Чтение онлайн

— Как? — спросил я у провожатого, — Каким образом?

— Идем, покажу. — сказал он. И мы опять пошли, но уже через парк. Прошли кольцо охраны, потом мимо унылых кафешников, которые безнадежно пытались продать шашлык без пива, потом через забор, потом дворами и вышли к гастроному.

Там мой товарищ купил бутылку водки и два длинных туборга-грин, запивать. «Ну вот, пей, веселись», — сказал он.

— А там? — спросил я?

— А там нельзя.

— А почему тут? — спросил я?

— А потому что со стороны метро пьяных не пускают, а с этой стороны только алкоголь заносить нельзя, а пьяным, как раз, зайти можно. С собой — нельзя, а в себе — запросто.

— А почему со стороны метро нельзя зайти пьяным?

Товарищ только с сожалением посмотрел на меня, как на умственно отсталого ребенка. «Там же метро!» — укоризненно сказал он.

Я понял, что ничего не пойму. Выпил свою водку, запил пивом, во мне, наконец-то, наступило веселие и мы пошли обратно, слушать музыку и валяться, как все нормальные люди, на земле. Мы шли по зеленому парку, в разных концах которого вспыхивали веселые драки, под кафешками, не продающими даже пива, синхронно блевали влюбленные, а над парком бодро гремели сдвоенные бочки очередного коллектива.

Может быть, все изменилось с того времени на Москве. Я же говорю не об административных правилах в конкретный момент, это их личное дело — что запрещать, а что разрешать. Я не кацап, чтобы лезть в чужие дела, и говорить что в чужом устроено правильно, а что нет. Я даже не пытаюсь попрекать вату пьянством, что стало доброй мировой традицией. Я говорю об общем подходе к делу увеселения

Почему мы не умеем так отдыхать, как вата? Где наше дикое веселие? Почему на всех фестах пива всегда залейся, хоть в голову себе лей, хоть на голову? Почему на «Чайке» под «Моторхэд» можно выжрать бутылку водки из горла, и никому до этого дела не было — а веселие все еще не достигало того яростного накала?

Почему «Краина Мрий» — унылое дружелюбное веселие, часто даже с детьми и мамашами, хотя пиво и медовуха продается на каждом шагу? Где, сука, ярость, трэш и Гигер?

Где менты? Где три кольца угрюмых мусоров в наколенниках? Нашей власти что — все равно, как мы отдыхаем? Или они заранее знают, что у нас не того размаха веселие, как у ваты, и вместо полка свирепого ОМОНа, обходятся ленивым патрулем, который сам тянет в тени пиво, когда думает, что на него не смотрят?

Я предполагаю, это потому, что веселие только тогда нормально веселит, если его запретить. Но не совсем, а оставить гастроном за забором, а в заборе сделать дырку. Если водку пить втихаря и с риском, то она вставляет в два раза сильнее. Тогда вставляет не только водка, но и осознание того, что ты кого-то наебал. Хитрые кацапы это поняли, и пользуются ноу-хау вовсю. Они сами себе запрещают то, что больше всего хотят, и, нарушая собственные запреты, выхватывают двойную дозу удовольствия.

Видели бы вы, с какой радостью после концерта небедно одетая молодежь перепрыгивала через турникеты в метро и проползала под рекламными щитами, пачкая дорогие шмотки о засранный пол. Наебали! За проезд не заплатили!

Я тоже хотел проползти, выхватить этот кайф, но в последнюю секунду застеснялся, и пошел, как быдло, оплачивать проезд. Отсталый мы народ, хохлы. Не умеем правильно веселиться.

П.С. Толик, это исследование, кстати, было предупреждением для тебя. Если веселие легализуют — оно перестанет так бодро веселить.

А вот и зима пришла, и нашему ноучному журналу исполнился месяц. Мы тихо празднуем, распивая водку из пробирок, а в нашей корреспонденции, кроме телеграмм с пожеланиями умереть от рака (которые я посыпаю хлоркой и закапываю за гаражами), появились и поздравительные открытки.

Но растет и количество недоуменных писем, в которых спрашивается — почему страдают невинные, которые находятся в карантинной зоне временного ватного безумия на территории Украины?

Тема серьезная, поэтому я сразу отмечу две вещи. Первая — да, они невинные. Потому что рассматривать вариант: «сами виноваты, а почему вы раньше не бросились с кулаками на наемников и танки», обращая его к старикам, женщинам и детям, цинизма не хватит даже у меня. Вторая — я признаю факт солидарной ответственности, но не пропагандирую его. Я не говорю: "так им и надо!" Это такое… типа физического закона. «Титаник» — он со всеми утонул: с экипажем, стюардами, пассажирами, кочегарами и трюмными крысами, без деления на правых и виноватых. Так всегда бывает.

Но перейдем к ноукам.

Жили-были когда-то два города — Содом и Гоморра, известные всем по Библии и одноименному ругательству. Жили-были они весело, ни в чем себе не отказывались, занимались разными извращениями, содомиты — содомией, а гоморрцы — гоморрятиной, так бы все и шло, но Тот-Кто-Сидит-Наверху решил, что время для Лас-Вегаса и Амстердама еще не наступило, и решил города поплавить горящей серой — потому что нельзя так атомно отжигать уже в самой первой книге Библии, надо что-то оставить под конец.

Однако в Содоме, как нерв в зубе, укрылся некий Лот. Казалось бы — да и хрен с ним, однако это был не простой еврей, а племянник того самого Абрама, который Еврей Номер Один. Выходило, что Лот — Еврей Номер Два, и в самом начале еврейского проекта, который затеял Б-г, такими кадрами не бросаются.

И послал Б-г к Абраму ангела, сообщить, что лавку в Содоме надо срочно закрывать, племяннику брать смену белья, семью, еды на два дня и тикать, пока на окраинах Могилева не показались немецкие мотоциклисты.

Чтобы вы понимали, ангел — это такая говорящая голография, типа Лаврова или Чуркина. Отсебятины она не несет, а передает от Босса все дословно.

Абраму не хотелось терять скобяную лавку племянника, и он тут же стал морочить голову Богу через Его крылатый пейджер, давя на жалость и справедливость. Типа — как это всех в топку? Шо, вообще всех? А если в городе пятьдесят праведников найдется? Тоже в топку?

Бог подумал, и сказал — ну, ладно. Если пятьдесят найдется, то содомизируйтесь дальше. Абрам, почувствовал, что дело таки пошло, клиент заинтересован, и начал сбивать цену. А сорок пять? А сорок? А тридцать?.. Дошли до десяти праведников за баррель, и тут Бог реально рассердился.

— Кто тут, вообще, Бог? — спросил раздраженно Бог. — Я тут еще Бог, или ты уже тут Бог? Еще пятьдесят лет не прошло, как я вас сделал евреями, а вы Мне уже парите бязь за бархат! Десять — Мое последнее слово, а если нет — так походи по базару, поищи дешевле!

И оборвал связь.

К утру не наскреблось даже десяти праведников. Лот собрал манатки, семью, и покинул город через свое «окно» на таможне. Через час на крыши казино и борделей упали первые горящие капли.

В чем ноука? В чем мораль? Почему от десяти праведников не скинуть прайс до пяти, например?