Чтение онлайн

— И что будем делать? — задаю еще один вопрос, хотя наверняка они кажутся ему очень странными. Но я правда не понимаю! Как-то повезло мне за девятнадцать лет ни разу не застрять в лифте, у меня паника. Только и спасает то, что рядом огромный мужик. И даже если лифт оборвется и рухнет, я вполне смогу спастись, если просто упаду на него.

— Ждать помощь, хулиганье, просыпайся. Хватит грузиться. Восстановим мы твою студию, еще лучше прежней будет.

— “Мы”? — переспрашиваю, пока он достает телефон и что-то там ищет. — А вам то какая печаль? Моя же проблема. Вы и так очень помогли.

— Ну, ты наша соседка, а мы соседей в беде не бросаем, — хмыкает он, и я заказываю глаза. Супермены прям мне в сожители достались! — Алло, Дем? Мы тут в лифте застряли, пробей бригаду аварийную, вызови. А то у меня тут сеть херово ловит, не могу в интернет зайти. Ага. Давай, жду.

— Поможет?

— Конечно. Нам только ждать.

— А долго?

— Как повезет, — пожимает он плечами. И я только сейчас замечаю, что у нас до сих пор сцеплены руки. Но мне с ним так спокойно и ни капельки не страшно, что я не спешу ее убирать. — Хорошо еще, что свет не вырубился, — говорит он, и как назло свет тут же начинает мигать, и… и тухнет. Конечно. — Ну, или вырубился.

— Вот кто тебя просил, а? — рычу на него. — Я темноты побаиваюсь.

— Врубай фонарик на телефоне, у меня заряда мало, — говорит он, и я слушаюсь его. Достаю телефон, включаю фонарик и кладу его на пол, светом кверху. Немного, конечно, но освещает, в целом, все видно и не так страшно. — Романтика.

Данияр хмыкает, а я закатываю глаза. Точно. В старом убитом лифте без света и понимания, сколько нам тут придется сидеть. Как романтично!

— Если это романтика, то я совсем не романтичная натура, — хихикаю ему в ответ.

— А ты посмотри с другой стороны. Привлекательные парень и девушка в тесном помещении с частичным освещением… Сюда бы еще музыку и идеальный момент для танца и первого поцелуя.

— Ты танцуешь? — удивляюсь, стараясь не акцентировать внимание на фразе про поцелуй. Он же образно, да?

— Нет, конечно. Но звучит романтично, согласись.

— Самую малость, — все-таки соглашаюсь с ним и чувствую, как на губах цветет улыбка.

Вот разве так бывает? Огромный, пугающий, дерется! А пары слов хватило, чтобы я улыбнулась.

— Давай присядем, что ли, — говорит Дан, отпускает руку и садится прямо на пол, совершенно не заботясь о его чистоте. Ужас!

— Фу-фу, ты чего? Встань! Тут же люди ногами стоят, а мало ли, где они ими ходят…

— Ну, мне не сложно постирать джинсы. Садись. Дема написал, что лифтеров ждать не меньше часа.

— Сколько?! — схожу с ума от этой цифры. Серьезно? Час? Боже… А я есть уже хочу. За целый день и не поела нормально ни разу.

— Ага. Ты же не будешь весь час столбом стоять?

— Но на грязном полу сидеть еще более непривлекательно.

— Садись ко мне на колени.

— А?

— На ноги, говорю, садись мои. Тут чисто. Честно.

Пока я раздумываю над неожиданно поступившим предложением, Дан снова берет все в свои руки. За то время, что мы знакомы, я заметила, что он всегда так поступает. Его в целом чужое мнение не то чтобы интересует. Главное, что ему нравится, а остальное уже не его забота.

Поэтому он хватает меня за руку и тянет на себя. А силы в нем столько, что я даже не успеваю начать отпираться! Я просто подгибаю колени и через секунду уже оказываюсь сидящей на его бедрах.

— Спасибо, — пищу ему, потому что очень неловко…

Мне вообще и с одним, и со вторым мужчинами очень часто бывает неловко. Они постоянно ставят меня в такие ситуации, что я ни о чем, кроме пылающих щек, думать и не могу.

Свет телефонного фонарика светит как раз на наши лица. Он, правда, создает смешные тени из-за света снизу, но в целом это точно лучше, чем ничего.

Я сажусь чуть удобнее, хотя мне невозможно неловко ерзать на его коленях. Хотя, с другой стороны — он сам предложил! И даже не предложил, а совершенно нагло затащил меня на свои колени, даже не спросив, хочу ли я. Так что, пусть терпит.

— Ну, а теперь рассказывай, — внезапно говорит он. Смотрит прямо в глаза и я понимаю, что из-за такого положения наши лица катастрофически близко. Чувствую, как щеки заливает краской, но вряд ли после того, как я рыдала столько времени, что-то может стать хуже. Хуже уже просто некуда.

— Рассказывать что?

— Какого хрена ты с этим дрищем поперлась гулять? Не поверю, что он тебе понравился, у тебя не может быть такой херовый вкус.

— Спасибо за оценку моего вкуса, — ворчу на него.

— А что я не так сказал? Ну ты его видела вообще? Он тебе не подходит.

— А кто подходит?

— Кто-то явно выше и шире, чем швабра. И не такой нервный. И вообще нормальный мужик. Ты же охуенно выглядишь, хулиганка, какого хера тогда?

А?

Это он мне?

В своей манере, конечно, грубовато, но… Он серьезно, или это просто попытка успокоить после стресса?

Говорил, кажется, искренне… Просто это так неожиданно! И, чего врать-то, приятно. Мне никогда таких слов не говорили, все чаще как Миша. Что странная и все прочее. А внешность… Ну, она никогда выдающейся не была. Я всё еще уверена, что мне надо скинуть пару, а то и четыре лишних килограмм.

— Ты так считаешь? — вопрос срывается раньше, чем я успеваю уговорить себя не задавать его.

— Я не говорю то, о чем не думаю. Ты охуенная, хулиганка.

Я краснею. Пуще прежнего, и даже губу кусаю. Это такой неотесанный комплимент! Такой, какой, кажется, мне был очень нужен. Где-то там внутри на ноль целых и одну сотую у меня подросла вера в себя.

— Спасибо.

— Ну-ну, спасибо мало. Требую поцелуй.

Что он требует?

Поцелуй он требует, вот деловой какой. Прямо так я побежала и исполнила требование, а как же!

Сижу… на нем. Да. Сижу на нем и с недоумением смотрю в глаза, потому что что это еще за требования такие?

Но что-то мне подсказывает, что он не особо будет слушать мои протесты, поэтому решаю немного схитрить. Хватаю пальчиками его за подбородок, поворачиваю голову в сторону и чмокаю в щеку. Едва ощутимо, даже не по-детски, совсем уж невинно! Явно не так, как того требовал Данияр. Но мало ли, что он там требовал…