Новая эпоха
Шрифт:
— Не считая того, что сейчас у них самые передовые технологии, с которыми они не прочь поделиться, они также являются живыми существами, и их нельзя «отключить», — Юмена понимала, что Крейг Апоо спрашивает не из ненависти, но лишь потому что Ивэндрия располагается очень близко к восточному берегу Кайлити.
— Но что если они лгут? — тот сощурил маленькие глазки. — Анимагены, как я понял, поставлены на грань выживания, и будут использовать любые методы. Каковы гарантии, что если мы сейчас заключим мир, то они не ударят нам в спину?
— Полагаю, они такого же мнения о нас, — с кислой усмешкой ответила ему президент Ахакорты, — но нам необязательно открывать границы. Если уж смотреть в будущее, то обеим сторонам понадобится время, чтобы изучить друг друга.
«Юмена, — услышала Соланис голос Дейриера, — я кое-что разузнал по «Тёмному Голосу», который контролировал Химеру. Это действительно ноосенс, причём куда более сильный, нежели мы предполагали. Судя по твоему рассказу о сектантах и следам, что мне удалось найти здесь, он создал целую псионическую сеть между материками». «Ты выяснил где он?» — она тут же вышла в «истинный» мир, забыв о разговоре. Вместе с ней в псионическом пространстве появились и остальные высшие Воксы, внимательно прислушиваясь к разуму Дейриера. «Точное месторасположение сложно предугадать, но я предполагаю, что он где-то в горах Симленского пика. Акило, Кадасла, — обратился он к Баастарам, — как закончите с южным побережьем, прилетайте ко мне в обсерваторию. Вместе, мы сможем преодолеть его Конвентум». «Я отправлюсь к тебе сразу же после этих переговоров, — Юмена воодушевлённо улыбнулась, — если поймаем его — покончим с «Тёмными» навсегда!»
— Мир — это замечательно, — тягучим голосом проговорил Берендор, аккуратно вытирая губы тканевой салфеткой, — но вы забываете об одном, дражайшие нейге и тайли. А именно — о ресурсах, которыми владеют эти анимагены, — он поднялся и, чуть подавшись вперёд, исподлобья посмотрел на Велира, — неужели кто-то питает иллюзии, что эти машины поделятся с нами богатствами Роронской гряды и перевала Леола? Раньше, мы торговали с Нелией, и Татия и Лимнерия имели с этого большой профит. Ловитания предоставляла нам шикарные курорты, а Онту имела неплохие тотализаторы. Всего этого больше нет и не будет. Государство анимагенов, насколько мне известно, не имеет экономики в нашем понимании этого слова, а значит, им не нужны и сотни миллионов тринтаров. Какой нам с них прок?
— Не всё измеряется деньгами, нейге Кауз, — воскликнула глава кланов Аркапена, — если ситуация выйдет из-под контроля, мы лишимся не только профита от торговли.
— Это верно, тайли Ро, — согласился Владыка, — но посмотрите на это с глобальной точки зрения. Кайлити — одна страна всего с десятью миллионами этих… анимагенов, против целого человечества. Объединив силы и предоставив Хору Ауколис все ресурсы и добровольцев, мы…
— А что если мы проиграем и эту ставку? — негромко, но чётко произнёс лимнериец. — Если анимагены смогли отбросить даже армию Ауколиса, за неделю уничтожили целых три государства, причём далеко не последних в развитии, то что их остановит, если мы проиграем?
— К тому же, — Крейг Апоо хитро улыбнулся, покосившись на Берендора, — мы и так поставляем достаточно большое количество ресурсов Королевству Эххи, спонсируя его кампанию. Что же, отдать последние накопления, чтобы «может быть» получить дивиденды, которые нам не достанутся?
— Эххи забирает лишь то, что заслуживает по праву и соглашению Миротворца, — он на секунду взглянул на Юмену, — ваши предшественники подписали этот акт, чтобы сохранять мир.
— Мир был до тех пор, пока вы, нейге Кауз, не развязали эту войну с Кайлити, — резонно заметил бородатый огромный мужчина, едва умещающийся на стуле, — в портах Татии мирных кораблей за последние месяцы проплыло меньше, чем военных. Мы заключали этот акт с целью вообще прекратить войны на Аревире и дать человечеству возможность развиваться мирно. Это и вас касается, сударь Смолов. Наёмники из Лимнерии прославились на всё татийское побережье!
