Чтение онлайн

– Да, мне тоже так показалось, – заметил Дейв.

– Кто-то должен найти его жену. Если она вдруг заартачится, я сама поговорю с ней. – Фиби смахнула пот со лба. – Найдется тут немного воды?

Дункан протянул ей бутылку:

– Я принес несколько штук.

– Весьма признательна.

Потягивая воду, Фиби внимательно изучала молодого человека. Густые каштановые волосы, обрамляющие худощавое лицо. Красивый, правильных очертаний рот. В мягких голубых глазах застыло беспокойство.

– Вы будете выдвигать против него обвинения?

– Обвинения? В чем?

– Ну, он же не раз влезал в вашу кассу.

– Нет. – Дункан опустился на ручку кресла, закрыл глаза. – Господи помилуй, нет.

– Сколько он украл?

– Тысячи две, может, чуть больше. Да это неважно.

– Нет, важно. Он должен вернуть их – ради самоуважения. Если вы хотите помочь ему, то как-нибудь обсудите этот вопрос.

– Хорошо, так и сделаем.

– Вы, как я понимаю, еще и владелец дома?

– Да, что-то в этом роде.

Фиби взглянула на него с некоторым недоумением:

– Разве не вы отвечаете за это хозяйство? Можете перенести ему плату на следующий месяц?

– Бог ты мой, ну конечно.

– Вот и хорошо.

– Послушайте… все, что я знаю о вас, это только имя – Фиби.

– Макнамара. Лейтенант Макнамара.

– Мне нравится Джо. И я не хочу, чтобы он сидел в тюрьме.

Хороший парень, сказал о нем Джо. Пожалуй, он был прав.

– Я ценю ваше желание помочь Джо. Но он сам создал массу проблем, и будет лучше, если он же сможет решить их. Джо умолял о помощи, и теперь он ее получит. Но кража этих пяти тысяч не должна остаться для него безнаказанной.

– Я даже не знал, что он играет.

У Фиби вырвался короткий смешок:

– Вы – хозяин спортивного бара, и не знаете, что там делают ставки?

Дункан выпрямился. Он и без того чувствовал себя не в своей тарелке, а теперь и вовсе ощетинился:

– Послушайте, «Слэм Данк» – приличное место, а не какой-нибудь притон. Я не знал, что у парня проблемы, иначе не взял бы его в спортивный бар. Конечно, в том, что случилось, есть и моя вина, но…

– Да нет. – Фиби приложила холодную бутылку к влажному от пота лбу. – Мне жарко, и я раздражена. Просто не смогла удержаться. Простите меня. Обстоятельства загнали его на край крыши, но за эти обстоятельства отвечает только он и никто другой. Вы случайно не знаете, где найти его жену?

– Думаю, что сейчас она на параде – как и все прочие жители Саванны, за исключением разве что нас.

– Вы знаете, где она живет?

– Вообще-то нет. Но я дал капитану пару телефонных номеров – это их общие с Джо друзья.

– Мы ее найдем. Ну как, вы успели прийти в себя?

– Во всяком случае, я не собираюсь лезть на крышу, чтобы потом спрыгнуть оттуда. – Дункан задумчиво посмотрел на собеседницу. – Давайте я куплю вам что-нибудь выпить.

Фиби кивнула на бутылку с водой:

– Вы уже купили.

– Я мог бы предложить что-нибудь получше. – Теперь в его тоне явственно прозвучали обольщающие нотки.

– Все это замечательно, но вам пора домой, мистер Свифт.

– Дункан.

– М-м-м. – Слегка улыбнувшись, она встала и подняла свою куртку.

– Послушайте, Фиби, – он тоже шагнул за ней в сторону двери, – могу я позвонить вам, если вдруг почувствую желание покончить с собой?

– Обратитесь в службу психологической поддержки, – посоветовала она, даже не оглянувшись. – Вполне возможно, им удастся отговорить вас.

Дункан подошел к перилам и теперь смотрел, как она спускается вниз. Целеустремленность, вновь мелькнула у него мысль. Пожалуй, ему начинают нравиться целеустремленные женщины.

