Чтение онлайн

Элиссанда, обмякнув, как раскисшая бумага, оставалась на грязном полу.

– Так ничего и не усвоила, да? – наклонившись, дядя сгреб ее за платье. – За всю жизнь так и не научилась любить меня и уважать, как должно!

Надо воспользоваться выпавшим шансом. Элиссанда с размаху обрушила сумочку на голову обидчика. Тот вскрикнул – да, они с мужем хорошо подготовились: в изящном и безобидном на вид дамском ридикюле лежало не что иное, как железный фунтовый диск, снятый с гантели маркиза. В поезде ей пришлось всю дорогу укреплять ручки и боковые швы.

Мужчина дернулся, на виске показалась кровь. Но Элиссанда не остановилась, а снова взмахнула сумочкой, на этот раз ударив с другой стороны.

Дуглас застонал, подставив под третий удар руку. Женщина понадеялась, что сломала ему кость, но дядя вновь набросился на нее с искаженным от бешенства лицом.

– Да как ты смеешь, дура?!

Внезапно в Элиссанде тоже вскипела ярость. Конечно же, она смеет! Неужели этот глупец, возомнивший себя самым умным, не понимает – племянница отважится на что угодно, когда на кону благополучие тетушки и ее собственная свобода!

Ридикюль взлетел: сильно, резко, под углом – и врезался в мужской подбородок. Дугласа отбросило назад. Элиссанда еще раз пустила в ход свое оружие, вкладывая в удар накопившиеся ненависть и отвращение. За все, что этот человек причинил ей и тете, украв у них лучшие годы жизни! За то, что держал в удушающем заточении и упивался их страхом и мучениями, как вампир – кровью из вскрытой вены.

Больше этого не будет. Никогда!

Никогда!!!

* * * * *

Вир направился к зданию. В одном из окон напротив поднялась штора, и из грязной, тускло освещенной комнаты выглянула женщина. Маркиз пьяно зашатался, наскочил на фонарный столб, повисел на почтовом ящике. Перед домом, в который вошла его жена со своим дядей, он повернулся спиной к улице и сделал вид, что собирается помочиться – судя по запаху, ему не первому приспичило облегчиться именно здесь.

Не прошло и полминуты, как соседка не только задернула занавески, но и плотно закрыла ставни.

Подкравшись к двери, Вир прислушался. Элиссанда и Дуглас разговаривали, но голоса сливались в невнятный гул, и слова невозможно было разобрать.

Сердце колотилось от чувства, прежде неведомого в работе: от страха. То, что в помещении до сих пор ничего не происходило, заставляло маркиза только сильнее нервничать. Руки в грубых кучерских перчатках вспотели: такого с ним тоже никогда не случалось.

Стянув перчатки, Вир вытер ладони об штаны и достал отмычки. Похититель не разместил бы жертву возле входной двери. Чтобы увидеть миссис Дуглас, им придется пройти вглубь дома – и тогда можно будет приступить к взлому.

Маркиз оглянулся. Черт, кто-то опять таращится в окно. Свет от уличного фонаря хоть и тусклый, но все равно позволяет разглядеть незаконное проникновение в чужую собственность. Сделав пару шагов, Вир ухватился за столбик, подпирающий покосившийся портик дома, и принялся чесать об него спину. Штора снова опустилась.

Он вернулся к двери, и тут раздался болезненный вскрик – мужской вскрик. Вот умница: не зря жена внимательно следила, когда Вир показывал, как орудовать нагруженным ридикюлем.

Снова вопль Дугласа. Просто замечательно.

А затем закричала женщина.

Маркиз завозился с инструментами. Только промахнувшись по замочной скважине в третий раз, он осознал, что руки дрожат.

Раньше никогда не тряслись.

И опять женский крик.

К дьяволу все!

