Чтение онлайн

Перед зданием «Домовины» у дома № 125 я мельком увидел, как по деревне вели Йозефа Голиша с женой и детьми. Голиш хромал. Мы приехали в верхнюю часть села после обеда в шестнадцать часов двадцать минут. Шофер не знал, где ему остановиться. Он все время выглядывал в окно и что-то искал. Наконец остановился перед домом № 129 и пошел со мной обратно к дому № 125, принадлежавшему Йозефу Голишу. Там уже находились отобранные мною в первый раз десять человек. Тут шофер объяснил мне, что сейчас будут сжигать дом Йозефа Голиша, а пожарная команда должна тушить соседние дома. Мне приказали вынести из дома Голиша всю мебель, перины, продукты, вывести скот, домашнюю птицу и пр.

В половине шестого немецкие солдаты приказали наносить в комнаты дома соломы. Ровно в шесть часов вечера прибыли шесть легковых автомашин. Приехал сам Франк. Он обошел весь дом и после осмотра отдал приказ: начинать. Солдаты подожгли в разных местах солому. Дом загорелся. В восемнадцать часов тридцать минут Франк со своим штабом уехал».

За время оккупации в селе Зубржи всего было арестовано шестьдесят восемь человек. Они содержались в тюрьмах в Рожнове, Брно, Праге, Моравской Остраве, Ратиборже, Освенциме, Дахау, Ораниенбурге, Флоссенбурге, Маутхаузене и др.

Самый большой срок (сначала предполагалась смертная казнь) имел учитель Людвик Мартинек — десять лет и лишение гражданских прав пожизненно. Шесть арестованных были отправлены в концентрационные лагеря. Из них вернулся лишь один.

К смертной казни были приговорены: Алоиз Шимурда, учитель, повешен в Бреслау; Олдржих Шимурда — повешен на Горни Бечве; Йозеф Голиш — повешен в Праге в Панкраце по приказу Франка. При побеге от гестаповцев был застрелен Ярослав Адамец. Два его брата и отец Франтишек Адамец, вероятно, были задушены в газовых камерах. В Освенциме погибли Мирослав Брумек, Йозеф Данек, Йозеф Стодулка и Ондржей Гаур-младший. Всего в Зубржи было замучено и казнено шестнадцать граждан.

Но вернемся к «Штрамберкским партизанам», которым гестапо нанесло новый жестокий удар. 28 сентября 1944 года в доме Гикела в Штрамберке были окружены гестаповцами члены отряда Ян Найвар и Ян Сырек. После отказа партизан сдаться фашисты применили газ. Найвар и Сырек хотели вырваться из окружения, но было уже поздно. Найвар застрелился, почти задохнувшегося Сырека гестаповцы арестовали и впоследствии казнили.

С самого начала 1945 года отряд стал пополняться новыми людьми. Это были главным образом заключенные. 5 января 1945 года из эшелона убежал австриец Вальтер Иммергут, его привели к штрамберкцам. 22 января их ряды увеличились за счет советских военнопленных — Андрея Олинка, Владимира Лешного и несколько позже Ивана Димидова и Эвжена Пугачева.

В отряде не хватало оружия для новых членов. Поэтому в январе 1945 года партизаны напали на двух членов фольксштурма в Штрамберке и разоружили их. В качестве трофеев были взяты две итальянские винтовки и сто двадцать патронов. С момента ухода комсомольцев в горы это было их первое организованное боевое выступление. Его успешный исход придал партизанам уверенность и вдохновил на новые действия.

Другой акцией партизан было нападение на члена фольксштурма Гроссманна из Копршивнице, у которого они отобрали револьвер, пистолет, дробовик и патроны.

Как-то вечером в середине февраля Яромир Сопух и Йозеф Вержмиржовский возвращались из обхода. В Вержовице они наткнулись на двоих эсэсовцев. Разоружили их и привели в лагерь. На допросе было установлено, что они из части, расположенной в летнем лагере в Падоли, и что их главной задачей является борьба с партизанами, которой они специально обучены. У одного из них при обыске обнаружили фотографию с изображением казни нескольких советских женщин и стариков, тут же на этом фоне был снят и владелец фотографии. В тот же вечер эсэсовцев расстреляли.