Затем он опустился на ступеньку и вытащил свой телефон. Дункан собирался позвонить лучшему другу – который по совместительству был и его адвокатом, – чтобы уговорить того заняться делом незадачливого самоубийцы и столь же незадачливого игрока.

С балкона второго этажа Фиби наблюдала за прыжками зеленой овчарки. Судя по всему, собака была чертовски довольна собой и охотно подстраивалась под ритм, задаваемый флейтой и барабанами, на которых играло трио лепреконов.

Джо остался жив, и хотя она пропустила начало парада, второй акт обещал быть не менее интересным.

Не такой уж паршивый способ провести День святого Патрика.

Рядом с Фиби подпрыгивала ее семилетняя дочь, обутая в ярко-зеленые кеды. Карли долго сражалась за эту обувь, отвергая все возражения насчет непрактичности и слишком высокой цены.

Сегодня она надела эти кеды с зелеными укороченными брюками, по всей поверхности которых были рассыпаны крохотные розовые точки, и с зеленой же рубашкой, украшенной розовой каймой. Эти вещи малолетней моднице также удалось отстоять в яростном споре с матерью. Впрочем, вынуждена была признать Фиби, ребенок действительно выглядел очень мило.

Рыжеватые волосы достались Карли от ее бабушки. От нее же она унаследовала кудряшки, хотя у самой Фиби волосы были абсолютно гладкими. Яркие голубые глаза тоже могли считаться наследством Эсси. Что касается промежуточного поколения, как часто думала о себе Фиби, то ему пришлось довольствоваться зелеными.

У всех трех женщин была очень светлая кожа, столь характерная для рыжеволосых людей. Но Карли унаследовала к тому же веснушки, а также очень милый ротик с глубокой ямочкой на верхней губе.

Порой, глядя на свою мать и дочь, Фиби с нежностью размышляла о том, как ей удалось стать связующим звеном между двумя столь похожими созданиями.

Фиби слегка сжала Карли плечо, а затем наклонилась, чтобы чмокнуть ее в рыжеволосую макушку. В ответ та просияла ослепительной улыбкой, продемонстрировав при этом нехватку двух передних зубов.

– Лучшее место в доме, – слегка отступив от двери, Эсси с нежностью улыбалась своим близким.

– Ты видела собаку, бабуля?

– Ну конечно.

Младший брат Фиби повернулся к матери:

– Хочешь, я принесу тебе стул?

– Нет, милый, – предложение Картера явно не вызвало у нее восторга. – Лучше я постою здесь.

– Ты можешь постоять у перил, бабуля, а я буду держать тебя за руку, – заявила Карли. – Здесь все равно что во внутреннем дворике.

– Ты права, детка. – Эсси осторожно двинулась к перилам, улыбаясь при этом несколько напряженно.

– Отсюда тебе будет лучше видно, – вновь подбодрила ее Карли. – Вот идет еще один оркестр! Правда, здорово? Посмотри, как резво они маршируют.

Надо же, как умело она успокаивает свою бабулю, подумала Фиби. Как крепко сжимает ее руку своей маленькой ручкой. И Картер – взгляните-ка – тоже встал рядом с мамой. Он что-то говорит ей, указывая в сторону разряженной толпы, а другой рукой осторожно придерживает ее за плечо.

Фиби знала, о чем могла думать ее мать, когда смотрела на Картера. После того как у нее появился свой ребенок, ей стала понятна эта всепоглощающая любовь. Но мама должна была чувствовать все гораздо острее. Стоило ей взглянуть на Картера – на его густые каштановые волосы, орехового цвета глаза, четкие линии рта, носа и подбородка, и перед ней, – как живой, вставал ее покойный муж, а также все то, что кануло в небытие с его преждевременной смертью.

– Свежий лимонад! – Ава подкатила тележку к выходу на балкон. – В нем полно мяты, так что оттенок у него самый что ни на есть зеленый.

– Ава, тебе не стоило возиться со всем этим!

– Почему бы нет! – рассмеялась та и откинула назад непокорную прядь белокурых волос.

В свои сорок три года Ава Вестри Давер была самой красивой из всех знакомых Фиби женщин. Пожалуй, что и самой доброй.

Заметив, что Ава взялась за кувшин, Фиби поспешила к тележке.