Чтение онлайн

– Но тогда ей достался выдающийся партнёр. Выяснили кто он?

– Да, довольно быстро. Это оказался мальчишка лет шестнадцати, который ходит на занятия целителей младших курсов как вольный слушатель. В основном, только на практические занятия.

Вот теперь ректор удивилась.

– Мальчишка шестнадцати лет?! Такое не всякий взрослый мужчина осилит, а уж чтобы мальчишка… Силы, возможно, и найдутся, но каждый раз доводить девушку до оргазма – это… нужен талант или нечто большее -она посидела в задумчивости –Нашли что-нибудь про подобный ритуал?

Данита отрицательно качнула головой.

– Никто не встречал даже намёка на что-то подобное. Скорее это всё выдумки парня, чтобы затащить Лини в постель.

– Выдумки? Такое можно было бы подумать, если бы девочка была красавицей с выдающимися формами, а вот тащить в постель худышку, а потом ещё месяц выкладывать все силы? Ради чего?

– Ну… может он извращенец, может у него вкусы такие.

– Можно и так подумать, но он пообещал хорошее тело, и Лини его получила. А уж усиление источника… Да за одно только это к нему большая часть наших студенток в очередь выстроятся и будут готовы исполнять любые капризы нового повелителя –ректор снова взяла листочки, сравнивая портреты, потом раздражённо оттолкнула их –Дурацкая ситуация. Мы знаем что произошло хотя бы внешне, но не можем ни спросить об этом мальчишку с девушкой, ни хоть как-то это озвучить, иначе тут такое начнётся… Ведь первым будет вопрос – а какие тела, в каком возрасте и как можно менять? Почему усилился источник? Может так эмоции и многочисленные оргазмы сказались, а если дело в чём-то другом? Мужчина обязательно должен быть магом или это могут быть обычные мужчины? Да и как проверить, что он сможет выдержать целый месяц таких утех? Маги почти наверняка откажутся, а нанимать простых мужчин просто ради постели? Да и кто из женщин сможет выдержать столько… удовольствий без последствий? Даже с этим надо разбираться, и очень осторожно –ректор вдруг стукнула ладонью по столу –Знаешь что, немедленно уничтожь все записи по этому делу. Не было ничего и мы об этом ничего не знаем. За этими двоими можно и понаблюдать, но очень осторожно и только издали. Если дело в чьей-то похоти или излишней возбудимости, то мы узнаем об этом, они обязательно себя проявят с другими партнёрами. Хотя… парень и так истратил свои силы на год вперёд, так что вряд ли он сможет повторить подобный опыт в ближайшее время. А вот Лини… Кстати, что из себя представляет парень?

– Приезжий, откуда-то из Ренарда. В деньгах не стеснён, но богача из себя не строит. Слабый маг воздуха. На него обратили внимание из-за скорости, с которой он читал книги по лекарскому делу и началам целительства, и декан факультета разрешила ему свободное посещение занятий младших курсов. Основы он знает достаточно хорошо, так что ходит, в основном, только на практические занятия. Декану он очень понравился, но парень сразу сказал, что целительство – это не его, и изучает только для личного употребления, на всякий случай.

– Целительство не его, и при этом он предлагает целительнице проверить какой-то древний ритуал?

– Пока мы знаем только то, что эти двое занимались плотскими утехами, которые описаны во всех подробностях. Магия и артефакты не использовались, так что обвинить его просто не в чем, а уж ритуалом они это называли или другое название придумали, это ненаказуемо. Если уж откровенно, то большая часть наших студентов и так являются кобелями в той ли иной степени, так что пацан на их фоне может выделиться разве что своими мужскими способностями. Лини, мне кажется, просто использовали как подходящее тело, а парень… Мы можем подозревать его в чём угодно, но он скажет, что хотел попользоваться Лини как женщиной, вот и придумал такой предлог. А уж что с ней стало после этого – так он знать ничего не знает. Да и как обвинить шестнадцатилетнего пацана в том, что он совратил и использовал почти выпускницу магической академии? Да за такое над нами будет смеяться всё королевство. И пригрозить отчислением мы не можем, потому что он ещё даже не поступил к нам в академию. Так что, наверное, лучше будет, если мы на какое-то время забудем об этом. Слухи утихнут, а Лини и пацан может как-то проявят себя.

