Нищий и принцесса
Шрифт:
– Нажми, - шепчет опустошенно и смотрит мне в глаза так, что хочется взвыть, - Хочешь, я тебе помогу?
Он давит на мою руку сильней, чувствую, как лезвие довольно крепко упирается в него и начинаю паниковать еще сильней. Я не знаю на что способен этот сумасшедший! Это жутко романтично и больно одновременно. Пытаюсь высвободиться, но Скворец намного сильней. Потихоньку выкручиваю руку, ползу вверх по лезвию, зажимая острую часть в кулак, она впивается в мою кожу и неприятно ноет, добираюсь до кончика и с трудом протискиваю между ним и ребрами свой указательный палец.
– Перестань… Ты меня пугаешь...
– говорю еле слышно, - Давай просто остановимся…
Свободной ладонью скольжу по крепкому телу к его лицу, опускаю ее на щеку, подтягиваюсь вверх и целую в губы. Просто прижимаюсь к ним и замираю. Скворец не двигается, я чувствуя его дыхание на своей коже, в груди дико печет и хочется на него наброситься, но я только робко целую его еще раз и снова не отрываюсь. На вкус его губы точно такие же, как раньше… Я так скучаю… Мне так страшно его спугнуть… Он ослабляет хватку, я разжимаю ладонь и нож падает на пол. Его вторая рука все еще на моей шее, но больше он ее не держит, скорее касается.
Я в третий раз толкаюсь в него губами, на этот раз более настойчиво и влажно, но Скворец сразу же отклоняется назад, ведет пальцами вниз от шеи к моему животу и убирает руку, делает шаг и отворачивается в сторону. Мы молчим. Чувствую себя просто паршиво. Все просто валится сквозь пальцы, а я ничего не могу сделать.
– Зачем ты сюда залез?
– спрашиваю шепотом.
Сначала он никак не реагирует, смотрит под ноги, а потом лезет в джинсы, достает от туда веревку с ключом и одевает мне на шею, так и не смотря мне в глаза.
– Подарки не возвращают, Стелла… Ты можешь его выбросить, но не передаривать… - говорит холодно.
– Я просто подумала, что будет честнее отдать его новой любимой женщине… - отвечаю с горечью.
– Логично… Жаль я не могу вернуть твоему новому любимому мужчине Лавренову твою девственность. Или ты подарила мне взамен что-то другое? Я слабо помню…
– Каким же ты стал мудаком!
– я протискиваюсь вдоль него и отлетаю в другой угол, к подоконнику.
– Согласен… - говорит ехидно, делает пару шагов и встает рядом, - Уже придумала как будешь мстить за цветы?
– Сил нет. Заряд на исходе.
– Наверно, давненько не пила ни чьей крови, - он ядовито хмыкает, а потом протягивает мне запястье, - Подкрепись.
Смотрю на него искоса и морщусь, но он так и не убирает руку. Я отворачиваюсь, обнимаю себя и смотрю в окно, рассвет сегодня очень ясный.
– Как хочешь… - говорит суетливо, встает сзади, кладет горячие ладони мне на плечи, сначала замирает, а потом скользит ими вниз, два раза сжимает мое правое запястье, вскользь целует в затылок и выходит из комнаты.
Слышу удаляющиеся шаги, тереблю ключ, висящий на шее и закусываю губы, которые только что его целовали. Эх, Скворец, ты просто вынуждаешь меня попробовать встряхнуть тебя еще раз.
Часть 2. Глава 10
Скворец
Сегодня я вернулся к тренировкам. После всего, что произошло, в зал было возвращаться дико стыдно. А еще стыднее пропустить пару хороших ударов от новичков, не надо было столько бухать… А как не бухать? В сердце выжжено, как после пожара. Так и знал, что в итоге стану алкоголиком. Великий и непревзойденный Скворец! Куда там! Тряпка…
Я жалею, что плюнул ей в душу, не надо было. Плюнул много раз, так же как и она в мою. Ненависть к ней растет с каждым днем, но самое страшное, что она трансформируется. Я ненавижу ее за то, что не смотря на все то дерьмо, что она сделала, я уже не хочу ей вредить. Ненавижу за то, что она меня целует, а я хочу поцеловать ее в ответ. Она предательница и изменщица! А я ужасно по ней скучаю. Невыносимо просто… В моей голове и в моем сердце идет дикая, жестокая война, намного хуже, чем с сучарой.
