Чтение онлайн

Машина трогается, дорога тут пустая и Саша мигом скрывается из поля зрения. Мне - назад, к беженцам.

Чуть не спотыкаюсь об Оганова. Он видно пришел в себя и как может, долбит по голове сбитого вторым Сашиным выстрелом парня куском асфальта. Руки слушаются плохо, удары получаются слабые. Тогда он бросает ком асфальта и со стоном переместившись чуть дальше подбирает брошенную полуметровую арматурину. Дальше мне становится тошно - он, наваливаясь всем весом, впихивает конец арматурины в глазницу недобитого азербайджанца. Получается не очень ловко, парень лежит ничком, а Оганов после избиения чуть жив..

–  'Брось его! Они сейчас вернуться' - пытаюсь схватить мстителя за шкирку и оттащить за собой, в конце концов, в 'Логане' большой салон. Он неожиданно ловко отмахивается арматурой и тяпает мне по голени. Уй, больно то как! Отскакиваю, а он опять начинает пихать в расковырянную уже глазницу железяку. Да ну тебя к черту, мстительный дурень! Он поднимает голову, и я удивляюсь яростной ненависти на окровавленной бледно-смуглой физиономии - 'Нэ мэшай, ему мозыг надо праткнут! Анны тут своей кровьу захлэбнутса!' Озираюсь - за многими окнами бледные человеческие лица. Все смотрят. Никто не вышел.

Ладно, не до твоих тут речей - сейчас общежитские перегруппируются, соберут толпень человек в 50, да оружных - и мне не уйти. И остальным тоже. А нам как раз надо уйти. Не корчили бы из себя горные орлы Властителей Вселенной - все были бы целы и живы. На хрена вот это было? На хрена? Гордость чесалась?

Две женщины, парень и куча почему-то багажа уже у подъезда. Не было же кучи, всего-то пара сумок…и еще пара сумок… и мой рюкзак! И вот она куча. И коробка этого компутерщика тут же! Ладно, отходим, отходим быстрее. Ружье - у Дарьи Ивановны. Обрез? Да и обрез с собой. Насколько позволяет весь этот бродячий цирк, двигаемся к точке рандеву. Медленно-то как! А что-то изменилось - не могу понять что… А! Пуделек не гавкает. Последнее время это было фоном для всей жизни - визгливый лай. Теперь эта мелочь семенит рядом, пытается что-то нюхать, но поводок тянет неотвратимо. Черт, времени столько прошло, а мы еще и до половины дома не добрались. Быстрее! Быстрее!

Уже легче - помойка нас закрыла. Оборачиваюсь - проезд вдоль дома пустой. Там где мы устроили засаду, сыплются стекла, орут и стреляют. Но орут как-то не воинственно, скорее испуганно. Вообще-то по тактике они бы должны группу с другой стороны дома отправить - в обход направить, нам в тыл… Тут радуюсь, что мы уже за помойкой - из-за угла дома выкатывается группа голов в пятнадцать сторонников лозунга 'Кито нЭ с намы - тот пад намы!' и шустрым галопом несется туда, откуда мы явились только что.

Успеваю перехватить поднимаемое Дарьей Ивановной ружье - нас не видели - Бог в помочь! Бегите ребята, вы еще успеете захватить Мир. Удачи, Брейны и Пинки, старайтесь! С такими боевыми навыками, гопота деревенская, вы тут много наворочаете.

Наша вторая спутница на грани обморока. Парень тоже чуть жив. Ну да - настоящий компьютерщик. В 'Линейке' небось, паладин или героический эльф, рубит врагов в капусту направо - налево - а тут веселуха куда как веселее…Кровь-то небось вживую впервые видел. Но рассиживаться нам некогда - сейчас иерои возьмут штурмом пустую квартиру и рассыплются по окрестностям. Двигаем дальше, но пройти далеко не успеваем - Саша сверкая свежеободранным боком осаживает железного коня рядом. Погрузка и посадка носит такой же истерический характер, как и погрузка продуктов ночью, но только это уже крупногабаритно. В итоге багажник забит под завязку, а пассажиров на заднем сидении не видно под горой вещей. Трогаемся задом, потом Саша не без изящества разворачивается на пятачке и пропрыгав по ямам внутриквартальных дорожек выскакиваем на Дунайский. Почти выскакиваем, потому что тут нам на капот кидается та самая 'Мисс Совершенство' но с уже квадратными от ужаса глазами. Машина суется носом - тормозит Саша от души. Деваха видимо утратила способность изъясняться членораздельно, от ее высокомерия и следа не осталось. Как и от курточки. Тычет пальцами в сторону ближайшего подъезда и дергает дверцу с моей стороны. А, вон в чем дело - зомбак. У, да не один, еще двое сзади. И шустрые, заразы. Ничего не остается, как открыть дверцу и получить на коленки эту дуреху. Саша неодобрительно смотрит на помятый капот. Птичка - невеличка толстожопая. Однако едем. В центр машин идет мало. А вот из центра прут потоком. Это особенно заметно на путепроводе. Но нам как раз практически в центр. Руки перестают трястись, но заряжать магазин, как собирался невозможно. Девка вроде б и не высокая, не крупная, а придавила серьезно. И колотит ее…