– А если нет?

– Значит в секретном архиве появится запись о непонятном случае, с которым мы не смогли разобраться.

Очередная практика была в больничке при академии. Я вон два года отучился в академии Ренарда, но даже не задумывался, что целителям надо где-то и на ком-то тренироваться. И оказалось, что за забором местной академии, но очень близко, есть довольно большая больница, которую содержит академия. Слышал подобное про медицинские академии на Земле, но и здесь до этого додумались. Удобно ведь – тут тебе и морг, тут тебе и больные на любой вкус.

Целители ведь не сразу становятся светилами науки, они, как и все медики, проходят все стадии познания. Так что сначала теория, потом морг, в котором познают на практике строение и особенности человеческого тела. Затем начинались тренировки на живых. Целители – это ведь не только пассы руками, заклинания и магия. Основа у всех одинаковая – сначала анатомия, затем работа органов, потом основные болезни, их диагностика по внешним признакам, оказание первой помощи. Затем диагностика магическими заклинаниями, принятие решения о методах лечения. Опять же, это может быть что угодно – от наложения простейших шин, остановка кровотечений, использование настоек, трав, и до использования сложнейших заклинаний. Всё как и везде – восхождение от простейшего к сложному. А особенность этой больницы от других – что здесь кроме лицензированных магов лечением занимались и студенты, а это постоянный риск, что студент ошибётся. Тот же студент – будущий хирург, его ведь учат изо всех сил, но и у него может дрогнуть рука, надавить чуть сильнее, и вместо удаления простой опухоли можно повредить важный сосуд. От этого никто не застрахован, а у целителей всё гораздо хуже – проконтролировать студента, создающего лечебное заклинание, может только опытный маг целитель, но и он не всегда скажет в чём и как ошибся подопечный, и почему получился совсем не тот результат, который ожидался. Так что в больнице при академии было два вида пациентов. Первый – те, у кого не было денег на нормальных лекарей и целителей, и из-за этого готовых даже на то, что их будут лечить студенты. Разумеется, под присмотром преподавателей или местных врачей, но всё-таки лечить будут студенты. Скорее всего, вылечат или хотя бы облегчат состояние, но некоторый риск оставался. Ну и был ещё вид больных, которым в других местах помочь не смогли, и теперь вся надежда была на преподавателей, которые занимаются научной работой. И это снова риск. Для лечения могли использовать нечто нестандартное, могли попробовать создать новое заклинание под конкретную болячку, но человек ведь не машина, не механизм, заново не пересоберёшь, так что риск был очень даже реальный. Это всё и у наших медиков есть, а здесь ещё и магия присутствовала, которая тоже не всегда действовала так, как от неё ожидали. Впрочем, как и любое новое лекарство, которое надо проверять на сотнях и тысячах больных, прежде чем пускать его в производство. Обычно это делается на добровольцах, потом в определённых больницах. А в этой больнице получалось всё сразу – и студенты, и добровольцы, и эксперименты, и те, которым в других местах помочь не могли, и им терять было нечего.

Это всё я потом узнал, а на тот момент я знал только отдельный пристрой морга, где нам показывали как надо разбирать трупы на запчасти. Ну, мы и тренировались, потому что сначала нужно научиться аккуратно разбирать, а потом ещё более аккуратно собрать (хотя бы раны правильно зашить), а потом надеяться, что человек после твоего вмешательства поживёт ещё немного, а не умрёт непонятно от чего и почему. Вскрытие, конечно, покажет, но шрамы на душе были у многих целителей.

