Ночь волчицы
Шрифт:
Бёли глубоко вздохнул. Уже который день королева вела себя очень странно. Она могла целыми часами молчать, а иногда было слышно ее бормотание, словно она вполголоса разговаривала с кем-то невидимым.
Бёли подошел и сел напротив.
— Вы меня звали, Ваше Величество? — спросил он, положив руки на золоченые подлокотники.
Но Амина не смотрела на него. Она уставилась в пол, казалось, не замечая его присутствия. Бёли молча ждал. С тех пор как королеву возвели в сан друида, она с каждым днем все больше была не в духе. Вначале Бёли опасался, что друиды займут его место подле государыни и что его роль при дворе утратит свою значимость, но теперь его волновало другое — неужели королева теряет рассудок?
— Дверь заперта? — не поднимая глаз, спросила Амина.
Бёли, хотя и знал это, все же повернулся проверить.
— Да, Ваше Величество, заперта.
— Вы сами ее заперли? — не унималась она.
— Нет, ее, уходя, запер слуга.
— Тогда я хочу, чтобы вы проверили, хорошо ли она заперта. Вас это не затруднит?
Бёли встал, подошел к двери, открыл и снова запер ее, стараясь шуметь, чтобы королева слышала.
Потом он снова уселся напротив.
— Теперь, Ваше Величество, она надежно заперта.
— Тем лучше.
Королева снова умолкла. Она сидела не шевелясь. По ее застывшему взгляду можно было подумать, что ее глаза никогда не мигают. Но Бёли не впервые видел ее такой. И теперь постарался справиться с волнением. Он пытался уверить себя, что все идет как обычно.
— Вы что-нибудь слышали об Алее, Бёли?
Советник выпрямился в кресле и судорожно глотнул:
— Да, конечно.
— Почему «конечно»? — удивилась королева, наконец подняв глаза на своего собеседника.
— Потому что о ней много говорят в королевстве, Ваше Величество…
Амина кивнула:
— Вы полагаете, что люди знают ее лучше, чем меня?
— Вы королева Галатии! — воскликнул он.
— Это не ответ, Бёли…
Советник кашлянул.
— Люди вас знают, им известно, что вы королева и первая друидесса, Ваше Величество, тогда как Алеа… ее никто толком не знает, это скорее легенда…
— Да. Может быть. Зато я ее знаю, — возразила Амина и снова опустила глаза.
Бёли промолчал. Он что-то слышал об этом — Алеа и Амина Салиа якобы выросли в одной деревне, — но никогда не придавал этому значения.
— Я была ее лучшей подругой. Мы были неразлучны, Бёли. Ближе, чем сестры-близнецы. Но вам этого не понять.
Она глубоко вздохнула.
Бёли сидел, опершись локтями на колени и подбородком на руки. Он смотрел на королеву. Пытался вызвать в себе сочувствие к ней. Он хотел бы ее понять. Она была так молода, но жизнь уже изуродовала ее душу. Королева и выглядела неважно, что соответствовало состоянию ее духа. Она больше не подвязывала свои длинные белокурые волосы. Иногда она не меняла платья по нескольку дней. Ее одежда измялась. А ведь она была такой утонченной. Грациозной. Приезжая во дворец Провиденции, она любила прогуливаться по балкону обнаженной, чтобы показать двору, как красива супруга короля. Бёли очень желал бы понять ее.
— Амина, — робко проговорил он. — Что с вами происходит?
Королева выпрямилась. Оперлась на спинку кресла и долго разглядывала Бёли.
— Сайман, — прошептала она наконец.
— Что?
— Друиды оказались правы…
Она закрыла глаза и глубоко вдохнула:
— Я не умею им управлять.
Когда все поужинали, а отряд из Сарбана присоединился к остальному войску и многие уже легли спать, чтобы завтра пораньше встать, Алеа отвела в сторонку Фингина, Тагора, Фарио и Эрвана.
— Я хочу этой ночью тайно сходить в Тарнею, чтобы посмотреть, что там творится, — торжественно объявила она. — Я давно собиралась сходить туда одна, не предупредив вас, но подумала, что если вы заметите мое отсутствие, то начнете беспокоиться. Поэтому яговорю вам об этом, может быть, кто-то захочет пойти со мной.
— Ты хочешь проследить за Данкрэ? — удивился Фингин. — Разве нельзя вместо тебя отправить кого-нибудь из солдат?
— Нет, Фингин. Для этого задания я подхожу лучше всех.
— Правда?
Алеа вздохнула. Обвела взглядом мужчин, окружавших ее. Ей совсем не хотелось спорить. И так уже постоянно ей приходится отстаивать собственные решения, а ее хотят оберегать всякий раз, как она эти решения принимает.
— Я ведь давно научилась обходиться одна, без армии, Фингин. И даже тайком следить за людьми мне приходилось, ты помнишь — под дверью Палаты Совета. И спастись мне тогда удалось…
— Понятно, — поморщился друид.
— Так вот, сегодня вечером я пойду в Тарнею. Спорить тут бессмысленно.
— Я пойду с тобой, сестренка, — вызвался Тагор.
— Я бы тоже хотел пойти, — тут же отозвался Эрван.
— Я знаю Тарнею, — вмешался капитан Фарио. — И могу провести тебя по городу.
Алеа засмеялась:
— Я так и знала! Вы все захотите пойти! Спасибо, друзья, но я думаю, что надо идти вдвоем…
— В таком случае, — решил Фингин, — действительно будет лучше, чтобы тебя сопровождал Фарио. Если он знает город, вы выиграете время.
Алеа кивнула:
— Собирайтесь, капитан.
Начальник стражи тут же ушел за своим снаряжением. Фингин и Тагор вернулись в лагерь, но Эрван остался с Алеей. Он взял девушку за руку.
— Наверно, не стоит просить тебя быть осторожней? — проговорил он ей на ухо.
— Очень даже стоит. Всегда приятно чувствовать, что за тебя кто-то волнуется…
— За тебя волнуются очень многие, Алеа!
Она улыбнулась и нежно поцеловала магистража в губы. Потом повернулась и пошла к Фарио. Она уже успела все обдумать.
Они постарались покинуть лагерь как можно незаметнее, не затем, чтобы спрятаться от Воинов Земли, а для того, чтобы их ухода не заметили шпионы, которые, возможно, за ними следили.
Оба оделись в черное, а лица слегка вымазали углем, чтобы затемнить кожу. Держа лошадей под уздцы, они сделали большой крюк с южной стороны, обходя место, где могли скрываться разведчики. Отойдя достаточно далеко, они сели верхом на крупных вороных жеребцов и поскакали к востоку, чтобы подъехать к столице с южной стороны.