Вир отбросил отмычки и саданул ногой в дверь. Та не поддалась. Он ударил сильнее – петли треснули. Нога, похоже, тоже треснула, но сейчас это не существенно. Еще один пинок – и дверь распахнулась.

* * * * *

От последнего удара дядя рухнул, а у ридикюля оторвались ручки. Тяжелый диск грохнулся об пол, оставив на месте падения вмятину, и откатился в сторону.

Глаза застилала красная пелена. Элиссанда задыхалась, не в силах набрать в легкие достаточно воздуха.

За спиной бахнула, отворяясь, дверь, и внутрь рванулся дюжий незнакомец с лохматой черной шевелюрой и закрученными усами.

Кто этот субъект? Нанятый дядей головорез? Нет, постой… Это же кучер наемного экипажа, который их сюда привез.

– Элиссанда, Бог мой, с тобой все в порядке?

Она едва узнала голос маркиза, прежде чем тот сжал ее в медвежьих объятьях. Женщина уткнулась лицом в грубый шерстяной жилет мужа, резко отдающий лошадьми и каким-то крепким напитком.

Он здесь, как и обещал. Она не одна.

Вир отстранился и проверил дядин пульс.

– Жив-здоров. Я посторожу. Там в кэбе веревки и фонарь – как выйдешь из дома, сверни налево.

Подобрав юбки, Элиссанда выскочила на улицу, но нерешительно замерла: здесь стояло два экипажа. Однако на одном из них темнел силуэт возницы, так что она метнулась ко второму, отыскала фонарь и веревки и поспешила обратно. Проверив карманы по-прежнему бессознательного Дугласа, Вир забрал найденные колье и дерринджер [56] , и крепко связал преступника по рукам и ногам.

На сей раз муж задержал Элиссанду в объятьях подольше.

– Господи, как ты меня напугала! Из-за двери было слышно только шумную возню, вопли Дугласа и твои крики. Я опасался худшего.

– Разве я кричала? – хотя, возможно, пронзительное «Никогда!» звенело не только в ее голове.

– Завтра ты будешь ужасно выглядеть, – осторожно взял Вир в ладони пострадавшее лицо. – Нужно приложить лед и как можно быстрее.

– Тетушка! – вскинулась Элиссанда. – Надо найти ее.

Наверх вела винтовая лестница. Вир подтащил Дугласа к ее подножию, чтобы за задержанным можно было наблюдать с любой ступеньки. Обыскивая пустынный дом, супруги коротко рассказали друг другу обо всех своих действиях после появления в Эксетере. Как оказалось, маркиз отправился в одну из забегаловок, где осчастливил одинокого извозчика, выкупив у него кэб и лошадь за более чем щедрую сумму. Возница был столь доволен сделкой, что даже не потребовал прибавки, когда Вир попросил у него еще и куртку.

Они обнаружили похищенную на чердаке, в каморке для прислуги, по приглушенным звукам, раздавшимся в ответ на их оклики. Лорд Вир быстро вскрыл замок. Тетя лежала на пыльном полу, связанная, с кляпом во рту – но в сознании. При виде племянницы ее глаза наполнились слезами.

Маркиз освободил пленницу: он предусмотрительно запасся карманным ножом. Элиссанда расцеловала тетю, которая тихо плакала и цеплялась за племянницу, и принялась растирать ей конечности, чтобы восстановить кровообращение.

– Вы не голодны, миссис Дуглас? Может, хотите пить? – спросил Вир, уже избавившийся от черного парика и накладных усов, которые поначалу напугали Рейчел.

Женщина покачала головой, явно смущаясь. Маркиз сразу понял.

– Спущусь, посмотрю, как там дядя.

Элиссанда помогла тете с ночной вазой. После того, как женщина облегчилась, племянница заколола ей растрепанные волосы, поправила одежду и обула ботинки. Затем они потихоньку выбрались из каморки и стали спускаться по лестнице. Подставив тете плечо, Элисанда поддерживала недужную за талию.