— Справедливости ради — их команды состоят не только из лимнерийцев, — холодно возразил тот, — к тому же, их деятельность легитимна, согласно нашим и вашим законам.
«Они всё ещё колеблются, но уже понимают, во что втянул их Берендор, — Юмена посмотрела на Велира и Лера, — Владыка в ярости, как мы и ожидали. Думаю, он успел придумать кучу санкций в наш адрес, но только сейчас осознал, что остался один. Он ухватился за слишком большой кусок и не смог его проглотить». Хотя старый Кауз всё ещё старался выглядеть спокойным, но едва заметно подрагивающие усы и вздувшаяся венка на лбу говорили о том, что он в бешенстве. Это заметил и Велир, весело хмыкнув.
«Лети к Дейриеру, моя дорогая, — мягко сказал он через псионический мир, — мы вызовем тебя, когда Конференция начнётся». «Думаешь, они согласятся?» «Мы сделаем всё, что в наших силах. Они напуганы перспективой больших затрат и утраты власти, а потому ухватятся за любую возможность сохранить свою казну. К тому же, все эти люди давно точили зуб на старого короля Эххи, и не упустят возможности испортить ему жизнь. Богатство и гордыня ослепили его, и только сейчас он прозрел. Хех, слишком поздно. Белая змея упустила добычу…»
— Полагаю, все согласятся с тем, что не нужно пока что оповещать народные массы о случившемся на Кайлити, — сказал, окинув взглядом остальных, хивирский президент, — СМИ получат ответ о дружеской встрече глав государств, но не более. Нам не нужны волнения.
— Согласна, — кивнула Штран, — если люди узнают об анимагенах и о том, что случилось на Кайлити на самом деле, то всё, за что мы боролись, окажется зря.
И лишь Берендор промолчал, растерянным и злым взглядом глядя на Юмену, с сочувствием смотревшую ему в ответ.
***
Ночь серела. Рассветные лучи уже коснулись городских стен, озаряя белые пики золотом. Последствия взрыва Эльтура новусы списали на непредвиденный выход и воспламенение газа — предгорная местность всегда была нестабильна, потому никто не удивился подобному объяснению. Тем более что последствия этого явления никак не сказались на жизни Умвелотона. Никси надёжно удерживала людей всевозможными удовольствиями, и большинство даже не заметило, что неподалёку произошло локальное землетрясение.
Минот не раз задумывался, каково это — обслуживать тех, кто тебя ненавидит? Счастливая услужливая улыбка не могла скрыть того смущения в глазах странной женщины, когда за неё впервые заступились. «Программа… — он нахмурился, перебирая лежащие на столе запчасти своего ускорителя частиц. — Она совсем не похожа на программу. Сопранис Эсле что-то не договорила. Может быть?..» Он посмотрел по сторонам. В комнате, кроме него, никого не осталось — Кано, Рэтси и Брон ушли к анротам, Лиззи осталась внизу слушать новусов, а Лупо вместе с Каммандом и Ани отправились в главное здание храма. Вздохнув, Минот аккуратно отложил чистящие приспособления в сторону и начал собирать разобранный корпус. Катушки и ускорители слабо поблёскивали в свете голубеющего неба. Он всегда любил собирать и разбирать различные устройства, запоминая их составляющие и принцип действия. Упорядоченная и медитативная работа, требующая внимания, успокаивала беота, позволяла ему поразмыслить над многими вещами, происходившими с ним. «Жаль Вульпи, — он не удержался от очередного вздоха, вспомнив погибшего друга, — как же это случилось? Неделю назад он был рядом, смеялся и веселился с нами, а теперь… И Кари не стало… Бедные их дети. Остались сиротами. Плохо…»
Комната, где он находился, потихоньку светлела. Закрытые отсеки блестели ручками двери и мерцающими рунами. Минот как-то поинтересовался у Агния, что означают эти знаки, и оказалось, что это символы Айвари, своеобразные проводники псионической энергии. Как поэтично высказалась Златояра, также проникнувшаяся дружескими чувствами к гостям: «покуда звучит Песнь, эти символы будут сиять во тьме этих коридоров, дабы осветить путь ищущим и дать ответы страждущим».
— Ответы… — повторил Минот, посмотрев на руну своей комнаты. — Нужны ответы!