Чтение онлайн

Прочищая горло, я киваю. — Она была.

— Как она?

Я вздыхаю. — Я не знаю. Я была слишком занята тем, что грубила, — признаюсь я, остро осознавая, что действительно была более стервозной, чем обычно.

— Хорошо. Я хорошо тебя обучила, — говорит она с ухмылкой, и я изумленно смотрю на нее. — Что? То, что папа твердит все это: «Спокойствие и собранность», не означает, что я тоже этим живу, — добавляет она, на ее губах появляется усмешка, и я качаю головой.

— Она дала мне письмо.

— Это? — Она достает конверт из кармана плаща, и я киваю. — Ты хочешь его открыть?

— Нет, — отвечаю я, не сбиваясь с ритма.

— Достаточно справедливо. — Она убирает его обратно в карман, в дальнейших вопросах нет необходимости, и я молча благодарю ее за это. Ее большой палец поглаживает костяшки моих пальцев, когда она улыбается мне сверху вниз. — Ты кажешься… другой, — шепчет она, и я прикусываю нижнюю губу, когда киваю.

— Я и чувствую себя по-другому.

— Я не могу точно сказать, но я думаю, что академия меняет тебя. — Это мягко сказано, если я когда-либо слышала такое, и я не знаю, что я чувствую по этому поводу. — Что бы это ни было, я думаю, это тебе идет.

— Ты думаешь? — Тепло разливается по моему телу, когда я улыбаюсь ей, прежде чем мои брови поднимаются, а взгляд прищуривается к ней. — В тебе что-то изменилось.

Она драматично вздыхает. — Я думала, ты никогда не заметишь, — она перебрасывает волосы через плечо, хлопая ресницами.

Мое сердцебиение учащается, мой разум наконец-то обращает на это полное внимание сквозь туманное состояние, и тогда я замечаю это. Как я не заметила этого раньше, я, черт возьми, не знаю, но это сбивает меня с толку.

— Нора, как, черт возьми, ты сейчас стоишь на двух ногах? — Выпаливаю я, рыдание срывается с моих губ, когда я вскакиваю с кровати. Она хихикает, делая шаг назад, когда я падаю на пол рядом с ней. Дрожь пронзает меня от колен до бедер, но я игнорирую это, уставившись на сестру. — Нора, — хриплю я, слезы покрывают мои щеки, когда она кружится передо мной.

Кружится, блядь.

Моя сестра.

— Мне это подходит, правда?

— Нора, как? — Хрипло спрашиваю я, с благоговением наблюдая, как она танцует по комнате. Все это время она стояла рядом с моей кроватью, а я не обратила на нее достаточно внимания, чтобы понять.

Твою мать.

— Крилл, ну, его мать, но…

— Это сделал Крилл? — Я задыхаюсь, откидываясь назад. Я прислоняюсь спиной к краю кровати и закрываю веки, не в силах поверить в то, что вижу.

— Что происходит…Ты проснулась. — Голос моего отца целенаправленно доносится в комнату, и когда я нахожу его за раздвинутыми шторами, мягкая улыбка трогает его губы.

— Привет, — прохрипела я, и мгновение спустя рядом с ним появился Крилл.

— Август? — Он в замешательстве называет имя моего отца, но его взгляд устремлен на меня. — Принцесса. — Я никогда в жизни не слышала слов, полных такого облегчения. Я так много хочу сказать ему, но, кажется, не могу пошевелить своим чертовым языком. — Что ты делаешь на полу? Давай поднимем тебя, — настаивает он, сокращая расстояние между нами, прежде чем медленно уложить меня обратно на кровать.

— Адди, — бормочет отец, подходя к кровати с другой стороны.

— Папа, — прохрипела я, чувствуя облегчение оттого, что нахожусь в его присутствии. Возможно, я и не хотела приходить сюда, но теперь, когда я пришла, это лучшее место в мире.

— С тобой все в порядке?

— Бывало и лучше, — признаю я.

Он понимающе кивает. — Рад тебя видеть.

— Я тоже рада тебя видеть. Особенно Нору, — добавляю я, махнув рукой в ее сторону, когда слезы снова застилают мои глаза. — Ты это сделал? — Спрашиваю я, переключая свое внимание на Крилла, который нервно кивает, потирая затылок. — Спасибо.

Этого недостаточно. Этого никогда не будет достаточно, но это все, что у меня есть прямо сейчас.

— Не уделяй королеве драмы больше внимания, чем она уже получила. Ее эго больше не выдержит, — размышляет мой отец, вызывая вздох и смешок у Норы, которая сидит в ногах моей кровати.

— Как у тебя дела? — Спрашиваю я, наслаждаясь морщинками у его глаз, когда он улыбается мне.

— Хорошо. Действительно хорошо.

— У него есть подружка, — выпаливает Нора, в ее глазах пляшет веселье.

— Подружка? — Переспрашиваю я, в моем голосе явное удивление.

— У меня нет никакой подружки, — настаивает он, когда Крилл нетерпеливо кивает.

— Она заставляет его краснеть, — шепчет Нора, и я усмехаюсь, наблюдая, как мой отец краснеет при этом упоминании.

— Куда ты привел мою семью, Крилл? — Спрашиваю я, бросая на него многозначительный взгляд, но он понимает юмор и подмигивает.

Я никогда раньше не испытывала ничего подобного.

Столько любви, счастья и…надежды.

— В папе тоже кое-что изменилось, — заявляет Нора, указывая на него пальцем, и мужчина, о котором идет речь, медленно поворачивается.

— Твой камень… пропал.

— Какой камень? — Мой отец говорит с ухмылкой, пожимая плечами, когда снова поворачивается ко мне, и мои глаза сужаются.

— Не прикидывайся дурачком. Ты сказал, что камень нельзя достать, если только… — Мой взгляд расширяется, когда я поворачиваюсь обратно к Криллу, чей застенчивый вид только усиливается по мере того, как розовый оттенок окрашивает его щеки.

— Ты не просто дракон. Ты Дракон Аетернус.

38

АДРИАННА

K

рилл практически выбежал из комнаты, его румянец стал почти пунцовым, когда он извинился и ушел. Рядом со мной были папа и сестра, и я снова погрузилась в глубокий сон. Было спокойно, безмятежно и все, чего только можно пожелать. Мои обычные мучения в ту ночь, когда пострадала Нора, превратились в мимолетные моменты радости, когда я наблюдала, как она кружится и бегает по высоким цветам на лугу.

Это другая жизнь — та, которую мы никогда не вернем, но это не значит, что нет шанса на похожую, может быть, даже лучшую жизнь в будущем.

Это моя цель, мое предназначение, мое обещание. Себе и тем, кого я люблю.

Проснувшись снова, я обнаруживаю, что я одна. Когда я пытаюсь встать с кровати, на этот раз это получается намного легче. Твердо поставив ноги на пол, я осматриваю свой наряд. Белоснежное шелковое платье ниспадает к моим ногам, его удерживают тонкие бретельки. Это самая мягкая вещь, которую, по-моему, я когда-либо носила, и она для сна.