Нимф
Шрифт:
Прежде чем завернуть за угол, я еще успел краем глаза увидеть, как с хрустом камнепада распрямляется сгорбленное тело старика и за его спиной открываются плотные кожистые крылья с шипами. Дед рядом с Петровичем, вдруг ставшим намного выше, смотрелся хрупким, легкомысленным мотыльком, надеюсь он знает что делает...
– Раз, два, три, - считала Хельга, стоя справа от очередной двери, чуть подавшись вперед всем телом. Слева такие же манипуляции под влиянием Михаила производил господин Льюи. Хакер временно валялся на полу, в позе эмбриона, сладко посапывая в гнезде из ремней сброшенной нами наконец-то переноски.
Персональные ключи двух сотрудников легко вошли в щель замка на счет три. Паралельно с этим, сканер считывал общее состояние входящих организмов. Провести в помещение под дулом оружия или под воздействием наркотических препаратов было невозможно.
Дверь бесшумно отъехала в сторону, и мы наконец оказались в нужном месте.
– Приводи его в чувство и пусть займется делом, - бросил я Михаилу. Очень хотелось вернуться и проверить, что там с дедом. Но я отбросил эти мысли. Потом. Все потом. Омелия не простит мне неудачи.
Хакер оправился быстро, внимательно осмотрел помещение со стеллажами, теряющимися где-то на оргомной высоте, и заявил, - ну вы пока ломайте, а я электронные носители подправлю, так подправлю, они у меня все не-землянами станут, начиная с Президента заканчивая последним уборщиком при министерствах.
– Ломать? Мы с Михаилом недоуменно переглянулись.
– Ну у вас же есть какой-то план как механически уничтожить резервные копии на дискетах?
– Удивился «гений» - вы же не думали, что информация хранится только в электронном виде?
Если честно, вот именно мы с Михаилом вообще об этом не думали.
План разрабатывали не мы. Мы всего лишь предложили способ проникновения сюда специалисту!
Хакер тем временем уже активно ковырялся во внутренностях странного агрегата размером с небольшой автобус.
– Все, нужные дискеты он вам достанет, а дальше уж вы сами, - он удовлетворенно похлопал ладонью по блестящему металлическому боку и махина зашевелилась, пришла в движение. Робот-каталогизатор двинул по кругу механической рукой и начал выхватывать тонкие прозрачные прямоугольники дискет со стеллажей, тут же вставляя их в специальный упаковочный ящик.
– Их надо повредить. Механически, - как умственно отсталым повторил хакер, - хоть гвоздем царапайте, хоть руками ломайте, главное меня минут пять не трогайте!
Ящики наполнялись. Мы грустили. Вынув одну из пластин, напряг пальцы. Тонкий на вид пластик гнулся неохотно.
– Мы останемся здесь навсегда. Состаримся и умрем своей смертью, но все сломать не успеем, - угрюмо заметил Михаил.
– Но как-то же они уничтожают ненужные и устаревшие данные?
– Льюи?
– Плазменный утилизатор в соседнем зале, - четко отрапортовал подопечный Михаила.
Дед вернулся когда наша бравая четверка укладывала на тележку последнюю партию ящиков с дискетами.
– Я тут помогу, а ты тащи юное дарование, пора покинуть это гостеприимное место.
Юное дарование в шлеме виртуальной реальности увлеченно тыкало воздух руками. На мои попытки прервать этот процесс, реагировало нецензурно и фразами: - «да-да, сейчас, только добавлю министру безопасности в родственники бабушку-кобольда и все!»
Поэтому шлем я просто стянул, применив грубую физическую силу.
– Гений, только тебя ждем. Ты данные удалил?
– Да! Там дел то на тридцать сек, - презрительно ухмыльнулся хакер.
– Так чего же ты помогать с дискетами не пришел?!
Дарование непонимающе нахмурилось, - а зачем? Это же скучно. Зато у нас теперь Президент квартерон. По четвертинке от четырех разных рас не-землян!
– Гордо заявил хакер и добавил задумчиво, - правда не уверен, что эти расы между собой вообще скрещиваться могут, я что пострашнее брал.
– Бегом на выход!
В этот момент, я как-то особенно остро, ощутил понимание истоков нервозности моей невесты.
Вот закончится все, улетим... и устрою ей отпуск! Никаких родственников, повстанцев, проблем и нервов. Только нежность и забота, здоровое питание, полноценный сон, расслабляющие массажи... и я во всем своем совершенстве. Ей понравится.
– Уходим, - прервал мои мечтания дед, - с Петровичем я договорился, мировой мужик, выпустит нас через личный выход.
Личным выходом чистокровного гаргула оказалась прямая вертикальная шахта и мы печально вздохнув, опять нацепили на себя осточертевшую сбрую переноски.
– Ты это, Петрович, отправлялся бы с нами? Новый чистый мир, куча не-людей с непойми какими генами, может и своих встретишь? А представляешь, они еще и скрещиваться начнут? Как минимум это будет занимательно, - трогательно агитировал дед нового друга.
Горгулий задумчиво почесал черным когтем щетинистый подбородок, - староват я уже.
– Да какие твои годы!
– Возмутился дед.
– Я тоже знаешь, не мальчик давно.
– А давайте вы свою занимательную беседу продолжите ужа на корабле?,- не выдержал я и в кои то веки меня послушались.
***
Омелия словно вернулась назад, в юность. В ту волшебную и страшную пору, когда каждый день приносил свежие, удивительные впечатления и необходимость в переосмыслении себя и своего места в этом большом мире.
Правда была в том, что с не свойственной ей нерешительностью, Омелия никак не могла понять, как ей относиться ко всем этим переменам. Толи радоваться, толи пугаться. И то и другое получалось не очень. Радоваться Омелия разучилась, а пугаться никогда не умела.
Встреча с большим и шумным семейством нифа произошла в теплой и дружественной обстановке. Излишне теплой и слишком дружественной.
Никогда еще Омелия не встречала столько прямолинейных и бесцеремонных людей собранных в одном месте. Ее и Элен трогали руками, расцеловывали троекратно в щеки, осыпали ворохом совершенно лишних, интимных подробностей из личной жизни и передавали по цепочке следующему, не менее дружелюбному родственнику.
И все это на фоне бурных сожалений о том, что последние лихорадочные приготовления к отбытию, не позволяют отметить появления новых членов в семье как следует.
Возмущение Элен, да и ее собственные неоднократно высказанные вслух напоминания, что согласия на брак она не давала, эти странные существа пропускали мимо ушей. Вот и сейчас...