ЖАНРЫ

Ночи безумные. Русская любовная лирика XIX века
Шрифт:

* * *

Она сидела на полу И груду писем разбирала И, как остывшую золу, Брала их в руки и бросала. Брала знакомые листы И чудно так на них глядела, Как души смотрят с высоты На ими брошенное тело… О, сколько жизни было тут, Невозвратимо пережитой! О, сколько горестных минут, Любви и радости убитой!.. Стоял я молча в стороне И пасть готов был на колени, — И страшно грустно стало мне, Как от присущей милой тени. <1858>

Накануне годовщины 4 августа 1864 г. [25]

Вот бреду я вдоль большой дороги В тихом свете гаснущего дня… Тяжело мне, замирают ноги… Друг мой милый, видишь ли меня? Всё темней, темнее над землею — Улетел последний отблеск дня… Вот тот мир, где жили мы с тобою, Ангел мой, ты видишь ли меня? Завтра день молитвы и печали, Завтра память рокового дня… Ангел мой, где б души ни витали, Ангел мой, ты видишь ли меня? 3 августа 1865

25

Посвящено памяти Е. А. Денисьевой.

К. Б. [26]

Я встретил вас – и все былое В отжившем сердце ожило; Я вспомнил время золотое — И сердцу стало так тепло… Как поздней осени порою Бывают дни, бывает час, Когда повеет вдруг весною И что-то встрепенется в нас, — Так, весь обвеян дуновеньем Тех лет душевной полноты, С давно забытым упоеньем Смотрю на милые черты… Как после вековой разлуки, Гляжу на вас, как бы во сне, — И вот – слышнее стали звуки, Не умолкавшие во мне… Тут не одно воспоминанье, Тут жизнь заговорила вновь, — И то же в вас очарованье, И та ж в душе моей любовь!… 26 июля 1870

26

Буквы, составляющие заглавие, по свидетельству Я.П. Полонского, обозначают: «Крюденер баронессе» (1810–1887).

* * * [27]

Все отнял у меня казнящий Бог: Здоровье, силу воли, воздух, сон, Одну тебя при мне оставил он, Чтоб я Ему еще молиться мог. 1873

Алексей Васильевич Кольцов

1809–1842

Приди ко мне

Приди ко мне, когда зефир Колышет рощами лениво, Когда и луг и степь – весь мир Оденется в покров сонливый. Приди ко мне, когда луна Из облак в облака ныряет Иль с неба чистого она Так пышно воды озлащает. Приди ко мне, когда весь я В любовны думы погружаюсь, Когда, красавица, тебя Нетерпеливо дожидаюсь. Приди ко мне, когда любовь Восторги пылкие рождает, Когда моя младая кровь Кипит, волнуется, играет. Приди ко мне: вдвойне с тобой Хочу я жизнью наслаждаться, Хочу к твоей груди младой Со всею страстию прижаться… 1829

27

Обращено к Эрн. Ф. Тютчевой.

Исступление

Увижу ль, увижу ль Красавицу я, — Заноет, забьется Сердечко в груди. Посмею ль, могу ли В сей жизни хоть раз Я милую эту Своею назвать? На груди лилейной В объятьях любви, Забывшись, навек бы Счастливец уснул. Скажите: пред нею Что можно сравнять? Прелестные очи, Как звезды, горят. По щечкам разлился Румянец зари; А кудри?.. а брови?.. Сравненья им нет! Как майское утро, Улыбка ее; Как живо, как стройно Созвучье речей. Ах, если бы, к счастью, Я был чародей: Неволей иль волей Была бы моей. Январь – апрель 1829

Терем

Там, где терем тот стоит, Я люблю всегда ходить Ночью тихой, ночью ясной, В благовонный май прекрасный! Чем же терем этот мил? Чем меня он так пленил? Он не пышный, он не новый, Он бревенчатый – дубовый! Ах, в том тереме простом Есть с раскрашенным окном Разубранная светлица! В ней живет душа-девица. Как-то встретился я с ней — Не свожу с тех пор очей; Красна ж девица не знает, По ком грудь моя вздыхает. Разрывайся, грудь моя! Буду суженым не я — Тот богатый, я без хаты — Целый мир мои палаты! Вещун-сердце говорит: «Жить тебе, детинке, жить Не с женою молодою — С чужой-дальней стороною…» 16 ноября 1829

Песня

Утратив то, что было мило, Напрасно вновь к себе зову; Напрасно тень подруги милой Хочу я видеть наяву. Теперь с тобой одно свиданье Какой ценою я б купил; Я за твое существованье Земною б жизнью заплатил! За нежный поцелуй, за встречу, За блеск приветливых очей, За жар любви, за звук речей Я б голову понес на сечу. Но нет, вовек не возвратить, Что было так душой любимо! Вовек и тень с страны незримой К призывам друга не слетит. О, лейтесь, лейтесь же ручьями, Горючи слезы, из очей! Без ней нет жизни меж людями — Нет сердцу радостей без ней. 26 мая 1830 Лебедянь

