Чтение онлайн

– Да ваша… ваше сиятельство? – спросил его гер Хейн. Никакой подобострастности или чего-то подобного в тоне судьи и в помине не было, только легкая предупредительность.

«Да кто же он такой, этот све. или сия…?» – удивился Оттавио.

– Зовите меня – граф Шпандау, – приказал старик, обратившись непосредственно к Оттавио. – Я здесь, хм, неофициально, – новая барабанная дробь.

«Граф Шпандау?» – подумалось ар Стрегону. – «Меня тогда зовите архиерееем Колинским».

Шпандау было графством только формально. Оно находилось в Остмарк и входило в состав земли Раденбург, одного из самых крупных и богатых владений в империи.

Теперь Оттавио прекрасно понимал, кто именно заскочил на дружеский, неофициальный междусобойчик к Конраду гер Хейну. Перед ним сидел один из самых могущественных людей в империи. Резиденцию судьи почтил своим неофициальным визитом сам Вилберт – и еще куча имен – гер Хагенцолерн владетель Раденбург, тесть императора Максимилиана III Хасбурга, имперский электор, председатель имперского райхстага, почетный магистр трех университетов, кавалер ордена золотого орла и прочая, и прочая.

Среди этого «прочая и прочая» наверняка скромно затесался и титул графа Шпандау. Следовало учитывать и тот факт, что, хм, граф считался одним из трех сильнейших одаренных в империи, и род Хагенцолерн обладал, помимо родового дара, очень могущественным Наследием.

Оттавио молча ждал, что еще скажет «граф Шпандау», а тот, впервые за весь разговор развернувшись к Оттавио лицом, откровенно его разглядывал. Неизвестно, что такого углядел в коронере могущественный старик, но, выбив из столешницы очередной бравурный мотив, он продолжил:

– Давайте поговорим без утайки и оглядки на чины и звания. Меня, господин ар Стрегон, интересуют теперь не только факты, но и ваши предположения. Кто именно виновен в смерти Аделхарда? Я, исходя из вашего доклада, уже составил себе некоторое представление о личности убийцы, но я хотел бы услышать ваше мнение.

«Вот так. Аделхард. Без всех этих милостей, титулов и прочего. Без оглядки на чины и звания.»

Хотя «граф» вполне мог водить с владетелем Аделхардом дружбу, тогда становился понятен его «неофициальный» интерес. Официальный был понятен и так. Оттавио коротко высказал свои подозрения и сразу, не дожидаясь очередных вопросов, привел аргументы в пользу своей позиции. Понятные одаренному аргументы.

– Вполне стройная версия, – заявил префект. – Уверен, так все и было. Хорошая работа, господин ар Стрегон.

– Верно, верно, маркиз, – барабанная дробь. – Я вот что думаю. Представляется несомненным, что злодейский умысел по умерщвлению электора гер Брюнне принадлежал его старшему сыну Адлеру. Как и исполнение замысла. Увидев, что его старания пошли прахом из-за благосклонности семейных духов к нерожденному еще ребенку вдовы владетеля, Адлер попытался совершить новое преступление. Он напал на особу владетеля, составляющую одно тело с его матерью в присутствии многочисленных свидетелей. Насколько я понимаю, покушение на преступление карается также, как и его совершение? Благородный господин ар Стрегон, находясь при исполнении служебных обязанностей, был вынужден остановить преступника имеющимися у него в тот момент средствами, – граф повернулся к гер Хейну. – Полагаю, судебный вердикт должен быть примерно таким. В своем письме нашему господину императору Максимилиану я собираюсь описать именно этот вариант событий. Когда вы собираетесь вынести окончательное решение по данному делу, гер Хейн?

– Выездная сессия окружного суда в Вальде, по расписанию, состоится в течение ближайших двух недель. До духова праздника думаю управиться, ваше сиятельство.

– Вот и хорошо, гер Хейн, вот и хорошо. Вот что, гер Шлоссен, – обратился он к префекту, – вы мне, помнится, жаловались давеча, что умных расторопных и преданных людей днем с огнем не сыскать?

– Было дело, ваше сиятельство. – Маркиз ухмылялся, поглядывая в сторону Оттавио, как будто понимал, о чем именно сейчас пойдет речь.

– Также помню эту трагическую историю о гибели вашего конфидента. Гер Рюйтер, кажется? Дуэль, защита чести, – там дарадам там там, выбили сухие старческие пальцы. – Мда… Вы говорили мне, что остались без надежного помощника. Он же занимал какую-то должность в канцелярии префектуры?

Эту историю знал весь славный город Эвинг.

Рюйтера, довольно сильного одаренного и многолетнее доверенное лицо маркиза Вестенброка, убил на дуэли какой-то залетный соотечественник ар Стрегона по имени Гвальтерио Малатеста. Проткнул тяжелой шпагой сердце и повернул ее, вытаскивая клинок. Рюйтер жил после этого еще полчаса, но такое ранение залечить в Эвинге не мог никто.

Все знали, что это убийство было очередным ударом, который старый герцог Ландерконинг нанес маркизу Вестенброку в их нескончаемой родовой вражде. Покушаться на самого врага в таких конфликтах было не принято, не кровная месть все же, а вот наносить ему удары через его слуг и его ближний круг – это нормальная практика.

– Маркиз. Вот перед вами стоит человек, обладающий всеми необходимыми качествами, но прозябающий в скромной должности коронера. Должности, которая явно не соответствует его хм… талантам. Кстати, господин ар Стрегон, ваш старший брат, кажется, служит у Вальдштайна?

– Капитан компании (14), ваше сиятельство. Четыре сотни жандармов.

(14 Капитан компании – командир банды наемников)

– Капитан? Ну-ну. Будет вам сюрприз, значит.

– А мне где одаренного на эту должность прикажете брать? – вмешался в диалог гер Хейн.

– Я могу порекомендовать вам господина Вальтера ар Моссе, – решил брать быка за рога Оттавио. – Он бакалавр права и очень хорош в ритуалистике. Уверен, нужные в нашей службе ритуалы он освоит быстро. – Оттавио знал Вальтера достаточно давно, как и то, что в последнее время тот пребывал в большой нужде. Супруга Вальтера беспрерывно рожала, а содержание, выделяемое семье родителями Моссе, было мизерным. Жалование коронера, хоть и небольшое, могло бы помочь ему поправить дела. Кроме того, Моссе был отважный дворянин и достойный, честный человек.

– Хм, ну вот видите, как все удачно складывается, – вновь заговорил «граф Шпандау». – По этому делу мы обо всем договорились. Господин ар Стрегон, мы вас больше не задерживаем.

Взвешен, оценен, куплен и продан.

Из павильона Оттавио вышел ошеломленный перспективами перемен в своей судьбе и очень голодный. Лицезрение накрытого стола в течение почти двух часов вызвало незапланированное выделение желудочного сока.

На следующий день – умопомрачительная скорость для имперской бюрократической машины! – Оттавио получил в канцелярии окружного суда увольнительный лист и предписание явиться к новому месту службы. С новым покровителем он получал и новых врагов, но, следует признать, на прежнем месте он и впрямь засиделся.

Конец ознакомительного фрагмента.