Прошу Сашу ехать помедленнее - нам торопиться некуда, а посмотреть что творится - очень важно. Признаки все больше не то что плохие - омерзительные. Сразу видно не меньше десятка дымных столбов. В городе пожары и их некому тушить. Милиция на улицах есть, но ведет она себя как-то странно. В двух местах попадаются патрули сопляков, на которых форма сидит как на корове седло - военнослужащие срочной службы из 'Голубой дивизии'. Никакого оружия не вижу - зато у них противогазные сумки и дубинки. И совершенно растерянный вид. Прэлэстно! На перекрестке с улицей Орджоникидзе косо завалившись рылом с мостовой стоит патрульная девятка с настежь распахнутыми дверцами - никого рядом. Не помню, чтоб менты вот так бросали машины. Зато есть зомби. Не так чтоб много, но глаз их уже схватывает быстро - и количество их ужасает. Здесь, в Московском районе новостройки, места много. Можно удрать - а вот если в старом городе та же частота, там совсем худо. А чем ближе к центру - тем больше зомбаков. И мне кажется - они двигаются вместе с нами - в центр города. Людей мало, куда меньше, чем мертвецов. Машины только напоминают мирное время - да и то - постоянно попадаются битые и брошенные тачки, которые грубо спихнуты с дороги. И на дороге то и дело - битое стекло, желтые и красные куски поворотников и стопов и очень характерные участки - с пластиковым крошевом и слоем грязи, который ссыпается с брюха машины при ударе. Аварий было много - и дорогу никто не убирал.

–  'Куда вы меня везете?' - вдруг оживает деваха. Ее еще слегка колотит, но вроде пришла в себя.

–  'В 'Смольный'. Мы обычно в это время обедаем с губернатором, но из-за тебя припозднились. Придется остаться без десерта.'

Она все-таки дура. Минуты две переваривает сказанное, потом неуверенно спрашивает: 'Прикол, да?'

Нет, не прикол. Нас только в 'Смольном' и не хватало. А кстати - что с управлением городом? С одной стороны - вроде как в городе постреливают, но вот кто? Милиционеры скорее заняты охраной себя, чем наведением порядка. Порядка-то не видно. Светофоры частью уже не горят. Частью мигают желтым. Минимум пять магазинов, попавшихся по дороге, обнесены - причем грубо и нагло - разбиты витрины, у булочной в грязи раздавленные батоны, стеклянное крошево.

Кто может - улепетывает на машинах прочь из города. Но я вижу людей в окнах - многие смотрят на улицы, ждут чего-то, наверно помощи. Но помощь оказывать некому. Полнокровных частей - с бронетехникой, строевыми солдатами под Санкт- Петербургом нет. Есть куча кадрированных частей. Что они из себя представляют говорит то, что на армейском жаргоне их величают кастрированными - горстка офицеров и прапорщиков и склады с имуществом советского производства. Да если б и были тут мальчишки срочной службы - много б от них было б проку. Это трудно - стрелять по людям. А когда поймут для чего стрелять необходимо - для большинства уже поздно будет.

–  'Так прикалываешься, верно?'

–  'Ну а сама-то думать умеешь? Едем по своим делам. А вот ты нам на капот свалилась, помяла кстати. И что прикажешь с тобой делать?'

–  'Домой меня отвезите!'

–  'И где живешь?'

–  'На Ивановской. Рядом с Ломоносовской.'

–  'Ого! Это ж строго обратно, да еще и с походом. Ты чего раньше ждала?'

–  'Ну вы ж на тачке, это пятнадцать минут езды!'

–  'Ты шашечки на машине видишь? Нет? Правильно. Потому что это не такси. И времени тебя катать нет.'

–  'Жлобье! Высадите меня здесь!'

–  'Да с удовольствием! Нам дурных не надо, мы и сами на загляденье дурные - токо вот на метро ехать не рекомендую, частника лови.'

–  'А почему это на метро нельзя?'

–  'Когда милые упыри гнались за тобой по двору, тебе было куда бежать. А в метро - как считаешь - подвернется дежурный 'Логан'? Саша, притормози у ближайшего зомби, девушка хочет продолжить общение не со жлобами!'

–  'Этот сгодится?' - мрачно спрашивает водитель, действительно притормаживая напротив вяло плетущегося бомжа. Сначала я не могу понять - это живой бомж или уже дохлый - грязен он сильно и морды синяковая. Но вот он поворачивает к нам харю, видны становятся его глазки и сомнения исчезают. Саша оглядывается, но зомбак поблизости один и открыв дверцу, водитель окликает труп ходячий - 'Эй, гражданин. Тут с вами девушка познакомиться желает!' И быстро юркает под защиту стекла и железа.

Бомжик живо реагирует на голос и направляется к машине.

–  'По-прежнему охота вылезать? Глянь, какой красавец!'

–  ' Не, не, не надо, пожалуйста, пожалуйста!'

–  'Ну так заткни свой рот и не хами.' - неожиданно жестко сзади говорит невидная под моим рюкзаком Дарья Ивановна.

–  'Справедливо сказано - подвякиваю и я - И так от тебя ноги затекли. Одни убытки и никакой пользы.'

Девка сидит как пришибленная. За окном еще веселее - тут и магазины разграблены чаще и трупы валяются неубранные и мертвяки около них кормятся. Все настолько нереально, как в голливудском кино - вроде, как и не с нами это происходит, ну не может такое происходить с нами… Дурацкие мысли - отлично сделанный грим, прекрасная работа художника, очень правдоподобная бутафория, замечательная игра массовки… Здравый смысл тихонько толкует, что это все - не кино, а правда жизни. Это - не бутафория и стоящая раком девчонка в драных черных чулках и короткой юбке, жрущая вместе с зомбакой, бывшей раньше колли, дергающийся от рывков их челюстей труп толстой женщины - самая что ни на есть правда. Очень не хочется слушать шепот здравого смысла. Потому что становится до судорог страшно.