Чтение онлайн

— Нет, — ответил Сэм отрывисто. — А зачем он тебе понадобился?

— Просто хотела посплетничать с ним о новой одежде и прочих вещах. Если он позвонит, скажи ему, что я безумно хочу все ему выложить.

Повесив трубку, я подумала, что в далеком и чокнутом вампирском мире все не слава богу.

Потом распаковала подарочную корзину, в которой лежали «парагонские» лосьоны и мыло. Съев немного фруктов из декоративной вазы, стоявшей на серванте, я быстро приняла душ и осмотрела собственное тело, пытаясь обнаружить внешние проявления тревожных изменений, которые происходили внутри.

Затем я скользнула на кровать, застеленную высококачественным бельем, и стала слушать ночные звуки. Мне не хватало Освальда в постели и собаки на коврике возле кровати. Вскоре приглушенные голоса отдыхающих стихли. До меня доносился только стрекот насекомых.

Мне ужасно хотелось к Освальду, я мечтала задать ему сотню вопросов и заставить ответить на каждый из них в мельчайших подробностях. Раньше я ничего не выспрашивала у него, потому что боялась показаться занудой. Мне хотелось, чтобы он сам все рассказал. Если бы члены семейства были честны со мной, я не оказалась бы здесь в таком странном состоянии, и за мной больше не бегали бы психи.

Я не могла себе представить, чтобы члены семейства стали кем-нибудь еще, помимо того, кем они были на самом деле, то есть вампирами.

А кто такая я?

Следующим утром Скип Тейлор опоздал на нашу встречу. Я ждала его в кабинете, знакомясь с планом сценария и делая резервную копию файла «Зубы острые».

Но время шло, и я в ужасе позвонила Мерседес.

— Мерседес, я была очень неправа. Тот грабитель был вовсе не из вашего района. Это человек Сайласа; он собирался напасть на Иэна.

— О чем ты?

Я кратко изложила ей события двух последних дней.

— Мне ужасно неприятно, что я опять звоню тебе со своими проблемами, просто… просто…

— Ладно, Мил. Для этого друзья и существуют.

— Но ты ведь никогда не делишься со мной своими проблемами.

— Да я постоянно тебе жалуюсь. Ты не замечаешь, потому что любишь слушать про клуб, — возразила она. — А что обо всем этом говорят твои друзья?

— Я не на ранчо. И превращаюсь в какое-то жутковатое, жаждущее крови существо. Парень, о котором я тебе рассказывала, — Скип Тейлор — предложил мне работу по переписыванию сценария, поэтому сейчас я нахожусь в «Парагоне» — источники, пансион, спа и курорт; это недалеко от Ла-Басуры.

— Вот в la basuraты и окажешься.

— Ха, ха и ха. Мои друзья думают, что я у тебя, но здесь мне спокойнее.

— Ты ничего не придумываешь?

— Нет. Когда я к кому-нибудь прикасаюсь, у меня действительно случаются такие вспышки — я вижу окровавленную плоть.

— Нет, я имею в виду работу, этот сценарий, — раздраженно возразила она. — Это же очень дорогой отель.

— И к тому же еще пансион. Нам с Горбуном из Нотр-Дама здесь как раз самое место. Это отличное убежище! Убежище! — Я взглянула на часы. — Продюсер страшно опаздывает на встречу.

— В Голливуде так демонстрируют свою значимость — заставляют людей ждать. А что сказал Гэбриел?

Я пояснила, что не смогла связаться с ним, и снова принялась описывать то, что происходит в моей голове:

— Ты когда-нибудь видела фильмы Дэвида Кроненберга? Очень похоже, только без всякого художественного наполнения.

— Когда ты так говоришь, мне с трудом верится в то, что все столь серьезно.

— Мерседес, если я перестану валять дурака, я начну рыдать и уже не смогу остановиться.

Она немного помолчала, а потом призналась:

Я бы волновалась о тебе еще больше, mujer, если бы не знала, что ты сильная.

— Мне бы очень хотелось, чтобы слово «сильная» было синонимом слова «разумная».

Когда Мерседес стала обещать мне, что попробует отыскать Гэбриела в Интернете по своим хакерским каналам, в дверь позвонили.

— Мне нужно идти, — сказала я.

— Рад, что мы будем работать вместе, — заявил Скип, входя в комнату.

А потом протянул мне свою ладонь.

Я подготовилась к контакту. Когда Скип схватил меня за руку, перед моими глазами всплыла картинка, омытая блестящими карминными ручейками: я увидела, как белые зубы царапают белую кость, отрывая от нее плоть.

Скип уже прошел мимо меня и оказался в просторной комнате.

— Расположилась? Отлично, отлично. Чудесное место. Надеюсь, ты готова ринуться в бой.

Не успела я закрыть входную дверь, как он уже уселся за обеденный стол, вынул из кожаной сумки бумаги и беспокойно задергал ногой.

Когда мы встретились в первый раз, я не обратила внимания на то, какое у него гладкое и розовое лицо. Сейчас мне это очень понравилось.

— Милли, вот последняя версия «Зубов острых». — Скип плюхнул на стол объемистую рукопись.

Открыв первую страницу, я с ужасом прочитала имя автора. Это был молодой, но очень успешный сценарист, которому платили огромные суммы за его динамичные, жестокие фильмы. Я ляпнула первое, что пришло мне в голову:

— А ты не говорил, что я буду переписывать именно его сценарий.

— Нужно же с чего-то начинать. — Он указал на рукопись с таким видом, будто собирался уличить ее в самых отвратительных преступлениях. — Понимаешь, в чем тут проблема?

Сценарий состоял из 324 страниц. Каждая заняла бы примерно минуту экранного времени. Произведя нехитрые вычисления, я сказала:

— В таком виде сценарий рассчитан на пять часов.

— Он считает себя гением, но это полная чушь, с которой ничего не поделаешь. Ты полностью в материале, потому что этот фильм — о нападении чупакабры на небольшой городок.

— О летающем демоне, который убивает коз? О демоне из латиноамериканского фольклора?

— Да, о нем. Я надеялся, что фильм будет одновременно ужастиком и аллегорией, но он получился невероятно неуклюжим. Там есть сцены, которые наводят ужас, и сцены, которые служат аллегорией, но нет ни одной, в которой было бы и то, и другое. Никакого симбиоза.

— А какова аллегория?

— Чупакабра символизирует страх перед безликой культурой потребления, которая высасывает из нас души. Мы больше не люди, а пустые оболочки.