Ночь, которая изменит все
Шрифт:
Офицер Клейборн смотрит на нас стальным злобным взглядом. Он тут бессилен, хотя ему, уверена, больше всего на свете хочется отвезти нас в полицейский участок.
— Девушки, вас подвезти куда-нибудь? — спрашивает он.
— Нет, все в порядке, — отвечает Марисса. — Моя машина на улице, так что…
Мы идем на выход и уже почти вышли на улицу. Буквально в двух шагах от заветной свободы происходит это. Марисса на своих невероятно высоких и совершенно неудобных каблуках поскальзывается на натертым воском полу и плюхается на задницу, растопырив ноги. Из-под ее юбки выпадает пакетик с марихуаной, приземлившись прямо перед офицером Клейборном.
Его дал Джеремайя. Ну, не совсем дал. По всей видимости, Марисса украла это у него, пока они были вместе, чтобы оставить себе что-то, принадлежащее ему, из-за чего позже он захочет ее найти. Думаю, кража наркотиков у парня — это своего рода современный эквивалент «забыть что-нибудь в его доме, чтобы потом иметь повод позвонить ему».
В любом случае, трудно было выяснить подробности прямо перед офицером Клейборном и семейством Твил. Я все время твердила, чтобы Марисса промолчала, поскольку не хотела, чтобы она выдала себя с потрохами, но та все болтала и болтала.
Наконец, офицер Клейборн посадил мою подругу в машину и сообщил, что отвезет ее в участок. Я почувствовала себя полнейшим ничтожеством и продолжала настаивать на том, чтобы поехать с ними, но по какой-то причине офицер Клейборн даже слушать об этом не хотел. Кэл не уставал повторять: «Элиза никогда бы не позволила, чтобы в наш дом принесли нелегальные наркотики. Я целиком и полностью, что она не знала об этом. Ей незачем попадать в такие неприятности из-за ошибки своей подруги!».
После офицер Клейборн заставил меня пообещать отогнать машину Мариссы к ее дому, и они уехали. Честно говоря, возможно, страшнее этого со мной в жизни ничего не случалось, и я даже представить себе не могу, через что сейчас проходит Марисса.
Как только полицейская машина скрывается из виду, я тут же стремглав бегу к Куперу и Клариссе.
— Ты забрала его? — спрашивает Купер с водительского места, заметив меня. Он закрывает книгу, которую читал, бросает ее на заднее сиденье и выходит из машины.
— Нет! — кричу я. — Нет, я НЕ забрала его! И если тебе интересно, почему, да потому что нас поймали родители Тайлера, а сейчас Мариссу ЗАБРАЛА ПОЛИЦИЯ, И ЕЕ, ВЕРОЯТНО, ПОСАДЯТ В ТЮРЬМУ ЗА ХРАНЕНИЕ НАРКОТИКОВ!!!
— Что?! — восклицает Купер.
— Где, черт возьми, Кларисса?
Нам нужно убраться от Купера подальше и попытаться выяснить, как вытащить Мариссу из тюрьмы. Если такое вообще возможно. Я ничего не знаю о том, как вытаскивать кого-то из тюрьмы. Так же не забываем про еще одну маленькую проблему: я должна выложить свои фотки на ЛузерыЛейнсборо. com.
— Эй, — зову я Купера. — А как вытащить кого-то из тюрьмы?
— Ну, зависит от того, почему он в тюрьме, — отвечает он. — Обычно требуется внести залог.
Великолепно. Я в полной заднице. На моем счету где-то шестьдесят баксов.
— Где Кларисса? — снова спрашиваю я, оглядываясь по сторонам.
И замечаю, что машины Мариссы нет. Она была припаркована за машиной Купера, а теперь ее нет. А потом я вспоминаю, что ключи у Клариссы. Я поворачиваюсь к нему.
— ГДЕ КЛАРИССА? — диким голосом верещу я.
— Она уехала, — нервно произносит Купер, будто бы боится, что я могу окончательно слететь с катушек.
— Она уехала? — Я не верю своим ушам. — Что значит «она уехала»?
— Она уехала, — повторяет он. — Я пытался остановить ее, но она просила передать, что очень жаль, но ей необходимо уехать. Случилось что-то срочное с ее кузиной Джейми, которую нужно подвезти. Она хотела написать тебе, но побоялась, что звонок телефона выдаст вас.
— Невероятно! — восклицаю я. Хватаю телефон и набираю Клариссу. — И ты просто взял и позволил ей уехать?
— Я же сказал, что не смог остановить ее, — говорит Купер. — Клянусь, я пытался, но она продолжала настаивать, что это ненадолго.
Он опирается на машину, скрестив на груди руки.
— В ней метр с кепкой, — упрекаю я. — Мог бы и остановить ее.
— Тебе бы хотелось, чтобы я заставил ее остаться насильно?
— Не насильно, а своими обворожительными речами. Ты можешь очаровать любого, а когда вопрос жизни и смерти, ты, Купер, НЕ МОЖЕШЬ НИЧЕГО!!! — снова кричу я, и мой голос эхом отдается по пустынной улице. Купер теперь очень нервничает. Видимо, боится, что я сейчас действительно сойду с ума.
Телефон вибрирует. Новое сообщение! Я яростно открываю его в надежде, что это Кларисса или Марисса. Но нет. Это Тайлер.
Он пишет:
«ОБНОВИЛ ТВОЮ СТРАНИЦУ НА ЛУЗЕРАХЛЕЙНСБОРО.COM, И ОКАЗАЛОСЬ, ЧТО ТАМ НИЧЕГО НЕТ. У ТЕБЯ НА ВСЕ ПРО ВСЕ ОДИН ЧАС ИЛИ Я ВЫКЛАДЫВАЮ СОДЕРЖАНИЕ БЛОКНОТА».
Бог ты мой. Ноги подкашиваются, а сердце бешено стучит, и я даже не понимаю, что безвольно оседаю. Прямо тут, посреди улицы. Ноги превращаются в спагетти, я падаю на землю и прячу лицо в ладонях. А потом начинаю плакать.
— Эй, эй, эй, — говорит Купер и присаживается на корточки рядом со мной. Секунду ничего не говорит, и звуки моих рыданий заполняют ночную тишину. В конце концов, он протягивает руку и поглаживает мне спину.
— Не надо, — молю я, но не пытаюсь остановить его. Это так приятно, да и я уже устала бороться с ним.
— Все будет хорошо, — успокаивает Купер.
— Все плохо, — всхлипываю я. — Одна моя лучшая подруга в тюрьме, другая пропала, а сама я должна свои полуголые фотки на ЛузерыЛейнсборо. com, и я просто… Я. Просто. Не. Могу.
Внезапно мысль о фотографиях становится совершенно и абсолютно невыносимой. Морально и физически я истощена. Мне просто хочется домой, свернуться в постели и больше никогда-никогда не покидать пределы своей комнаты.
— Вот и прекрасно. — Купер встает. — Ты права. Можешь не выкладывать. Серьезно, ты вообще можешь этого не делать. Просто скажешь Тайлеру «нет».
— Но тогда он выложит содержание блокнота в интернет, — шмыгаю я носом и вытираю его рукой. Фу.
— Ну и пусть выкладывает, — говорит он. — Пошел он на хрен.
Купер достает из кармана телефон.
— Что ты делаешь? — в панике спрашиваю я.
— Звоню ему, — отвечает он, — сказать, чтобы он заканчивал с этой хренью.
— Нет! — вскрикиваю я. Вырываю телефон из его руки и сбрасываю вызов. — Ты не будешь звонить Тайлеру!