Чтение онлайн

Жизнь человека – это не только биологическая жизнь клеток тела человека и их объединений внутри организма, но жизнь разума.

О смысле разума – размышления автора впереди. Здесь же важно подчеркнуть, что если биологическая часть спирали бессмертия реализует известный принцип Реди «от клетки – к клетке» (от живого к живому), то социально-культурная составляющая жизни социального человека отражается в спирали социально-интеллектуального бессмертия (от интеллекта – к интеллекту, от разума – к разуму). Ю.М. Лотман в одном из своих произведений раскрыл механизм наследования культур (системогенетики культуры) через формулу: от культуры – к культуре, тем самым выразив принцип культурного бессмертия. В.П.Казначеев и Е.А.Спирин в монографии «Космопланетарный феномен человека» ввели понятие спирали социально-интеллектуального бессмертия, показав, что в потоке человеческой жизни движение по спирали интеллектуально-социального бессмертия обгоняет движение по спирали биологического бессмертия и начинает как бы программировать последнее движение.

Это положение дало автору основание ввести в монографии «Проблемы фундаментализации и источников содержания высшего образования» (1995) принцип Реди – Лотмана – Казначеева – принцип бессмертия жизни человека в описанной его дуально-спиральной формуле.

Таким образом, если смысл жизни – в самой жизни, то это означает, что смысл жизни – в продолжении жизни человека в ее био-социально-интеллектуальном (разумном) единстве – в единстве двух спиралей бессмертия – и биологического, и интеллектуально-социального.

Уже в этой формуле скрыт ноосферный смысл жизни, поскольку обеспечение бессмертия интеллектуально-социальной линии жизни, по мере возрастания роли интеллекта в управлении развитием жизни человечества, выводит разум человека на социобиосферный – ноосферный уровень рефлексии, прогнозирования и управления.

2.4. Третий ответ на вопрос о смысле жизни

Третий ответ может быть сформулирован так: смысл жизни человека – в творчестве и созидании.

С.И.Степанова, проведя анализ разработок по биоритмологическим аспектам проблемы адаптации человека к окружающей среде, поставила вопрос о существовании общебиологического закона волнообразности адаптационного процесса, согласно которому любой процесс жизни «в любой его стадии, в любом проявлении – как специфическом, так и неспецифическом, – обязательно протекает в колебательном (волновом) режиме. Эти колебания являются выражением внутренней противоречивости адаптационного процесса, выражением борьбы его ведущих антагонистических сторон – разрушения и созидания» [1003] .

Фактически общебиологический закон волновой адаптации может быть интерпретирован как закон творчества, являющийся законом жизни.

Сам процесс адаптации любых живых систем к среде обитания есть процесс творения жизни в каждый момент времени.

Забытый русский мыслитель, интересный психолог и биолог Г.И. Маркелов писал, подтверждая сформулированное автором положение: «Жизнь, взятая во всем своем целом – и в синтетических, и в аналитических процессах, есть не что иное, как непрестанное творчество, покоящееся на законах ритма. Эти последние, являясь законами мировыми, космическим, пронизывают ее не только во внешних, формально-структурных элементах органического и неорганического вещества, но и во внутренних, периодически совершающихся процессах, давая рядом со статическим и динамический ритм. Жизнь неотделима от ритма…» [1004] .

Автором в этюдах креативной онтологии «Творчество, жизнь, здоровье и гармония» (1992) на основе анализа жизни «творческих долгожителей» (яркие примеры – И.В. Гете и Л.Н. Толстой) показано, что в действительности действуют такие законы творческой жизни, как закон креативно-стереотипной волны и закон лево-правополушарной волны. Причем креативно-стереотипная волна, или волна творчества, продолжается 11–13 лет, хотя у Толстого наблюдались волны творчества и меньшей длины. При этом накопление стереотипов поведения – стереотипизация жизни при переходе через определенную границу (гармония креативности и стереотипности и есть вершина в «волне творчества», – акмэ) начинает угнетать способность человека к творчеству, он чувствует дискомфорт, ведущий к кризису творчества, связанному с исчерпанием тех доминант в нем, которые и определили содержание творческой волны. Преодоление кризиса творчества происходит через разрушение части стереотипов, ценностей, которые вступают в конфликт с запросами среды. А это востребует механизмы правополушарного интеллекта – механизмы аналогий, ассоциаций, игры и др. «Право-левополушарная волна» сочетается с «креативно-стереотипной волной».