Сейчас думаю, что если бы я не выкинул этот фокус с Лизой и не толкнул Стеллу нанести ответный удар, возможно я бы успокоился. А еще думаю о том, что не смогу себя уважать, если прощу ее. И снова ее ненавижу за то, что вообще допускаю такую возможность. Еще и ключ вернула… Никогда не поверю, что она приняла букет для Лизы за чистую монету. Перед ней тоже неудобно, позвонила мне такая счастливая, радовалась, что я решил к ней вернуться после той самой поездки на дачу, сказала, что ей вручили ключи от сердца и она тоже скучает. Пришлось говорить, что цветы не от меня, а вот ключ мой и я заберу его обратно. Но с ней хотя бы все честно, мы никогда не были ничем друг другу обязаны. Хотел вернуть ключ Стелле, незаметно бросить куда-нибудь в ее вещи, чтобы она не знала, но он все еще оставался у нее. Заодно посмотреть, как она спит, просто увидеть, чтобы она ничего мне не говорила и я ей ничего не говорил, потому что поток своего хамства я не могу контролировать. Не могу на нее смотреть, но все равно очень хочу увидеть. На этот раз я так тупо попался и мы снова поссорились. Но мне было приятно, что не смотря на весь пиз@ец, что между нами творится, когда она подумала, что в ее дом кто-то забрался, она написала именно мне, а не позвонила мужу или в полицию.
Зачем мы вообще все это наворотили? Я же хотел плюнуть на всё и отправить этот букет по адресу Стеллы, и записку диктовал для нее, но в последний момент психанул, опять вспомнил нашу последнюю встречу и слюни Лавренова на ее губах. Вспомнил, как мне было больно и больно до сих пор. Я вообще не понимаю, что я делаю. Раньше я был нормальным, а теперь какой? Как перетерпеть все, что со мной происходит? Это вообще вылечится когда-нибудь или от такой болезни лекарства еще не придумали?
Опять возвращаюсь домой заведенный и охреневаю прямо с порога. Моя входная дверь приоткрыта и сбоку видно, как с кишками выдран замок. Осторожно открываю дверь, вхожу внутрь, опускаю спортивную сумку на пол и прохожу в комнату, предвкушая увидеть погром. Только дома порядок. А на кровати сидит сучара и совершенно наглым видом грызет яблоко.
– Ты что тут делаешь?
– спрашиваю возмущено, но в душе радуюсь, что она здесь.
– Яблоко ем!
– она пружинит задницей на кровати.
– Да я понял, а что с дверью?
– Ну я, как ты, не умею, вызвала мастера, сказала, что ключ потеряла, - говорит равнодушно и смачно вгрызается зубами в зеленый фрукт.
– Зачем?
– я все еще ошарашено на нее смотрю.
– Подарочки тебе принесла! Ты же жаловался, что тебе, бедненькому, кроме девственности ничего не подарили!
Стелла поднимается с кровати, кладет огрызок на тумбу, хватает какую-то коробку и хлопает ее на журнальный столик.
– Итак, мы были вместе около пяти месяцев, постараюсь наверстать… - она коварно улыбается, - Ты садись, Скворец, у меня будет презентация.
С очень подозрительным выражением лица, я опускаюсь в кресло и наблюдаю, как Стелла, в своей лучшей сучьей форме, начинает копаться в коробке.
– С Днём народного единства, Скворец!
– она скалится, - Вместе мы тогда еще не были, но уже успели познакомиться. Лови!