Чтение онлайн

– Па, мама щи налила, тебя зовёт... Па, а ты - на войну? Па, возьми меня, я буду тихо-тихо сидеть! Я стрелять смогу, знаю, куѓда нажимать. И патроны могу засовывать. И на рации могу. Па, возьми, а!

– Успеешь.

Виктор потрепал мальца по рыжей голове. Думал, тот расплачется, но пацана уже терзала новая идея.

– Па, на нас мутанты напали, да?

– Кто вам эти глупости рассказывает? Ты хоть одного мутанта видел?

– А вот и есть они! Огр-р-ромные, стр-р-рашные, по две головы у них! Ребята говорят, они в шахтах живут, где раньше ракеты быѓли, злые сильно, людей едят, вот что. Честно, па, вы с ними воевать будете?

– Сына, чем ерунду болтать, сходи лучше, набери во флягу свежей колодезной воды.

– Щас!

Пацанёнок умчался.

– Мутанты, - усмехнулся Селиванов.
– Пёс их знает, может и мутанты...

Давным-давно, ещё сопливым пятиклассником, он летом помогал отцу на санитарной вырубке у самой Ладоги, недалеко от старофинѓского кордона. Они как раз прореживали древнюю чащобу, когда увиѓдели метрах в пятидесяти от себя огромного неведомого зверя. Суѓщество было похоже на колоссальную обезьяну, сплошь покрыто бурой шерстью, шло, наклонясь вперед, на полусогнутых лапах - да нет, ногах, каких там лапах!
– руками осторожно шевеля кусты. Крик ужаса застыл тогда у Виктора во рту, а самого будто пришпилили к берёзе щучьей острогой, от страха парень даже обмочился. Как позѓже выяснилось, батя - тоже... Они летели по болотным кочкам килоѓметра два, лишь у большой делянки тяжко дышащий отец попридержал его.

– Никогда и никому об этом не говори, сынок!

– А кто это был, па?

– Хозяин, - осмотревшись, тихо произнес отец...

Мотаясь ежедневно в колледж, Виктор вместо пива покупал журѓналы и к выпуску скопил огромную коллекцию статей о йети. По пьянке какѓ-то рассказал дружкам о давней встрече, однако те его подняли на смех, пытали, сколько он стаканов перед этим врезал. Лишь старенький водитель лесовоза пристально взглянул на молодого пильщика, размял сырую 'Приму' и чуть слышно пробурчал - леса-чащобы, дескать, всякое бывает... А тут, гляди, мутанты! Собственно, почему бы нет?! Глухие разговоры по углам не умолкают с самого его прихода в Новороссию. Нет, как известно, дыма без огня!..

Виктор присел на табурет перед обеденным столом, принюхался к духмяным щам - гляди-ка, научилась киевлянка!
– придвинул соль, обколупал чеснок. Валентина, вторая жена, пухленькая блондинка тридцати пяти лет, закройщица в станичном ателье, устроилась пообочь, напряженно глядя на супруга.

– Вить, что ж теперь будет, а? Бабы такое гутарят, страх!

– Слушай больше, наболтают твои бабы, - буркнул Виктор, помеѓшивая сметану.
– Делать больше нечего, кроме как языками молоть! Впервой, что ли? Дадим по бошкам, и всего делов!

– Кому хоть?

– А хрен его знает! Нам какая разница, на то командиры есть. Серёжка, вон, говорит - мутантам...

– Ох, типун ему на язык!

– ...а я так мыслю, немцам, - сноровисто орудуя любимой перѓсональной ложкой, усмехнулся Селиванов.

– Нимци - воны завжды нимци, - расслабилась и благоверная.

Бить немцев что хохлу, что москалю не привыкать. С мутантами - совсем иное дело. Тем более что Валька, очень смутно представляя, кто это такие, ассоциировала их со словом 'муть'...

– Хрен с ними, с немцами. Ты мне скажи, Мишка где?

– На чердаке с Ромкой Майсурадзе, в разведчиков играют.

– Делать им нечего! Ты гляди, чтоб пацаны со двора не уходили, чуть что - в подвал.

– А куда они уйдут?! Мы ж дежурим!

– Вы надежурите!..

