Чтение онлайн

— Потому что свобода народа от цепи потребует смерти короля. Мы должны были поговорить с тобой втайне от него.

Айсла рассмеялась. Взяла и рассмеялась.

— Нет, — отрезала она.

— Мы даже не сказали тебе, как…

— Плевать, — оскалилась дикая. — Я не сделаю ничего, что потребует смерти короля.

Марен просто смотрела на нее.

— Даже если это означает спасение многих тысяч людей?

Айсла прекрасно представляла, как это выглядит со стороны. Как она вообще могла выбирать одну жизнь против тысяч! Что ж, возможно, она не настолько хороша, как сама думала, потому что ответ остался неизменен:

— Даже если и так.

Не удостоив мятежников и взглядом, Айсла силой вырубила в скале лестницу и выбралась из пещеры.

Лежа в постели той ночью, Айсла размышляла, стоит ли рассказать Оро о них или спросить про цепь. Но быстро передумала. До битвы оставались считаные дни. И без того хватало проблем.

Айсла перевернулась под одеялом и вздрогнула, когда раздался громкий стук, нарушивший тишину.

Шум раздался прямо посреди комнаты. На дворе стояла полночь, что-то тяжелое упало на пол.

Айсла мгновенно подорвалась на ноги, сжимая в руке длинный кинжал, который держала между рамой кровати и матрасом. Щурясь в темноте, она кое-как различила: кто-то лежит навзничь перед ее кроватью и кровь пачкает камни пола.

— Сердцеедка.

Отбросив кинжал, Айсла кинулась к лежащему.

— Грим!

Со дня бала минуло уже много дней.

Сумрачный криво ухмыльнулся.

— Думал, ты будешь довольна, — сказал он, с трудом выговаривая слова.

— Чем? — спросила Айсла, обшаривая взглядом его тело в поисках места, откуда кровь шла сильнее всего, и признаков, что с ним вообще стряслось.

— Тем, что кто-то близко подошел к тому, чтобы меня убить.

Внутри вдруг поселилась тяжесть, словно там из ниоткуда возник камень. Новости вовсе не пришлись Айсле по вкусу, и она знала, что Грим это чувствует.

— Да ну? Просто прекрасно, — прошептала она.

Сумрачный кивнул.

— С глубоким прискорбием вынужден сообщить, что попытка все же не удалась.

Айсла пожала плечами.

— Пока, по крайней мере.

Грим лающе хохотнул и застонал.

Айсла обхватила его руками и прижала к полу изо всех сил. Трясущимися от волнения — волнения, конечно же, только волнения — руками девушка принялась расстегивать на нем рубашку.

В полубеспамятстве он высказался на тему, что Айсла его раздевает, но та шикнула и принялась изучать плеяду ран на его торсе. Айсла еще не видела таких. Кожа Грима стала пепельно-серой, отметины выделялись темными пятнами. От каждого разбегались черные вены, словно корни дерева.

— Что это?

Грим глянул на ее руки, прижатые к его груди, и девушка медленно их убрала. Вопрос он пропустил мимо ушей.

— Целебный эликсир, Сердцеедка. Цветок диких.

Голова Грима упала на колени Айслы, и он замолк.

Девушка попыталась нормально раздеть правителя, но он был слишком тяжелым, чтобы аккуратно убрать ткань. Тогда, вооружившись кинжалом, Айсла срезала с него одежду, стараясь не думать, что он потом ей выскажет.

Девушку замутило от его вида. Черные разводы проходили сквозь кожу и кости, извилистые, толстые. Словно тьма продолжала пир, пожирая сумрачного.

— Что это? — спросила Айсла сама у себя.

И почему Грим не поправлялся быстро, как обычно?

Дикая понадеялась, что эликсир поможет. А если нет? Темные пятна будут расползаться, пока Грим не обернется прахом? То есть в ее руках сейчас судьба всего сумрачного народа?

Айсла решительно нанесла эликсир на каждую рану: на шее, груди, животе, руках и бедрах. Когда девушка закончила, во флаконе осталась всего пара капель.

Она сидела рядом с Гримом, пока он спал, и была рядом, когда он немного пришел в себя.

— Айсла.

Девушка чуть не подпрыгнула, пытаясь понять, что ему нужно. Но глаза Грима были по-прежнему закрыты.

И только немного погодя, когда она свернулась, подтянув колени к груди, дикая поняла, как он ее назвал: Айсла. Он поклялся никогда не называть ее по имени…

И все же вновь оно так легко слетело с его губ.

Айсла перенесла их обоих в комнату Грима, где он вскоре опять задремал. Каким-то чудом она смогла угодить прямиком на кровать, иначе спать бы правителю на холодном полу. Испорченная одежда Грима кучкой лежала неподалеку. Айсла подумывала даже его одеть, пока он отдыхает, но в итоге решила просто прикрыть большую часть тела темной простыней.

Медленно, как тучи рассеиваются после шторма, эликсир проникал в раны. Кожа снова отрастала. Грим все еще находился в тяжелом состоянии, но, похоже, жизни ничто не угрожает. И Айсла обнаружила в себе радость по этому поводу.

Странно: столько месяцев она желала ему смерти.

Теперь же мысли о его смерти…

Айсла сидела на краю кровати со скрещенными ногами, как Грим вдруг распахнул глаза.

В этот раз его взгляд был более настороженным и мгновенно ее нашел.

— Ты меня вылечила.

Затем Грим осмотрел себя. Приподнял простыню, а следом — бровь.

— Не первый раз. И потом… ты тоже меня лечил.

— Спасибо. — Правитель наклонился, поморщившись от усилия, и, прежде чем она успела его остановить, сделал то, из-за чего Айсла застыла соляным столпом.

Грим поцеловал ее в лоб и лег обратно на подушку.

Глядя, как он тяжело ворочается, пытаясь улечься поудобнее, Айсла посерьезнела.

— Что произошло? — спросила она и с подозрением прищурилась: — Ты что, пытался достать меч без меня?

Раны нанес дракон? Сумрачный его разбудил?

— Нет, — ответил Грим, Айсла не особо поверила, поэтому он добавил: — Я правитель сумрачных. Думаешь, единственный шанс для меня заработать раны — это прикрывать тебя?

— Именно, — кивнула Айсла, — потому что только в этой пещере ты не можешь использовать свои способности. С силой ты просто делаешь…

Девушка нарочито драматично помахала руками перед своим лицом.

— Делаю что? — вздернул бровь Грим.

— Ты понимаешь, о чем я, — замялась Айсла. — Кровь. Кишки. Тени. Смерть. И все такое.