Таким образом, результаты исследований Г.И. Маркелова и С.И. Степановой обретают новую жизнь, погружаясь в мою концепцию жизни как творчества, поддерживающего гармонию во взаимодействии человека и среды.

Системогенетическая и циклическо-волновая картина мира на базе достижений системогенетики и теории циклов [1005] показала единство креативности мира, его цикличности и системогенетичности, которое через эволюцию поднялось на более высокую ступень творчества бытия – творчества человека как творца себя и мира вокруг.

В книге «Творчество, жизнь, здоровье и гармония» автор подчеркивает, что с позиций законов системогенетики, в частности законов дуальности управления и организации систем и инвариантности и цикличности развития, жизнь «предстает как волнообразная предадаптация к среде обитания, как волнообразный процесс Творчества жизни, как творческая волна. Более того, не только жизнь, но и ее отдельные фазы, этапы, стадии реализуются как волны творчества» [1006] . Н.Я. Пэрна в 1925 г. опубликовал небольшую работу «Ритм, жизнь и творчество», где подчеркивал: «Можно принять, что та и другая периодичность вытекают из одного своего корня, из особого свойства мировой жизни проявляться в сложных сплетающихся циклах» [1007] . Причем, я добавлю, сам цикл, любой цикл в мироздании и в любой системе как части мироздания есть всегда творческая волна. Именно так проявляется онтологическое творчество, т.е. творчество самого бытия. А это означает, что любое бытие – креативно, циклично и ритмологично одновременно.

В этой логике закон волновой предадаптации проявляется как закон жизни – закон творчества. Можно сказать так: закон волнового творчества есть закон жизни.

Не здесь ли заложена та тайна особого воздействия семантики ритма слов на человека, на которую обратил внимание наш современник и величайший мыслитель во второй половине ХХ в. В.В. Налимов, чьи труды до конца еще не поняты, не осмыслены и не востребованы на родине, в России, как они того заслуживают. Он пишет о ритмах текстов, которые расширяют смысловое поле текстов и их воздействие на тех, кто их читает. «Иначе все происходит в римичном тексте, – размышляют В.В. Налимов и Ж.А. Дрогалина. – Ритм – руководящее начало, связующее разнообразные отдельные группы в единое целое. Текст здесь органиуется так, чтобы слова не ограничивали друг друга, а наоборот – расширяли свое содержание, плавно перетекая, сливаясь в один поток… Слова, под влиянием соседних слов, выходят за границы, заданные априорными функциями распределения их смыслового содержания. Границы слов стираются. Слова сплетаются, смыкаются – будучи разными по содержанию» [1008] . Но здесь мы имеем еще один феномен, который не заметил В.В. Налимов: ритм текста – это ритм словесного творчества, его циклы и спираль развития, где реализовались законы творчества человека, его креативной онтологии.

Смысл жизни, таким образом, – в творчестве, а оно проявляется как творчество самой жизни, поднимающей ее на новый высокий уровень.

Не случайно, созидательная миссия жизни есть основание ее продолжения.

Гедонизм, противостоящий творчеству, ведет человека к смерти. Культ человека потребляющего в рыночно-капиталистическом обществе, появление самоназвания капиталистического общества как «общества потребительства», вместо культуры созидающего человека, человека-творца, дает почву для расцвета гедонизма, культа наслаждений, в том числе преступных, античеловеческих наслаждений. Эта почва приобретает содержание основания для культуры смерти, для появления некросферы, противостоящей сфере жизни (витасфере).

Н.Г. Холодный, автор учения об антропокосмизме, писал: «Жить века в своем творчестве – вот единственный вид бессмертия, о котором может мечтать человек, поднявшийся до антропокосмического отношения к себе, человечеству, к природе» [1009] .

Создатель учения о ноосфере В.И. Вернадский, раскрывая свои взгляды на проблемы гармоничного единства жизни человечества и жизни биосферы, особое значение придал научному творчеству как основе перехода к «ноосфере будущего» (термин мой, – С.А.).

Итак, смысл жизни человека – в его творчестве, созидании, но отнюдь не в потреблении. На это указывают достижения всех наук.