Ну а в тот день мы первый раз пришли на врачебную практику. Для начала просто обзорная экскурсия. Здание больницы было весьма большим, в плане напоминающее букву «С». Три этажа, с высокими потолками и просторными комнатами. Примерно так я представлял старые особняки, которые по необходимости отдавали под госпитали и больницы. На первом этаже административные отделы, склады и процедурные. На втором всё подряд – и палаты, и кабинеты врачей, и операционная. Палаты очень просторные, не меньше сорока квадратов, но и больных напихано выше всякой меры, и без какого либо разделения по болячкам. В одной палате могли лежать и с простудами, и с переломами, и с инфарктами, и с какой-нибудь язвой желудка, и вообще непонятно с чем. Единственное разделение – это на мужские и женские палаты.

Никаких белых халатов нам не выдавали, да и не было здесь такого понятия. В чём пришёл, в том и занимайся лечением. Единственное, когда занимались обработкой особо грязных пациентов или предполагалось много крови, то лекарь или целитель могли временно надеть фартуки.

Нас, студентов, пришло с десяток с третьего курса, и одна из целительниц водила нас по палатам, коротко объясняя что мы видим и как это надо правильно понимать. Иногда останавливалась у кого-то из больных, рассказывала с чем поступил, симптомы, диагноз, предполагаемое лечение. Частенько зрелище было не из приятных, всё-таки люди разных возрастов, сложения, социальных слоёв, но всех объединяло одно – боль и страдания. Я много чего повидал на дорогах за время своих путешествий, меня трудно чем-то удивить или смутить, но почему-то сегодня я чувствовал и боль, и страдания других людей особенно остро. И давящее ощущение боли накатывало на меня словно волнами, становясь всё сильнее, и меня даже стало подташнивать. Три палаты я ещё выдержал, а в четвёртой от вида самого обычного больного со сложным переломом ноги вдруг почувствовал, что меня сейчас стошнит. Рванул из палаты, успел сделать несколько шагов по коридору, и меня вывернуло наизнанку. Содрогаясь от рвотных позывов, постоял у стенки, а когда чуть отпустило, побрёл в конец коридора, где должен был быть туалет с раковиной. Там меня снова вывернуло, и я долго умывался и отплёвывался, пытаясь прийти в себя. Да что со мной происходит?! Съел что-то несвежее? Но сюда я пришёл совершенно здоровым, а тошнота началась во время обхода палат. Неужели я стал таким впечатлительным?! Но с чего вдруг?

Когда я немного пришёл в себя и вышел в коридор, там меня уже ждала госпожа Камли (руководитель наших практик). Оглядела меня и поманила рукой.

– Пойдём в кабинет, придёшь в себя.

Привела в небольшую комнату с несколькими столами, усадила на кушетку и сразу запустила диагностическое заклинание. Нахмурилась, запустила ещё одно. Ещё больше нахмурилась.

– Никаких отравлений или болезней я не вижу. Так что случилось? Рассказывай.

Так я и сам ничего не обнаружил в своём организме. Оставалось только вздохнуть.

– Я и сам не понимаю. После завтрака прошло почти три часа, пришёл сюда вполне здоровым, а вот когда пошли по палатам, мне как-то… становилось всё хуже и хуже, словно я начал чувствовать боль и страдания этих людей. Ну и в одной из палат мне стало совсем плохо, еле успел в коридор выскочить. Извините, что так получилось. Наверное, я сегодня был излишне впечатлительным.

Камли лишь отмахнулась

– То есть ты подходил к разным больным, у каждого чувствовал разную боль, а у последнего больного она стала слишком сильной?

Я вдруг задумался. Объяснение хорошее, но на самом деле было не так.

– Если оглянуться назад, –медленно произнёс я –то было по-другому. Ощущение боли и страдания накатывало, но как бы волнами, и с самими больными это было не очень связано. То есть рядом с ними я мог ничего не чувствовать, а потом мы шли, я ни на кого не смотрел или не видел, но волна боли накатывала всё сильнее. А в той палате стало совсем плохо.

– И как ты это объясняешь?

Я лишь пожал плечами.

– Никак. Со мной такое в первый раз. Как и любой другой человек, я могу по разным мелким признакам примерно представить что чувствует или что собирается делать человек напротив, но здесь было что-то другое. Просто боль без привязки к какому-то конкретному человеку.