когда я так настойчиво с тобой хотела поговорить.

– Тебе нужно было выпустить пар, я понимаю.

Боже, какие мы понятливые! Что же он до сих пор не поймет, что находиться здесь я не желаю? Отпустил бы назад – домой, был бы так добр.

Вот это его все знание и все понимание до жути бесит. Ну, где же моя скалка? Сейчас начинаю понимать тех жен, которые встречают мужей со сковородкой. Я вот, как бы замужем всего два дня и иже готова его прибить, что же будет за несколько лет. Даже страшно заглядывать так далеко. Убегать нужно от сюда, убегать!

– Ты ни черта не понимаешь.

Ах, да, эта красная штука. Я подняла правую руку, и все тем же указательным пальчиком попыталась коснуться к этому чему-то непонятному.

– Не стоит.

– И почему, же?

– Потому, что я так сказал!

Угу, и он думает, что после этой фразы я его послушаюсь?

Если меня слегка и пугала эта штука вначале, и я хотела аккуратно и медленно ее изучать, то сейчас со всей силой скоростью и меткостью ткнула туда пальцем. А может здесь его сердце спрятано? А чему здесь удивляться? У нашего Кощея, оно вон, где было спрятано – на кончике иглы. Может, и этот уникал, свое, для красоты сюда всунул? Я перестала всему удивляться, еще тогда, когда он меня в тот портал толкал. Ну, не то, что удивляться, просто мое внутреннее понимание реальности расширило свои рамки. И вот, если это его сердце, я не просто ткну туда пальцем, я поковыряюсь там на славу!

– Ай!

Палец обожгло как огнем - весь, полностью. Я же с дурру со всей силы его туда ткнула, а там преграды никакой не оказалось. Дернула руку назад, как только почувствовала боль, но уже было поздно, палец горел. Не в буквальном смысле – с виду он ни чем не изменился, даже не покраснел. Но вот чувства никто не отменял. Я несколько секунд посмотрела на него и не нашла ничего лучшего, как прижать его к уху.

А сзади раздался хохот. Я оглянулась. И ведь знаю, что это с динамиков, и благодаря акустике появляется ощущение присутствия здесь самого человека, но все равно оглядываюсь.