Трёх- и четырёхэтажные дома в станице изначально строиѓлись на манер небольших крепостей, образуя квадраты с одним лишь выходом на улицу. Имелись, правда, 'чёрные' ходы - замаскированные лазы из подвалов, однако их не открывали до поры. Окна с наружной стороны домов быѓли зарешечены и более напоминали стрелковые бойницы настоящих бастионов. Имелись также в зданиях убежища-подвалы с отсеками на каждую семью, запасами воды и продовольствия, медикаментами, огнетушителями, связью, инструментом, системами противоатомной защиты, даже телевидением.

– Ох, спасибо, Валюша, щи знатные! Давай, пожалуй, второе. Что у нас сегодня?

– Я капусту стушила, как ты любишь, со свининкой. А с собой завернула свежего хлеба, котлет, яиц варёных, колбаски, лучка, огурчиков свежих. Сыра положить?

– Клади, чего уж там, один Бог знает, на сколько идём, хотя там и кормя...

Договорить Виктор не успел - в кухню ворвался знатный слеѓдопыт, девятилетний Мишка, старший и любимый.

– Па, мы... это... с Ромкой... это...

– Отдышись, чадо!

– Па, мы в бинокль... короче... там, за рекой... фу-у... каѓкие-то военные в лесу прячутся, не наши! Надо скорей к атаману с гетманом бежать!

– За орденами и медалями, - обняв мальчишку, улыбнулся Викѓтор.
– Ну-ка, пойдём, покажете, что там за военные...

Но в это время снова ожила радиоточка, примерно час тому назад передававшая сигнал 'Военная опасность':

– Внимание! Внимание! Внимание! Говорит радиоузел Новороссии! Передаем экстренное сообщение! Механикам-водителям мотострелкового взвода немедленно прибыть в автопарк! Первому отделению моѓтострелкового взвода с полным комплектом оружия и снаряжения при-быть на посадку в микроавтобус 'Соболь' номер двенадцать к поѓжарным воротам станичной гимназии в 17 часов 25 минут...

Виктор вскочил, поцеловал жену, потрепал кудри юного разведчика.

– Спасибо за обед, мать, я побежал. Пацаны, не баловать!

И бросился в прихожую, где издавна был установлен шкаф с вооружеѓнием и амуницией. Мишка рванул за ним - потрогать автомат!

– Господи, спаси и сохрани!
– перекрестила его вслед Валюха...

...Трое охотников весьма комфортно обустроились в засаде метрах в двухстах от разорённой фермы Лешего - семья хозяина, насѓколько можно успокоенная, возвратилась в дом. Схрон трапперы устроили в глубокой яме под здоровенным выворотнем-пнём, поверху растянули маскировочную сеть, прикрыли дёрном бруствер, набросали лапника и листьев, пол застелили плащ-накидками. Расположились кое-как, в целом нормально, - люди опытные. Жаль только, ни отлитъ, ни покурить, ни костерок какой сварганить... Ну да ладно! До наезженной тропы, соединяющей хозяйство с кольцом загадочной бетонѓки - говорят, ракетчиков - отсюда было метров сто, может быть, чуть более того. Подальше к ферме, с противоположной стороны троѓпы, таилась в зарослях засада номер два, а третья - в амбаре Лешего. Ждали повторного визита ночных налётчиков.

Спать не хотелось, хотя, возможно, надо было б засветло, по очереди. Здоровый молодой мужик, считай, пацан еще, Илья, по клиѓчке Муромец, застыв на берме, вглядывался через бруствер в даль. Беслан Кочиев, высокий, жилистый, чернявый осетин-усач, и Валя Романенков, сорокалетний сибиряк, крепыш, из деревенских мужиков, лежали на плащах, жевали мясо из походной банки, трепались о быѓлом житье-бытье. И сколько правды было в их рассказах, хроники умалчивают. Просто трёп...

– ...Э, что у вас?!
– махнул рукой Беслан.
– Вот у нас медведи были, знаешь, как слоны вообще! Мы с ружьями ходим, а в горах у стаѓрых людей как было? Кто на мишку с ружьём идет, тот не мужик, мамой клянусь!

– А как же?!
– недоверчиво усмехнулся Романенков.

– Мужчина шёл на медведя с кинжалом, в правой руке держал. А на левой такие доски были положены, как будто перчатка, и колюѓчей проволокой обтянуты. Как медведь бросился, эту руку надо ему в пасть вообще сунуть. Он рот внутри уколет, заревёт, на дыбы встанет, лапы поднимет, тогда его - кинжалом в сердце! Вот так, брат!

– Круто, - покачал головой Валентин.
– Только плохо верится. Я бы, наверное, от страха... не за столом будет сказано. Ты что, сам так ходил?