Вскоре после этого Сопух с Вержмиржовским разоружили члена немецкой таможенной стражи, проводившего досмотр в поезде на железнодорожной линии Вержовице — Штрамберк. Забрав у него оружие, они остановили поезд среди поля и исчезли в темноте.

Вдохновленные этими успехами, партизаны решились на проведение более крупных диверсий — прервать железнодорожное сообщение на дороге Студенка — Моравская Острава.

Партизаны предполагали вывести из строя железнодорожный путь с помощью взрывчатки {23} . Они тщательно подготовились к этому. Заблаговременно изготовили заряды, выбрали наиболее подходящее место для диверсии и разработали подробный план операции; в ней должны были участвовать семь человек. До железнодорожной линии они добрались без осложнений. Но при укладке зарядов их застиг врасплох немецкий патруль из двух человек. В перестрелке одного немецкого солдата убили. Второму, хотя он и был ранен, удалось убежать и вызвать подкрепление. Операция имела лишь частичный успех. Из двух зарядов подорвался только один, слегка повредивший путь.

Это была последняя самостоятельная операция «Штрамберкских партизан». Чтобы можно было нападать на более крупные немецкие колонны, бежавшие под напором советских войск, в марте партизаны соединились с парашютистами Николая Кузьмина.

Вместе с ними они участвовали в бою, который произошел в Сантове. Там они убили двух немцев и жандарма протектората Шпачека.

В дальнейшем судьба штрамберкцев и парашютистов Кузьмина оказалась связанной с группой советских парашютистов из шестнадцати человек, руководимой молодым капитаном Красной Армии Михаилом Яковлевичем Савельевым и носившей название «За родину». 28 сентября 1944 года члены этой группы вылетели с аэродрома в Жешуве в Польше и вскоре все благополучно приземлились в районе Малого Полома в Словакии. Им удалось установить тесную связь с населением в довольно обширном районе. Люди сообщали им ценные сведения о движении немецких частей, об их сосредоточении, о размещении штабов, об оборонительных работах на местности и многие другие. Обо всем этом группа передавала по радио своему командованию.

Кроме этого перед парашютистами стояла задача всячески затруднять движение немецких войск в ближнем тылу. Это осуществлялось двояким способом: во-первых, разрушениями на железных дорогах Жилина — Чадца, Чадца — Яблунков, Жилина — Пухов — Горни Лидеч, а во-вторых, организацией засад на шоссейных дорогах, которые большей частью действовали успешно, так как уже в январе 1945 года из первоначальной группы был образован партизанский отряд, в составе которого насчитывалось больше ста человек.

Действия отряда наносили ощутимый урон оккупантам, и те решили ликвидировать его любой ценой. Произошли сильные перестрелки, в ходе которых было много убитых и раненых с обеих сторон.

В этой обстановке Савельев получил приказ перейти через фронт. В Долге Поли Савельев основал партизанскую базу, где под присмотром санитаров оставил тех членов отряда, которые не могли двигаться. С остатком отряда он в начале марта отправился в направлении Бабьей Горы с тем, чтобы в Польше соединиться с частями Красной Армии. Это ему удалось, дело обошлось даже без потерь. После отдыха, продолжавшегося несколько дней, была создана новая группа из тридцати двух человек, которую в середине марта Савельев снова перевел через линию фронта. В течение непродолжительного времени группа еще выполняла задания в Словакии, затем переместилась в Моравию.

В начале апреля 1945 года в Горни Бечве отряд Кузьмина, куда входили и «штрамберкские партизаны», соединился с партизанской группой «За родину». После соединения они передвинулись в Горни Челадну и на горе «Саморостлы» основали базу, откуда группа выходила на операции в окрестности. В Горни Челадне произошел бой с оккупантами. При перестрелке партизаны подожгли дом, в котором укрывались немцы; нескольких нацистов, попытавшихся бежать из дома, убили. Остальным гитлеровцам все-таки удалось уйти в Челадну.