Чтение онлайн

– Ну, чего загрустил, - потормошила его Нина.
– Есть одно предложение. Пойдём в МакДональдс!

Петька молча помотал головой. Нина остановилась:

– Есть другое предложение. Пойдём в итальянское кафе, где игровой автомат, помнишь?

– Не хочется. Мам, теперь у Филиппа будут проблемы, да?

– Я думаю, что проблемы будут у Ирины Борисовны, - усмехнулась Нина, вспомнив мамашу этого толстяка Филиппа.
– Слушай, Петька. Есть третье предложение. Поехали кататься на персональном трамвае!

Петька поднял голову, и глаза загорелись:

– На каком трамвае?

– Который повезёт только нас с тобой.

– А разве так бывает?

– Иногда. Очень редко. Один раз в жизни. 

Пробравшись через рыночную толпу, Михаил скинул оранжевый жилет, расстегнул синюю рабочую робу, и Воронин помог стянуть её, потому что роба была надета прямо поверх делового костюма.

– Гони к Белому Дому, - приказал Михаил, садясь в «мерседес».
– Министры ждать не любят. Кстати, как насчёт трамвая?

– Пока нет информации, - ответил Воронин.
– Но я держу процесс на контроле.

– Смотри, брат, двадцать часов московского времени - последний срок.

Воронин кивнул и посмотрел на часы.

Разговор с министрами был очень важным, как и любые другие разговоры, в которых участвовал Михаил Колесник. Но сегодня за всеми цифрами, процентами и коэффициентами постоянно просвечивал один и тот же вопрос - успеет ли. Воронин достать трамвай?

И, спускаясь по ступенькам Дома правительства, он сразу же спросил:

– С трамваем договорился?

– Михаил Анатольевич!
– замялся Воронин.
– Вы же всегда требуете прозрачности операций и законности сделок. Так я вам докладываю, вполне прозрачно. Если хотите, чтобы всё было законно, то трамвая нет…

– Что?
– Михаил остановился у машины.
– Ты сам-то понимаешь, что скатал?

– Нёт трамвая, - повторил Воронин.
– Депо категорически отказывается. Ни за какие деньги! Не выпустим, говорят, нельзя и всё

– С кем разговаривал?

– С главным инженером, с директором, с председателем профкома.

– Директор знает, что его парк обслуживается нашим банком?

– Всё он знает, - махнул рукой Воронин.
– И всё понимает. Но, это же, не таксопарк! Это трамваи, они по рельсам ходят. И если рельсы заняты, то трамваи стоят.

– Ты меня убиваешь.
– Колесник круто развернулся и зашагал обратно в Белый Дом.
– Хорошо, если Михалыч ещё сидит у министра…

– Да подождите, Михаил Анатольевич, - Воронин удержал его за локоть.
– Поехали. Рельсы рельсами, но мы-то не с рельсами договоримся, а с людьми. Поехали скорее.

– Куда?

– Как куда? В ближайший гастроном! Будет у нас трамвай. Только это очень непрозрачная и не очень законная будет сделка. Ничего, если так?

– А что делать, если эти бюрократы нам выбора не оставили?
– проворчал Колесник, садясь в машину.

– Вы со сторожами умеете договариваться? Я бы сам пошёл.
– Воронин потёр подбородок.
– Но все эти работяги думают, что я мент. Сам не знаю, почему. А у вас внешность располагающая. У вас получится. Вы, главное, начните, завяжите разговор, а мы поддержим.

– Давно я со сторожами не договаривался, - сказал Михаил.
– Лет тридцать. Когда последний раз арбузы с бахчи таскал. Да и тогда ведь не договорился, получил палкой по жопе. Ладно, попробуем.

Через полчаса его «мерседес» и два автомобиля охраны остановились у трамвайного парка.

Михаил вошёл в проходную. Сторож, лежавший на диване, растерянно поднял голову:

– Вы, это, к кому?

– Здорово, хозяин, - Колесник по-хозяйски уселся на единственный стул.

– И ты будь здоров, коли не шутишь, - сторож сел, продев ноги в разношенные кеды.

– Да какие тут шутки. Трамвай нужен.

– Да-а… у всех свои проблемы. Купить, что ль, хочешь? Это тогда к начальству.

– Зачем купить. Нет. Взять напрокат. Часика на два, не больше.

– Это к начальству, - солидно повторил сторож и закурил папиросу.

– Начальство – это ты, - показал на него пальцем Михаил.
– Ты - ночной директор. Дай трамвай на два часа.

– Нельзя.

– Почему? У тебя есть инструкция. Разве там написано: «Давать трамвай напрокат запрещается»?

– Такого, конечно, нет…

– Литр «Немирова». Два литра. Три. Четыре литра.

Сторож закашлялся, поперхнувшись дымом.

– Ящик, - твёрдо сказал Михаил, вставая со стула.
– Закусь моя. Воронин, заноси продукт.

В сторожку бесшумно ворвались двое телохранителей с пакетами. Сторож встал. На столе перед ним появились банки с огурцами и помидорами, колбаса, хлеб, зелёный лук, пакет с солёной капустой. Сторож сел. Телохранители испарились, а в сторожку вошёл Воронин с коробкой водки «Немиров».

– Та самая?
– севшим голосом спросил сторож.
– С перчиком?

– Та самая, с перчиком, - подтвердил Михаил.
– Ну что, брат? Возьму я трамвай? На два часа, не больше.

– Только на два часа, - откашлявшись, просипел сторож и быстро запихнул коробку с водкой под диван. – Так… Я посплю пару часиков… Номер три ноля пятнадцать. Проснусь, трамвая не будет, заявляю в угон.

– Ты постой, не засыпай так сразу, - вмешался Воронин.
– Ты покажи хоть, на какие там кнопки нажимать.

Сторож подозрительно глянул на него:

– Что, вас там, в Эм-Вэ-Дэ, Мэндэвэ, не учат трамваи водить?

Михаил расхохотался. А Воронин только руками развёл:

– Ну, что я говорил? Да не мент я, не мент! Это у меня рожа такая с рождения! 

Нина и Петька шли вдоль сквера, направляясь к трамвайной остановке, когда вдруг у них за спиной раздалась весёлая трель звонка.

Петька оглянулся первым и сказал: