Чтение онлайн

— Нет, — он лениво целовал мою грудь. Я держал глаза закрытыми, мой мозг был туманным ото сна, но руки поднимались вверх по его обнажённому телу. — Ты отдыхай.

Я расслабленно промычал. Его медленные поцелуи и прикосновения убаюкивали меня обратно в сон, и я приподнимался только время от времени, когда он гладил мой член. Это было идеальное утро. Идеальный способ проснуться.

В какой-то момент я почувствовал, как его пальцы обвились вокруг моих запястий. Я нахмурился, так как меня прочно охватил сон. Софи и Джоэль репетировали сценарий, но я знал, что это был сон, но почему я не мог двигать руками?

Затем мой член оказался в тепле и влаге, и Софи и Джоэль исчезли. Сон ушёл, а вместе с ним и путы сонливости. С моих губ сорвался хриплый стон. Джулиан был повсюду. Мне не пришлось говорить ему сходить за смазкой; он раздвинул мои ноги шире и начал дразнить меня влажным пальцем.

Я рефлекторно хотел провести руками по лицу, но не вышло. Это заставило меня довольно быстро открыть глаза, и я нахмурился и сонно моргнул.

— Какого чёрта? — я был связан. Буквально. Он использовал два моих галстука, чтобы привязать мои руки к раме кровати. — Обычно я предпочитаю кофе перед такими играми. Что происходит, малыш?

— Теперь можешь притихнуть, — казалось, Джулианом что-то движет. Что бы это ни было, это делало его суровее, более решительным и... диким? Было слишком рано, чтобы решать.

— Хорошо, — я немного потянул путы. Он проделал хорошую работу. Я никуда не денусь. — Я твой добровольный пленник.

Он фыркнул и мрачно усмехнулся, но не ответил. Было напряжение. Меня это немного сбило с толку, но затем его волшебные пальцы лишили меня рассудка. Наклонившись между моими разведёнными бёдрами, он заглотил мой член и протолкнул два пальца в мой зад.

Я простонал, снова уронив голову на подушку. Чёрт, это было приятное жжение. Третий палец добавил ещё больше, и я пустил всё на самотёк. Сегодня утром главным был явно он. Я жаловаться не собирался.

Мой пресс напрягся, когда он перевернул пальцы, чтобы коснуться моей простаты. Я невольно дёрнул бёдрами. Когда я попросил большего, он на меня шикнул. Что было... Чертовски. Сексуально.

Я покраснел от жара. В голове всё плыло, картинки кружились, в мыслях были одни вопросы. Он заставит меня умолять? Наверное, я мог бы на это пойти. Это будет в новинку.

— Чёрт, — я вздрогнул, сжимаясь вокруг его пальцев. Возбуждение сочилось из моего члена, и восторг разрывал меня быстрыми вспышками огня.

Он задал ритм, заставляя меня затаить дыхание. Я начал задыхаться. Схватившись за свои путы, я использовал их как рычаг, двигаясь навстречу толчкам Джулиана. У меня болели яйца, мышцы напрягались, и когда оргазм подбирался близко, он останавливался.

Как и сейчас.

— Джулиан! — прорычал я.

На его лице была эта мрачная улыбка, когда он достал пальцы и потянулся за смазкой.

— Я принял решение раньше, — то, как он смазывал свой член, одновременно сбивало с толку и наполняло рот слюной. Это было невероятно горячо, но почему он...? — Не переживай, — сказал он и смерил меня взглядом, — после этого я с тобой посоветуюсь.

— Чт... — вот чёрт. Воспоминания быстро вернулись.

Джулиан прильнул ближе и провёл головкой своего члена по моей заднице.

— Ты знаешь.

Он кивнул.

— Мне пришло сообщение, когда я проснулся: «Не забудь сказать своему дяде, что мы определённо не примем его билеты или его приглашение навестить вас во Франции».

Чёрт, чёрт, чёрт.

Несмотря на тот факт, что мои руки были связаны, я мог его остановить. Его взгляд было практически сложнее сломать, но я не ломался тоже. Я смотрел в ответ, странно заведённый огнём в его глазах, который несомненно зажигала злость.

— Прос...

— Заткнись, Ноа, — склонившись надо мной, он устроился удобнее и слегка толкнулся.

Моя челюсть напряглась. Его лицо было рядом с моим, и я мог сказать, что он наблюдает за моей реакцией. Я втянул воздух сквозь сжатые зубы, когда он медленно вошёл в меня.

Чёрт возьми, к этому придётся немного привыкнуть. Я изо всех сил старался упереться и расслабиться, а он решил сорвать пластырь и толкнулся в меня полностью.

— Вот чёрт, — простонал он. Когда его лоб столкнулся с моим плечом, я закрыл глаза и дышал сквозь жар. — Чёрт возьми, любимый.

Удовольствие и голод, пропитавшие его голос, зажигали совсем другой огонь. Его горячее дыхание быстрыми вздохами касалось моей шеи и посылало дрожь по моему телу. Мне нужно было к нему прикоснуться.

— Развяжи меня, — выдавил я.

Он быстро поднял голову, с расширенными от беспокойства глазами.

— Т-ты в порядке?

— В порядке, — я легко его поцеловал. — Но я хочу освободить руки.

Его злость на мгновение исчезла. Он потянулся к моему левому запястью и быстро его отвязал, а затем взялся за правое.

Получив свободу, я скользнул руками вниз по его спине, пока не ухватился за его задницу. Крепко. И притянул его глубже внутрь себя. Его глаза снова расширились, и на этот раз было легче проглотить боль. Джулиан содрогнулся, его щёки покраснели от желания.

Господи боже, он был потрясающим. Я убрал с его лица локон волос. Злость осталась вдали, так что, может быть, он хранил её на потом. Может, он на мгновение о ней забыл. В любом случае, у него закончилось и желание всем управлять. Так что это было за мной.

— Трахни меня, — я приподнял голову и глубоко его поцеловал. — Давай, малыш. Я хочу этого, — и я хотел. Жар исчезал, оставляя больше места для удовольствия. И было приятнее брать контроль на себя.

Активность и пассивность не зависели от того, кто кого трахает. Дело было в этом. Я брал принятие решений на себя в моменты, которые были только нашими. Он отдавал это, доверяя мне достаточно, чтобы позволить решать за него.

Крепко держа его одной рукой за зад, я использовал вторую, чтобы погладить его по щеке. Он мгновение смотрел мне в глаза, и после моего кивка снова начал двигаться. Он медленно достал член, затем толкнулся внутрь. Я простонал, когда боль смешалась с настойчивым блаженством, а затем вздохнул в поцелуй, когда он обхватил пальцами мой член.

Ему не потребовалось много времени, чтобы снова меня возбудить.

Учитывая, что он уже потерялся во мне, я полностью сосредоточился на нём. Я пробовал его вкус на своём языке, хватал его, гладил каждый дюйм, до которого мог дотянуться, двигался навстречу его толчкам и плевал на собственный оргазм. Это было второстепенно.