K N… [28]

Опять тоску, опять любовь В моей душе ты зародила И прежнее, былое вновь Приветным взором оживила. Ах! для чего мне пламенеть Любовью сердца безнадежной? Мой кроткий ангел, друг мой нежный, Не мой удел тобой владеть! Но я любим, любим тобою! О, для чего же нам судьбою Здесь не даны в удел благой, Назло надменности людской, Иль счастье, иль одна могила! Ты жизнь моя, моя ты сила!.. Горю огнем любви святым, Доверься ж, хоть на миг, моим Объятиям! Я не нарушу Священных клятв – их грудь хранит, И верь, страдальческую душу Преступное не тяготит… 19 июля 1830

28

Обращено к Елизавете Григорьевне Огарковой, воронежской знакомой поэта.

Первая любовь [29]

Что душу в юности пленило, Что сердце в первый раз Так пламенно, так нежно полюбило — И полюбило не на час, — То все я силюся предать забвенью, И сердцу пылкому и страстному томленью Хочу другую цель найтить, Хочу другое также полюбить! Напрасно все: тень прежней милой Нельзя забыть! Уснешь – непостижимой силой Она тихонько к ложу льнет, Печально руку мне дает, И сладкою мечтой вновь сердце очарует, И очи томные к моим очам прикует!.. И вновь любви приветный глас Я внемлю страждущей душою… Когда ж ударит час Забвенья о тебе, иль вечности с тобою?.. 21 августа 1830. Близ Мур-могилы

29

Посвящено Дуняше – дочери домашней прислуги Кольцовых, которую любил поэт.

Глаза

(Русская песня)

Погубили меня Твои черны глаза, В них огонь неземной Жарче солнца горит! Омрачитесь, глаза, Охладейте ко мне! Ваша радость, глаза, Не моя, не моя!.. Не глядите же так! О, не мучьте меня! В вас страшнее грозы Блещут искры любви. Нет, прогляньте, глаза, Загоритесь, глаза! И огнем неземным Сердце жгите мое! Мучьте жаждой любви! Я горю и в жару Бесконечно хочу Оживать, умирать, Чтобы, черны глаза, Вас с любовью встречать И опять и опять Горевать и страдать. 1835

Пора любви

Весною степь зеленая Цветами вся разубрана, Вся птичками летучими — Певучими полным-полна; Поют они и день и ночь. То песенки чудесные! Их слушает красавица И смысла в них не ведает, В душе своей не чувствует, Что песни те волшебные: В них сила есть любовная; Любовь – огонь; с огня – пожар… Не слушай их, красавица! Пока твой сон – сон девичий — Спокоен, тих до утра дня; Как раз беду наслушаешь: В цвету краса загубится, Лицо твое румяное Скорей платка износится. Стоит она, задумалась, Дыханьем чар овеяна; Запала в грудь любовь-тоска, Нейдет с души тяжелый вздох; Грудь белая волнуется, Что реченька глубокая — Песку со дна не выкинет; В лице огонь, в глазах туман… Смеркает степь; горит заря… Весной в реке, при месяце, Поит коня детинушка; Сам думает он думушку Про девицу заветную: «Четвертый год, как я люблю Меньшую дочь соседскую… Пойдешь за ней на улицу, Затеешь речь сторонкою — Так нет, куда! сидит, молчит… Пошлешь к отцу посвататься — Седой старик спесивится: – Нельзя никак – жди череда. Болит моя головушка, Щемит в груди ретивое, Печаль моя всесветная, Пришла беда незваная; Как с плеч свалить? – не знаю сам. И сила есть – да воли нет; Наружи клад – да взять нельзя, Заклял его обычай наш; Ходи, гляди, да мучайся, Толкуй с башкой порожнею… Возьму ж я ржи две четверти, Поеду ж я на мельницу; Про мельника слух носится, Что мастер он присушивать. Скажу ему: Иван Кузьмич! К тебе нужда есть кровная: Возьми с меня, что хочешь ты, Лишь сделай мне – по-своему». В селе весной, при месяце, Спокойно спит крещеный мир; Вдоль улицы наш молодец Идет сам-друг с соседкою, Промеж себя ведут они О чем-то речь хорошую. Дает он ей с руки кольцо — У ней берет себе в обмен; А не был он на мельнице, Иван Кузьмич не грешен тут. Ах, степь ты, степь зеленая, Вы, пташечки певучие, Разнежили вы девицу, Отбили хлеб у мельника. У вас весной присуха есть Сильней присух нашептанных… 1837
Поделиться с друзьями: